Первый круг Ада. Девять раз из десяти

24 августа 1941 года

Минск, рейхскомиссариат Остланд

Георг Шульце оказался невысоким, худощавым, неопределённого возраста («от 40 до 50») и на удивление неопределённой национальности - он мог быть и немцем, и поляком, и белорусом… и даже русским.

Он прибыл на своём транспорте – за рулём стандартной Эмки, явно реквизированной в гараже горисполкома… или облисполкома. На момент оккупации города автомашина явно была неисправна – иначе её точно использовали бы по назначению драпавшие со всех ног советские чиновники.

Вежливо поздоровавшись, граф сразу перешёл к делу: «Есть ли в городе заброшенная душевая… желательно в заброшке… очень желательно в подвальном или полуподвальном помещении?»

И тут же (в очередной раз) убедился, что один шанс из тысячи выпадает девять раз из десяти. Ибо герр Шульце кивнул: «Есть такая – на территории заброшенного пионерлагеря областного НКВД. Кстати, совсем недалеко отсюда – четверть часа езды всего…»

Граф удовлетворённо кивнул: «Тогда поехали…»

Место оказалось просто идеальным – душевая была частью подвального (частично полуподвального) школьного спортзала – видимо, пионерлагерь представлял собой «дом двойного назначения»: во время учебного года в нём размещалась пригородная школа, а летом пионерлагерь.

Полуподвалом был собственно спортзал; а вот две раздевалки (для мальчиков и девочек) и душевая находились в чисто подвальных помещениях. Что существенно упрощало конструкцию – ибо не было необходимости ни в водонапорной башне на крыше здания, ни в насосе… да и греть воду было несопоставимо проще.

Граф во второй раз удовлетворённо кивнул – и объяснил: «Советы в отчаянии; химического оружия у них накоплены горы…»

По оценкам абвера и Аусланд-СД – до 20 тысяч тонн иприта и (относительно) небольшого количества люизита и прочих ядовитых газов. Шульце понимающе кивнул: «Это экспериментальный бункер для отработки защиты от химоружия… а душевая нужна для дегазации тела и одежды…».

Фон Шёнинг довольно улыбнулся – его легенда сработала… а Георг бесстрастно констатировал: «Полная герметизация… на дверь стальную пластину… в вентиляционном щите отверстие сделаем для насоса чистого воздуха… завтра к вечеру управимся…»

Сделал пометки в блокноте, отвёз графа в гостевой дом - и отправился выполнять приказ личного эмиссара фюрера.