И КАРа небесная

Один орнитолог считал ворон пиком совершенства. Бывает же так — влетит в голову учёному гениальная мысль, недоступная простым смертным, и прыгает он вокруг неё, размахивая рукавами халата! Так годами одни изучают воздушные конструкции, другие — Древнюю Грецию, а третьи считают ворон пиком совершенства.

Но только считать орнитологам мало. Математикам и инженерам иногда достаточно, а орнитологам мало! Да будет действие! Да будет «КАР!» И с такою мыслью пришёл герой сего рассказа в сад, захлопал рукавами, запрыгал по тротуару, заклевал семечки, брошенные на землю. Сначала он был один, как сыч. Ещё он был лапой, как курица. Но больше всего он был вороной. Ему даже крикнул земной и сплющенный дворник: «Погляди-ка, прыгает! Видать, кукуха улетела у него! Видать, белою вороною заделался!»

Тогда орнитолог понял, что он на верном пути. Дабы закрепить успех, решил понаблюдать за настоящей вороной. Глядь! — Прыгает пернатая! Кричит: «Кар и кар!» И вырывает пакет у вышедшей из булочной старушки. Почувствовав необходимость помочь собрату по виду, подлетел он к старушке. И принялся помогать. Принялся вырывать вкусный пакет из её рук. Старушка закричала что-то на своём, человеческом, вырвала пакет и вмазала по голове. Учёному. Так, что искры из глаз полетели.

И тогда орнитолог прозрел!
И тогда постиг он воронье счастье!
Вспорхнул по винтовой лестнице, допрыгал до кабинета и принялся переворачивать свои работы: этимологические гнёзда, крылатые выражения, биографии важных птиц…

Наконец, встретил белый лист! Белый, как ворона! На этом листе орнитолог не записал ничего, потому что считал ворон. Он часто считал ворон. Считал ворон пиком совершенства. И вот, лапой схватил он ручку и… Замер.

Выяснилось, что больше писать он не умеет. Как ни клюй эту ручку, как ни оттяпывай куски от бумаги — не умеет. Был человеком — умел. А теперь не умеет.
«И ну его, это слово! — решил пернатый орнитолог — Да будет только кар, кар, и кар!»
И принялся прыгать по кабинету, крича лишь: «Кар и кар! Кар и кар! Кар и кар!»
А потом устал и заклевал носом.