Гавриил Романович Державин

ВОСПРИЯТИЕ ЕВРЕЕВ В ЖИЗНИ И ТВОРЧЕСТВЕ ГАВРИИЛА РОМАНОВИЧА ДЕРЖАВИНА.

В жизни и творчестве Гавриила Романовича Державина (1743–1816) еврейский вопрос занял заметное место, главным образом из-за его государственной деятельности. В 1799–1800 годах по поручению Императора Павла I Державин отправился в Белоруссию для расследования причин голода и хозяйственного упадка в крае. Итогом этой поездки стала его известная записка «Мнение о распространении просвещения, об учреждении казенных заведений и о преобразовании быта евреев» (1800 г.), которая позже повлияла на формирование законодательства об евреях в Российской Империи (в частности, Положения 1804 года).

В языке XVIII — начала XIX века слово «жид» являлось официальным наименованием еврейского населения в административных документах.

Из государственно-аналитической записки «Мнение...» (1800 г.)
В этом документе Державин сочетает критику традиционного уклада и экономической роли евреев в сельской местности с предложением их гражданской интеграции, просвещения и перевода в производительные сословия (земледелие и фабрики).

О причинах этноконфессиональной замкнутости:
 «Евреи, будучи разреяны по всему свету, сохраняют непрерывно свои законы, обряды и обычаи... Они составляют государство в государстве».
 
Об экономической роли и предрассудках в деревне:
 «Главный промысел их состоит в содержании шинков, кабаков и аренд, посредством чего они выманивают у поселян последний хлеб и приводят их в крайнюю бедность... Но сие происходит не от природной их злой воли, а от недостатка просвещения и от самого устройства их быта».
 
О необходимости реформ и интеграции:
 «Не отталкивать их должно от общества, но, напротив, привлекать, образовать и сделать полезными гражданами государству».
 
О просвещении и школах:
 «Основать для них училища, в которых бы обучались они государственному языку, наукам и полезным ремеслам, сохраняя свободу своего вероисповедания».
 
О переходе к земледелию и производству:
 «Дабы обратить их от праздности и вредных промыслов к полезному труду, дать им земли для хлебопашества и дозволить заводить фабрики и заводы».
 
Из «Записок» Державина (автобиографические воспоминания).

В своих мемуарах («Записки из известных всем происшествиев и подлинных дел, заключающие в себе жизнь Гаврилы Романовича Державина») он описывал свои впечатления от поездки по Белоруссии и столкновения с местной администрацией и кагалами.

О посещении Белоруссии и расследовании:
 «Я поехал в Белоруссию не с тем, чтобы угнетать евреев или кого-либо, но чтобы узнать истинную причину бедствия крестьян и сыскать средства к общему благу».
 
О сложностях взаимодействия с кагальным управлением:
 «Кагалы имеют над народом своим неограниченную власть, держат его в слепом повиновении и препятствуют всякому сближению с прочими подданными».
 
В поэтическом творчестве.

В стихах Державина еврейская тематика встречается крайне редко и преимущественно в переложениях псалмов или ветхозаветных сюжетов, где используются традиционные библейские образы:
Из переложения Псалма 113 («Когда исшел Израиль из Египта...»):
 «Когда исшел Израиль из Египта,
 Дом Иаковлев из народа варварска,
 Иудея стала святынею Его,
 Израиль — областью Его».
 
Из стихотворения «Песнь Петра Великого»:
 «И ветхий дом Израилев
 Возрадовался в светлости твоей...»


Вот дополнительный блок цитат из записки Г. Р. Державина «Мнение о распространении просвещения, об учреждении казенных заведений и о преобразовании быта евреев» (1800 г.) и его «Записок», отражающий его взгляды на экономическую, социальную и религиозную жизнь еврейского населения Белоруссии того времени.

Из записки «Мнение...» (1800 г.)
О расселении и необходимости государственного надзора:
 «Чтобы укротить или содействовать к укрощению опасного еврейского наклонения к вымогательствам и праздному обману, необходимо расселить их из деревень по городам и местечкам, дабы они находились под прямым призором и правилами местной полиции».
 
Об ограничении винокурения и продажи алкоголя в сельской местности:
 «Запретить евреям держать кабаки, шинки и прочие заведения для продажи горячительных напитков в деревнях и селах, дабы не отнимать у земледельцев способов к снисканию пропитания и не вводить их в разорительную праздность».
 
О роли еврейских общин (кагалов) и налогообложении:
 «Кагалы, имея в руках своих сбор податей и распределение повинностей, часто употребляют сию власть к угнетению беднейших своих соплеменников... Сие учреждение должно подвергнуть строгому преобразованию и подчинению гражданским судам».
 
О предоставлении равных прав при условии принятия государственных законов:
 «Если евреи желают пользоваться равными с прочими подданными правами и выгодами государственными, то должны они и нести равные обязанности, подчиняясь во всем общим законам Империи и принимая участие в полезном труде».
 
О необходимости изучения государственного (русского) языка:
 «Нельзя допустить, чтобы граждане одного государства не разумели языка того народа, среди которого живут и чьими законами охраняются. Вследствие сего следует постановить, чтобы все акты, сделки и книги кагальные писались на русском или польском языке».
 
Из «Записок» (мемуары Державина).
О поездке в Белоруссию по поручению Павла I:
 «По прибытии моем в Белоруссию нашел я край в величайшем истощении, а крестьян в крайне бедном и разоренном состоянии, о чем и представил Государю верный отчет с указанием истинных причин такового нестроения».
 
О противодействии его реформам и расследованиям:
 «Записка моя о евреях возбудила много шуму и происков; кагалы и их покровители всеми мерами старались ослабить действие моих предложений, опасаясь потери своих прежних выгод и неограниченной власти над своим народом».
 
В библейских и одописательных контекстах (поэзия).

В поэтическом языке Державина (как и в литературе XVIII века) ветхозаветные названия и термины употреблялись в классическом или переводном ключе:
Из оды «На взятие Измаила»:
 «Как давний враг Иудеи,
 Трепещет гордый идол...»
 
Из стихотворения «Гром» (переложение псалма):
 «Глас Господень над водами,
 Бог славы возгремел;
 Да воспрянет дом Израилев
 И святый Его удел».


В эпистолярном наследии Гавриила Романовича Державина, его служебной переписке, черновиках и воспоминаниях современников тема еврейского населения Белоруссии и работы над «Мнением...» представлена рядом конкретных свидетельств.

Из переписки и официальных предписаний Державина.

В письмах периода белорусской инспекции (1799–1800 гг.) Державин объясняет цели своей поездки и трудности, с которыми столкнулся на месте.

Из письма к Генерал-прокурору А. А. Беклешову (1799 г.):
 «Я прибыл в Белоруссию не для того, чтобы делать утеснения кому-либо, но дабы вникнуть в истинные причины голода и разорения крестьян. Из первых наблюдений вижу, что без упорядочения кабаков, находящихся почти всецело в руках евреев, и без ограничения власти кагалов привести край в устроение будет невозможно».
 
Из донесения Императору Павлу I (1800 г.):
 «Причины обеднения белорусских поселян суть двоякие: ненасытная жадность помещиков и промыслы евреев, кои, обступив деревни шинками, забирают у крестьян хлеб на кореню и погружают их в неисходные долги. По сему проекту моему предлагаю ограничить сии злоупотребления, не лишая однако ж еврейский народ способов к честному пропитанию через земледелие и ремесла».
 
Из черновиков и примечаний к записке «Мнение...»:
 «Всякая мера, принимаемая к устроению евреев, должна быть гибка и постепенна. Насилием и внезапными запрещениями нельзя переменить многовековые привычки народа; надобно открыть им пути к полезным трудам и дать время привыкнуть к новыми правилам».
 
Из мемуаров и воспоминаний современников.

Современники Державина — как его сподвижники, так и позднейшие исследователи — сохранили подробности того, как воспринималась его деятельность в Белоруссии и создание «Мнения».

Из воспоминаний С. Н. Глинки:
 «Гаврила Романович, будучи человеком прямодушным и горячим, смотрел на белорусское дело с точки зрения государственника. Он искренне верил, что, отняв у евреев кабаки и дав им земли, он делает благо и для края, и для них самих. Но он не учел ни силы вековых традиций, ни сопротивления тех, кому выгодны были прежние порядки».
 
Из записок чиновника Сената (по поводу рассмотрения проекта Державина):
 «Проект Державина о евреях вызвал в Петербурге великие споры. Одни находили его слишком суровым за стремление выселить их из деревень, другие — чрезвычайно снисходительным за предложение даровать им равные права, наделять землей и открывать для них государственные школы».
 
Из дневников и заметок В. В. Капниста (друг Державина):
 «Державин в Белоруссии искал правды с присущим ему поэтическим и государственным пылом. Он был поражен бедностью крестьян и замкнутостью кагалов. Записка его — плод не вражды, но искреннего желания устроить сий край по разуму и закону, хотя многие из его предложений казались трудноисполнимыми».
 
Почему в черновиках и письмах мало литературных высказываний.

В личной переписке с друзьями-поэтами (Львовым, Капнистом, Дмитриевым) Державин этой темы практически не касался. Для него данный вопрос лежал исключительно в плоскости административно-финансового управления и государственного права, а не литературы, поэзии или философии.

___


Не все русские люди знают, что Гавриил Романович Державин – не только знаменитый русский поэт. Он был еще и губернатором, и сенатором, и министром юстиции. В 1799 и 1800 он был командирован в Западный Край для изучения причин голода и бедственного положения тамошнего русского крестьянства. Там он понял, что одна из главных причин бедственного положения крестьян в Западном Крае – это ЖИДЫ. Державин составил подробный отчет для Царя и Сената о своих исследованиях и принятых мерах.

17 сентября 1800 года Державин писал жене:
«Вот сижу и пишу о ЖИДАХ!»

В своем официальном отчете сенатор Державин очень часто употребляет слово «жиды». И отметить должно, что Павел Первый с похвалой отозвался о «Мнении сенатора Державина…» об обуздании жидов, о его действиях в Западном крае и даже не пожурил его за частое употреблениев «официальной бумаге» слова «жиды». Императора Павла Первого слово «жиды» нисколько не коробило. Кроме «благоволения Государя» Державину был дан еще и чин действительного статского советника.

«Мнение сенатора Державина…» было полностью опубликовано в Петербурге в Полном собрании сочинений Державина, изданном Академией наук в 8 томах, под редакцией Я. Грота (1864 – 1883), в 7 томе, изданном в 1878 году.

Приведем несколько отрывков из «Мнения сенатора Державина»:
«Там выколачивают у них (крестьян) ЖИДЫ не только насущный хлеб, но и в земле посеянный, хлебопашеские орудия, имущество, время, здоровье и саму жизнь».

«ЖИДЫ, ездя по деревням, а особливо осенью при собрании жатвы, и напоив крестьян со всеми их семействами, собирают с них долги свои и похищают последнее нужное их пропитание».

«Пьяных, обсчитывая, обирают с ног до головы, и тем погружают поселян в совершенную бедность и нищету».
(Державин. Т. 7. С. 263, 265, 287).

И сама торговля и ростовщичество постоянно подвигают жидов к обману и мошенничеству, а их кагалы, их раввины, их талмуды дозволяют жидам применять все средства для высасывания жизненных сил из крестьянства. Лишь бы был удовлетворен жидовский интерес.

«Честь у ЖИДОВ ничего не стоит». Поэтому редко бывает уголовное дело в Западном крае, «в котором не были бы замешаны многие ЖИДЫ, или один ЖИД».

И Державин предлагает Императору и Сенату:
Корчмы же, «где в них сидели ЖИДЫ и продавали вино, – уничтожить и до вредного промысла (ЖИДОВ) впредь не допускать».
(Державин. Т. 7.С. 300).

«Подтвердить запрещение указом 1727 года и в последующих годах бывшее, чтобы ЖИДОВ внутрь России… никогда не пускать».
(Державин. Т. 7. С. 325).

И даже в Сибирь, на каторгу, за преступления жидов не отправлять вместе с женами, «дабы не размножались и не развращали сердце Империи, то есть ее коренных жителей».
(Державин. Т. 7. С. 300).