Как тыква превратилась в карету

I.
Огород на склоне холма облюбовало семейство серых мышей. Целыми днями они сновали по грядкам с овощами в поисках еды, копали норы, заполняли кладовые к зиме. И только мышка по имени Ася не участвовала в общей суматохе. Ася была не похожа на своих сородичей: на голове у неё белело пятно, напоминавшее корону, а ещё она любила сказки. Мышка читала их везде: среди стеблей душистого укропа, на грядке с морковкой, под кустом смородины. Потрёпанную книжку с чёрно-белыми картинками она обнаружила за пыльным комодом в углу сарая и с тех пор не расставалась с ней.

Другие мыши фыркали на родственницу: хватит бездельничать, уже середина лета, пора задуматься о тёплой норе и сытной еде на зиму. И что за странное занятие – книжки читать, их надо грызть. Асе надоели нравоучения сестёр. Она нашла у плетёной ограды оранжевую тыкву, прогрызла в ней дырку и забралась внутрь. Соорудила себе кровать, сделала окно и улеглась с книжкой. Теперь ей никто не будет указывать, как жить. И мышка осталась в тыкве: лакомилась мясистой мякотью, сладкими семечками и читала.

Самой любимой у Аси была сказка о Золушке, доброй трудолюбивой девушке, которая, несмотря на происки злой мачехи и сестёр, оказалась на королевском балу и завоевала сердце принца. Почёсывая упитанное брюшко, мышка фантазировала. Тыква у неё есть. Не хватает только феи-крёстной. Она подарит Асе бальное платье, взмахнёт волшебной палочкой и превратит тыкву в карету, а пару зелёных кузнечиков в скакунов. Мышка отправится на бал, где познакомится с прекрасным принцем и выйдет за него замуж. Тогда уж ей точно не придётся рыться в земле и пачкать шелковистую шубку.

Незаметно наступила осень. Мужичок, на чьём огороде жило семейство мышей, приступил к сбору урожая. В конце сентября дошла очередь и до тыквы, в которой жила Ася. Мужичок потёр поясницу, встал на колени, перерезал плодоножку и вдруг заметил в коре дыры. Он заглянул в одну из них.

В это время Ася стояла на задних лапках перед осколком зеркала, который нашла в том же сарае. Она иногда бегала туда погрызть картонные коробки. Не всё же ей одной тыквой питаться. Мышка разглядывала пятно на голове в виде короны, взбивала пухлые щёки и любовалась на шёрстку, которая от сока тыквы приобрела лёгкий персиковый оттенок. Ну чем не принцесса? Лапки Ася обернула серебристыми фантиками от конфет. Ну чем не хрустальные туфельки? Увидев в окошке огромный глаз, Ася решила, что это фея-крёстная наконец-то нашла её. Она запищала и присела в реверансе, совсем как Золушка перед Его Величеством Королём.

Мужичок, в свою очередь, обнаружил, что мякоть в тыкве исчезла. Вместо неё изнутри на него сверкала глазами и скалилась наглая мышь.
– Ах ты паршивка, испортила такой плод! Ну погоди, я вот тебе сейчас задам, – рассердился мужичок.
Топорща усы и фыркая, он встал на ноги и пнул тыкву тяжёлым сапогом. Оранжевая красавица выкатилась за ограду и понеслась под откос к ручью.

– Моя тыква превратилась в карету! Я еду на бал и буду танцевать с принцем! – кричала от радости Ася, кувыркаясь внутри, как воздушный гимнаст в цирке.
Разогнавшись, тыква подпрыгнула на муравьиной кочке, плюхнулась в воду и, покачиваясь, поплыла по течению.

Ася встала на лапки. От акробатических трюков у неё кружилась голова. Дверь и окно теперь почему-то находились наверху, и можно было разглядеть нависшее небо и посеревшие к вечеру облака. Внизу хлюпала вода. Откуда она здесь, в карете? Ася взглянула на свою мокрую помятую шёрстку. И почему фея-крёстная не подарила ей бальное платье, и где хрустальные туфельки? На лапках всё те же фантики от конфет. А если кузнечики-скакуны уже доставили её ко дворцу? А она в таком виде.

Мышка выбралась на поверхность тыквы. Широко открытыми глазами она смотрела на растущие у воды кусты ивы, на кочки осоки с фонтаном побуревших листьев, на коричневые початки рогоза и пышные метёлки камыша, слушала голоса травяных лягушек. Ася не так представляла себе путешествие в карете.

II.

Тем временем ручей становился уже и мельчал. Наконец тыква уткнулась в корягу и села на дно, оставив над водой половину своего оранжевого тела с Асей наверху. Намокшая шкурка мышки приобрела грязно-розовый оттенок, хвостик дрожал, лапки в фантиках скользили по кожуре. Куда она попала? Ася повертела головой. С одной стороны от ручья, насколько видели её глаза, простиралось поле. Урожай гороха был собран, только кое-где валялись его длинные стебли, и, как солдаты, навытяжку, стояли непобедимые сорняки. С другой стороны пестрела золотистыми, пурпурными красками поляна, за которой качался на ветру прозрачный берёзовый лес.

Темнело. Сырой воздух холодил Асе ноздри. Появившаяся вдруг слезинка проделала тёмную дорожку на взъерошенной шёрстке и повисла на носу. Мышка чихнула.
– Будь здорова, крошка. Вижу, ты замёрзла. Прыгай ко мне, я тебя согрею, – послышался со стороны поляны сладкий голос, который прерывался утробным урчанием.

Ася вздрогнула и скосила глаза. С берега на неё щурился рыжий полосатый кот с длинными, толстыми, словно прутья у веника, усами. Он протягивал лапу и старался подцепить Асю на изогнутый коготь. Мышка замотала головой. От страха у неё высох нос, и пропал голос. Что делать? Она не думала, что путешествие в карете приведёт её не на бал, а в желудок голодного кота. Неужели её жизнь закончится так рано? Ася заплакала.

Вдруг тыква качнулась, и с другой стороны раздался насмешливый голос:
– Эй, плакса, лодка подана, шевели лапками.
Ася повернула голову. Рядом с тыквой на воде покачивалась кора берёзы, на которой стоял серый, долговязый, с большими ушами мышь. Ася в первый раз видела у сородичей такие большие уши. Они напомнили ей листики молодого лопуха. Она непроизвольно хихикнула.

– Ну, что застыла? Хочешь коту ужином стать? Прыгай быстрее, – долговязый попытался ухватить Асю за лапу.
Мышка фыркнула и отдёрнула её.
– Сними ты эти дурацкие фантики, мешают ведь. Выглядишь глупо, – вспылил мышь.
– Грубиян! – выпалила Ася и отвернулась.

Тем временем кот сообразил, что ужин может ускользнуть. Усатый не любил плавать, но живот урчал от голода, а мышка была упитанная, и пахло от неё волнительно – нежным азу с тыквенной подливой. И кот шагнул в воду.

– Спасайся, дурочка! – закричал долговязый.
Ася заметалась, лапы в фантиках заскользили по кожуре, и... мышка съехала по крутому боку тыквы прямо в лодку.
– Держись, неуклюжая, – скомандовал мышь и заработал щепкой от берёзы, словно веслом.
Лодка поплыла к безопасному берегу.

– Ещё встретимся, крошка. Наступят холода, ручей замёрзнет, и тогда я попробую твоего молодого мясца! – прошипел вслед беглянке кот.
Он вылез из воды, отряхнулся и, сверкнув жёлтыми глазами, удалился в сторону леса.

Выбралась Ася на берег, села на камушек и в голос заревела:
– Какая я несчастная. Я так хотела попасть в королевский дворец на бал, а вместо этого оказалась на пустом гороховом поле в компании невоспитанного мыша, совсем не похожего на принца из сказки.
– Вообще-то меня зовут Фео… Фёдор, можно просто Федя, – ухмыльнулся мышь.

Ася наморщила нос. Фу. Не об этом она мечтала. Но делать нечего, придётся зимовать на гороховом поле рядом с просто Федей. Как бы ей вернуться домой? Она обязательно подумает об этом завтра, а сейчас...
– Ася, – выдавила она и задрала нос.
И только хотела спросить: нет ли для неё здесь тёплой уютной норки с запасами зерна, как мышь опередил её:
– Ну, ладно, принцесса Ася, сиди мечтай, а мне некогда с тобой попусту разговаривать.
И Фёдор побежал вглубь поля.

Наступила ночь. Ася всё так же горевала у ручья. Как же ей хочется домой, к сёстрам. Чем они сейчас заняты? Вспоминают ли о ней? Вернуть бы время назад. Днём она бы вместе со всеми работала в огороде, а вечером читала бы любимые сказки. Ася вспомнила о своей книжке, которая осталась в затонувшей тыкве, и вздохнула. Может, ей попроситься на зимовку в какую-нибудь мышиную семью? Свою-то нору не вырыть. Её когти за беззаботное лето стали длинные и загнулись внутрь. Ася посмотрела на фантики. Надоели! Она скинула их и заковыляла по полю. 

III.

На влажной земле прели остатки урожая и травы. Ася вдыхала этот сладковатый запах и вспоминала родной огород, тёплую компостную кучу и коробку с книгами в сарае. Холодный ветер гнал низкие тучи. Надменные звёзды выглядывали из-за них, перемигивались, и мышке казалось, что они подсмеиваются над ней.

А вот и первая нора. Ася поскреблась в закрытую дверь. Тихо. Мышка побрела дальше. Но и во второй, и в третьей, и во всех последующих норах, куда она стучалась, ей не ответили. Какие бессердечные мыши живут на этом поле. Спят сытые и до неё нет дела. Куда идти? Как же она устала, и есть сильно хочется. Ася подобрала с земли горошину и положила за щёку.

Из-за облаков выглянула хозяйка ночи – луна. В её свете поле выглядело ещё страшнее. Тени от комьев земли и стеблей сорняков, шум крыльев ночных охотников пугали Асю больше, чем бродяга рыжий кот. Вдруг от луны дрожащей ниточкой к её лапкам упал серебристый луч. Он то убегал, то приближался, и как-будто звал за собой. Асе понравилась эта игра. Она даже забыла про боль от забитых землёй когтей и, прихрамывая, поспешила за ним. Так кочка за кочкой, кустик за кустиком, и весёлый луч привёл мышку к ещё одной норе. Вход в неё закрывал кусочек ивовой коры.

Луч исчез, а Ася, не раздумывая, отодвинула преграду и крикнула в пустоту:
– Хозяева!
Никто не ответил. Наверное, они не слышат, и надо подойти поближе. Ася пошла по узкому ходу. Как её встретят? Только бы не прогнали, только бы разрешили перезимовать, она согласна на любую работу. Ну нет у неё больше сил скитаться по этому злосчастному полю. Сердце скакало в груди, как испуганный лягушонок: десять ударов, двадцать... Какой извилистый ход вырыли хозяева. Когда он закончится? А может ей повезёт, и в этой норе никто не живёт.

Неожиданно за крутым поворотом Ася уткнулась носом в солому, разгребла её и увидела нору. Мышей в ней не было. Но кто-то здесь явно раньше жил. Мышка повела носом – запах сырости и плесневелых зёрен. Грязная подстилка у стены из прошлогоднего сена с остатками еды. Под лапами семена сорняков. Обглоданная метла в углу. Напротив, на стене, плотная занавеска. Для чего она здесь? Асе всё показалось странным. Она обязательно подумает об этом завтра, а сейчас… Мышка смахнула крошки с подстилки, легла на жёсткие соломины и сразу заснула. Во сне она танцевала с принцем. На голове у него колыхался объёмный бархатный берет цвета подгнившей свёклы, из-под которого вместо уха торчал изумрудный лист лопуха.

Утром в норе никто не появился, и Ася успокоилась. Она наведёт здесь порядок, перезимует, а весной отправится вверх по руслу ручья домой, на свой огород. Первым делом Ася стёрла о камушек загнутые края когтей – ни к чему такие простой мышке – затем подмела пол, разобрала по кучкам рассыпанное зерно, сгребла прошлогоднее сено, на котором спала, и вылезла наружу.

Вдалеке из-за стволов берёзового леса выглядывало заспанное солнце. В его скупых лучах скользил по гладким камням ручей, посередине которого, как барыня в мягком кресле, восседала оранжевая тыква. Да ведь это тот самый ручей, по которому она приплыла. Получается, ночью танцующий луч привёл её не вглубь поля, а назад, к ручью. Ася покачала головой: как она не заметила эту нору вчера вечером.

За ночь ветер подсушил землю, и, словно ювелир, обрамил ручей жёлтым золотом берёзовых листьев. Мышка собирала их и вспоминала сытое лето в тыкве, любимую книгу сказок, как мечтала попасть на бал, очаровать принца и выйти за него замуж. Ася смахнула слезу. Здесь, на размокшем от осенних дождей поле, нет ни замка, ни принца. Только бессердечные мыши, которые не захотели приютить её в своих норах, и невоспитанный долговязый просто Федя. Всё в нём не нравилось Асе: и хвост тонковат и нос длинноват. А главное уши! Мышка хихикнула. Смешной он, этот мышь, сначала спасает, потом злится непонятно на что, ещё и убегает так быстро. Она даже не успела его поблагодарить.

IV.

Вернувшись в нору, Ася из листьев и сухой травы сделала себе мягкую перину и оглядела работу. Как у неё чисто, уютно. Только… грязная занавеска в углу! Мышка сдёрнула её и, пискнув, села на задние лапки. За занавеской была дверь. Не из травы или соломы, как в простых мышиных норах, а из дубовой коры с узором, похожим на герб: колосья пшеницы, обвитые стеблями гороха, и над ними парит четырёхлистный клевер. Ася находила эти редкие листья в сене, которое мужичок привозил на скрипучей телеге.

С другой стороны дверь придерживал крючок из большой канцелярской скрепки. Ася натыкалась на них в сарае, на пожелтевших листах бумаги. Она просунула сухой стебелёк в щель и приподняла скрепку-крючок. Дверь распахнулась, и мышка шагнула через порог.

Такой большой и богатой норы Ася не видела даже на цветных картинках в журналах. Её уютная комнатка за спиной казалась теперь жалким чуланом. По обе стороны от двери, через которую она вошла, до самого потолка возвышались сплетённые из веток ивы стеллажи с книгами. Справа у стены стояли стол из гладкого пенька берёзы с витиеватыми узорами работы жука-короеда и кресло из пенька поменьше. На его спинке, как и на двери, выделялся герб. На столе лежали листы бумаги, воробьиное пёрышко и пузырёк с зелёной жидкостью. Мышка вспомнила, что замечала пятна такого цвета на руках у мужичка. На этой же стене в три ряда висели портреты с табличками. Ещё одна дверь из дубовой коры, но выше и с аркой, по-видимому, главная, располагалась напротив стола, слева от Аси. А прямо перед ней, на противоположной стене, на возвышении стоял сундук. Его пузатое тело и горбатую крышку покрывали мелкие изящные узоры. Мышка оценила талант мастера: какие должны быть острые и умелые зубы, чтобы выполнить такую тонкую работу. Что же может лежать в нём?

Посматривая на главную дверь, Ася на цыпочках подошла к сундуку, подняла крышку и отпрянула. Изнутри на крышке было покрытое сеткой мелких трещин мутное зеркало. А на дне, мышка даже зажмурилась, на ослепительно-белом платье с кружевным воротником лежали хрустальные туфельки. Именно в таком наряде она хотела поехать на бал.

Ася протянула дрожащую лапку к своей мечте и тут же отдёрнула её. Мышка выросла в большом коллективе, её воспитывали тётки и старшие сёстры, и она хорошо усвоила, что чужое брать нельзя. Но платье так и манило, лапки зудели от желания примерить туфельки, и Ася сдалась. Она надела платье – оно оказалось впору, сунула лапки в туфельки – они были сделаны точно по её меркам.

Мышка посмотрела на зеркало. Минуту назад мутное, в трещинах, оно разгладилось, засияло, словно в нём поселилось солнце. Ася задержала дыхание: из зеркала на неё смотрела принцесса, нет, королева! Серебристая шёрстка, глаза, словно светлячки в ночном саду, влажный розовый нос, бархатные ушки. И только белое пятно на голове в виде короны, которое от света зеркала отливало золотом, подсказало ей, что в отражении она, Ася.

Мышка представила себя во дворце. Вокруг шумные гости. Они с восхищением смотрят на неё и, размахивая листьями клевера, кричат:
– Да здравствует прекрасная принцесса Ася, наша будущая королева!
Ей навстречу идёт принц. Он обязательно будет красивый, умный, щедрый, благородный. Принц встаёт на одно колено, протягивает обручальное колечко с блестящим камнем и клянётся любить её всю жизнь.

Ася запела. Туфельки сами подхватили её, понесли в танце по норе и мягко опустили в начале стены с портретами. Голова мышки кружилась, улыбка не желала покидать мордочку, сердце прыгало, как кузнечик. Ася подняла голову и затуманенными глазами посмотрела на портреты. На неё глядели серые мыши с коронами на голове, в красных мантиях, отделанных пухом зайца-беляка. Тугие животы королей украшали золотые пояса с гербом королевства, точно таким же, как на двери и спинке кресла. Рядом с ними, задрав серо-голубые носы, стояли белые мышки в кружевных платьях, один в один, как на Асе, и хрустальных туфельках, точь-в-точь, как на её лапках. Мышка затрепетала: так на ней королевский свадебный наряд!

Под каждым портретом была табличка. Всё ещё улыбаясь, Ася стала читать: правители королевства «Поле мечты» Их Величества Король Феодор Первый и Королева Люсьена. Мышка перешла к следующему портрету: правители королевства «Поле мечты» Их Величества Король Феодор Второй и Королева Эмилия. Дальше были: Феодор Третий и Виолетта, Феодор Четвёртый и Генриетта… Ася потёрла уставшие глаза. А всё-таки она и без феи-крёстной попала во дворец. Однако какие у мышей большие уши. У кого-то такие были.

Ася пошла дальше. Она уже не могла смотреть на напыщенных Люсьен, Виолетт, Генриетт и только читала таблички. Так, Феодор Двенадцатый. А почему он один? Ася подняла глаза на портрет и перестала дышать. На неё глядел долговязый мышь, тот самый грубиян, который помог ей выбраться из ручья и спас от голодного кота. Так он король?! Вздох упущенной мечты резко приподнял и медленно опустил грудку Аси. Ей выпала такая возможность, а она всё испортила. Там, на берегу, раскапризничалась, обозвала его, не поблагодарила. Ну откуда она могла знать, что он даже не принц, а король!

Мышка сгорбилась, на ослабевших лапах подошла к сундуку, сняла наряд и положила на дно. Закрывая крышку, она мельком взглянула на зеркало. Что это? Показалось или нет: оттуда ей подмигнула седая мышь в круглых очках и кружевном воротнике. У двери в свою каморку Ася остановилась, оглянулась на сундук с платьем, посмотрела на портреты. Нет, она не будет ныть и сокрушаться. Она найдёт способ встретиться с Феодором Двенадцатым. Она докажет, что более красивой, умной, весёлой мышки ему не сыскать ни в одном королевстве. Но это завтра, а сегодня… Ася распрямилась, пробежала загоревшимися глазами по ряду книг на стеллаже, взяла сказки, проскользнула в свой чулан и улеглась читать.

V.

Неделя за неделей отсчитывал свой срок октябрь. В ноябре вместе с дождём гороховое поле атаковали снежинки. Порывистые ветра настойчиво напоминали о приближении зимы. Солнце уже не грело, лишь сонно светило и куталось в ватные облака.

Ася по-прежнему жила в чулане. Днём она рыскала по полю и доставала из подмёрзшей земли зёрна, семена, затем забиралась в нору, ела и прислушивалась: не появится ли в кабинете Феодор Двенадцатый. Вечерами мышка пробиралась за очередной книгой и обязательно оставляла приоткрытой дверь. Её план был такой: как только король войдёт в комнату, Ася начнёт тяжело вздыхать, кашлять, стонать. Феодор услышит её, найдёт в слезах на жёсткой соломе, из благородства предложит пожить в его королевской норе, будет заботиться о ней и обязательно влюбится. Время шло, Ася перечитала уже полку книг, а Феодор не спешил в кабинет. «Он что, совсем не занимается государственными делами?» – ворчала мышка, ворочаясь на соломе.

Однажды утром Ася возвращалась от ручья. К концу ноября он покрылся прозрачным льдом, будто в него вставил стекло подручный зимы – трудяга мороз. Мышка бегала посмотреть на свою тыкву, которая напоминала теперь оранжевую ёлочную игрушку-шар в серебристых блёстках. Кристаллики инея выбелили комья земли и траву на поле. Солнце проснулось поздно. Оно скользило над горизонтом и торопилось уступить место бодрой луне.

Ася уже подошла к дому, когда увидела вдалеке двух мышей. Они бегали от норы к норе, стучались и что-то выкрикивали. Ася заскочила внутрь и вжалась в стену. Вдруг это хозяева её каморки. Но глашатаи пробежали мимо. Она не ослышалась? Они призывают всех мышей на бал, который посвящён встрече невесты короля Феодора Двенадцатого.

Вот он шанс всё исправить. Ася сжала лапки. Она должна попасть на этот бал и танцевать с королём. Она будет любезна, весела, остроумна, похвалит Феодора за… она найдёт за что. Он восхитится, и, наконец, сбудется её мечта: простая серая мышка станет Её Величество Королева Ася. Как-то простовато звучит. Надо придумать имя поблагороднее, например, Ассоль или Асия.

Ася увидела, как из своих нор стали вылезать мыши разных возрастов. Серыми шариками они катились вглубь поля, пищали и подпрыгивали от возбуждения. Ася спустилась в нору. Её знобило, молоточки в голове отбивали: бал, бал, бал! Она не должна упустить такую возможность! Но что надеть? У неё нет феи-крёстной с волшебной палочкой, значит, надо самой найти подходящий наряд. Мышка заметалась. Платье и туфли в сундуке! Ася проскользнула в кабинет, откинула узорчатую крышку. И снова, показалось или нет: из зеркала ей подмигнула седая мышь в белом кружевном воротнике. Раздумывать было некогда. Ася надела платье, сунула лапы в туфельки, выбежала из норы и поспешила за мышами.

VI.

Тем временем подданные королевства «Поле мечты» собрались на расчищенной от мёрзлых комьев земли площадке. Перед ними на обгрызанном под трон трухлявом пне сидел Фёодор Двенадцатый в мантии цвета спелой свёклы. На голове у него сияла корона, грудь пересекала лента с гербом. Ася стояла позади всех и рассматривала Его Величество. И совсем он не долговязый, просто высокий. И шерсть не серая, а благородного тёплого оттенка. Но уши! А что уши? Да, они больше, чем у других мышей. Однако королевским особам позволено иметь и такие.

Ася не заметила, как рядом с троном появились музыканты с дудочками, и над полем понеслась задорная мелодия. Мыши запищали и запрыгали в танце. Пора! Ася вышла вперёд и, покачивая пышной юбкой, направилась к Феодору Двенадцатому. Она грациозно ставила лапки в хрустальных туфельках. В улыбке приоткрыла рот и распахнула глаза, солнечные лучи нырнули в них и зажгли два маленьких костра. Простые мыши, увидев Асю в королевском свадебном наряде, с поклоном расступались перед ней. Мышка сияла: вот оно долгожданное счастье! Сейчас Феодор заметит её и пригласит на танец.

Неожиданно музыка смолкла. Трубачи выстроились в ряд и исполнили гимн. Глашатаи, которые созывали мышей на бал, в один голос прокричали:
– Жители королевства «Поле мечты», с огромной радостью сообщаем, что из далёкой страны «Питомник белых мышей» к нам прибыла невеста Его Величества Короля Феодора Двенадцатого – принцесса Джулия Прекрасная!
Толпа мышей раздвинулась, и Ася осталась одна в центре плотного круга под любопытными взглядами подданных Феодора.

Вдруг раздался тонкий свист, его сменило гуканье, и на площадку с грохотом выехала карета из позолоченных прутьев, запряжённая парой чёрно-белых морских свинок. На козлах в зелёном пиджаке сидел важный крыс. Он спрыгнул на землю и распахнул дверцы экипажа. Оттуда с высоко поднятой головой вышла белая мышка в розовом бархатном платье. В её прозрачных ушках сверкали и позванивали длинные серёжки с красными камнями, точно под цвет глаз. Мыши ахнули и зашептались. Асе показалось, будто у неё в горле застрял лесной орех. Она оттянула кружевной воротник и кашлянула. Белая мышка, хлопнув ресницами, уставилась на соперницу.

Феодор Двенадцатый соскочил с трона. Он таращил глаза и показывал лапой то на невесту, то на полуживую Асю. Первой пришла в себя Джулия Прекрасная. Её серо-голубой нос пуговкой от возмущения вытянулся и стал лиловым.
– Феодор, кто эта самозванка? – завизжала она. – Как она посмела надеть моё свадебное платье и хрустальные туфли?! Веками мои предшественницы из питомника выходили замуж за королей из «Поля мечты» в этом наряде!
Её уши стали бордовыми. Она поджала губы и процедила:
– Ваше Величество, вы решили жениться на мыши из помойной кучи?
Ася поёжилась. Какой противный голос у истерички Джулии из, как его там, питомника.

Феодор Двенадцатый заёрзал, одёрнул мантию и подбежал к своей невесте:
– Джулия, дорогая, успокойтесь. Сейчас разберёмся.
Он сделал шаг в сторону перепуганной серой мышки с белым пятнышком на голове:
– Ася? В королевском платье? Как? Зачем?
Его голос вначале насмешливый, в конце сделался жёстким. Перекрывая шум толпы, повизгивание возмущённой невесты, Его Величество прогремел:
– Ты не имела права!

Ася вздрогнула и посмотрела на нависшее небо. Только молнии на её голову не хватает. Быстрей бы закончился этот позор. Она раскрыла рот, чтобы оправдаться, рассказать о своей мечте. Объяснить, что не хотела никого обидеть, просто подумала: может, она, как Золушка… Но тут белая мышка затопала лапами с полированными когтями, замотала головой. Серёжки с красными камнями в её ушах забили в набат. Голосом полкового командира Джулия Прекрасная взревела:
– Стража, держи воровку!

Толпа засвистела, призывая к расправе над сжавшейся в комок серой мышкой с белым пятнышком. Феодор взмахом лапы остановил разбушевавшихся подданных. Мельком и, как показалось Асе, с жалостью, взглянул на неё и кинулся к разъярённой невесте:
– Милая Джулия, не надо так волноваться. Вашу прелестную мордочку и нежный голосок не должно портить…

Ася не дослушала, что не должно портить злую морду королевской невесты. Бежать! Она глубоко вздохнула и развернулась. Каблучки на туфельках не ожидали такого резкого движения. Они жалобно простонали и сломались. Ася еле удержалась, чтобы не упасть, сбросила туфли и помчалась к норе. Как ей хочется забыть крики толпы и ранящий взгляд Феодора Двенадцатого. Называл её глупой, неуклюжей, а этой блондинке с голубым носом: Джулия, дорогая, не волнуйтесь, не стоит Ваших нервов... Двуличный, грубый, долговязый, ушастый!

Она не останется здесь ни одного дня. Она не воровка. Вернёт свадебное королевское платье и немедля домой! Ничего, она не пропадёт, доберётся до родного огорода по замёрзшему ручью. Она многое теперь умеет. Её когти и мышцы окрепли, зубы заточились, подшёрсток к зиме стал густым. Она и нору может вырыть, и порядок в ней навести, и еду добыть из мёрзлой земли. Она теперь не та мечтательница Ася из тыквы.

VII.

А в это время рыжий полосатый кот, как и обещал, переполз на брюхе по тонкому льду на ручье и поджидал у норы ускользнувшую два месяца назад добычу. Ася ещё издалека заметила его рыжую усатую морду. Всё-таки этот злодей нашёл её. Мышка сдвинула брови. Положить платье в сундук, не будучи съеденной, она теперь не может. Да простят её королевские невесты, но спасать свою жизнь ей придётся в этом наряде и прямо сейчас. Ася подхватила подол платья и побежала так быстро, насколько позволяли её ладные лапки и молодое сердце. Кот, увидев мышку, которая неслась на него с выпученными глазами, с улыбкой решимости, обнажившей крепкие зубы, в белой тряпке, развевающейся, как флаг на боевом корабле, заморгал, опешил и... упустил момент нападения.

Ася мчалась к ручью. Она заприметила на противоположном берегу телегу с сеном, запряжённую понурой лошадкой. Мышка выбежала на лёд, скользя и балансируя, перебежала на другую сторону. По длинному хвосту лошади, жующей клочок сена, взобралась на телегу и затаилась. Где-то рядом выл озлобленный кот, на ветру скрипели стволы берёз, покашливал человек. Но Ася слышала только стук своего сердца. Наплакавшись, она задремала. Сквозь сон мышка уловила, как щёлкнули вожжи, фыркнула лошадь и жалобно скрипнули колёса. Почувствовала, что качнулась и тронулась с места телега.

Проснулась Ася от радостного лая собаки и ржания понурой лошадки. Мышка выбралась из укрытия и протёрла глаза. Телега стояла позади сарая с низкой пологой крышей. Ася спустилась по свисающей верёвке на землю и юркнула в дырку под дощатой стеной. Внутри она забилась в угол за коробки и втянула носом пыльный воздух. Ей показалось или нет. Запахи в этом сарае такие родные: берёзовые дрова, старые газеты, керосин в металлической лампе. Вот по-знакомому, с трудом, поворачивается ржавый ключ в замке, скрипит недовольная дверь, шаркают тяжёлые сапоги.

Ася запищала от счастья. О, чудо, она дома, в родном сарае! Как она рада видеть сутулую спину и седую голову мужичка, слышать его покашливание, ворчание на её сестёр. Сёстры! Она немедленно побежит к ним, расскажет, где была всё это время, что с ней приключилось. Но нет, стыдно. Они только посмеются над глупой маленькой мышкой и её мечтой: попасть во дворец и встретить идеального принца.

Мужичок подхватил охапку дров и вышел. Ася вылезла из-за коробок. Как всё изменилось здесь. Книг прибавилось, – это отлично, будет, что почитать долгой зимой. Лампочка под потолком новая. Появился письменный стол с подломленной ножкой, на нём зеркало в треснутой оправе, ворох старых тетрадей, разбросаны карандаши. Ася залезла на стол и посмотрелась в зеркало. Ох, ну и вид у неё: шерсть в травинках, на носу царапина. А платье! Что с ним стало: теперь это рваная грязная тряпка. Только кружевной воротник остался белым, оторвался от платья и обнял шею, словно не хочет покидать новую хозяйку. Пусть остаётся на память.

Ася сняла платье и сложила в баночку из-под леденцов. Она потом постирает его, починит кружева, может, когда-нибудь наденет на свою свадьбу, а, может, на праздник. Простым мышкам тоже иногда хочется чувствовать себя королевами. Ася хихикнула: как же теперь Джулия Прекрасная без наряда на свадьбе? Так этой зазнайке и надо. Ася пригладила помятую шёрстку. А всё-таки, откуда у неё, обыкновенной мышки с огорода, на голове белое пятно в виде короны? Надо будет изучить свою родословную. Но займётся она этим позже.

Теперь у неё новая мечта, и осуществлять её Ася начнёт прямо сейчас. Она станет известной писательницей, и первая книга будет о её приключении на гороховом поле. Роман прочитают все мыши на планете и, конечно, Феодор Двенадцатый. Тогда он поймёт, какое сокровище в лице симпатичной, умной, находчивой мышки потерял.

Ася заточила зубами огрызок карандаша и открыла пустую тетрадь с пожелтевшими листами. Расправила кружевной воротник, подмигнула своему отражению в зеркале и вывела на первой странице название своего будущего романа: «Как тыква превратилась в карету или не каждой Золушке по Принцу».