1. 3. Труды отцов церкви против язычества

Далее мы переходим к изучению трудов отцов церкви, в которых тоже многократно встречается идея о том, якобы все Боги других народов – бесы.

Приведем несколько характерных цитат.

Афанасий Великий резко критиковал язычество — в первую очередь в своем труде «Слово против язычников».

Он пишет:  «Как же не признать всякому безбожными тех, кого и божественное Писание обвиняет в нечестии? Не злосчастны ли — так явно обличаемые в том, что вместо истины служат вещам неодушевлённым? Какая у них надежда? Или какое будет извинение возложившим упование на тварей бессловесных и не имеющих движения, которых чествуют вместо истинного Бога?»

Здесь мы снова слышим о «неодушевленных, бессловесных идолах». Говоря о божественном писании, св. Афанасий, по всей видимости, имеет в виду Ветхий Завет, в частности, в своем «Толковании на Псалом 95:5» он говорит: «Яко вси бози язык бесове. Именуемые богами демоны оказались лукавыми, а наш Господь небеса сотвори». Мы снова видим это противоречие, которое нисколько не смущает автора: с одной стороны – неодушевленные идолы, с другой стороны – демоны.

Также Афанасий поверхностно выхватывает фрагменты из мифологии, даже не задумываясь о том, что они могут носить переносный характер, и осуждает чисто человеческие качества и слабости языческих Богов, тем самым доказывая, будто они никакие и не Боги:

«Или, зная, что Диомедом ранены Арей и Афродита, а Гераклом — Гера и преисподний, которого называют адским богом, Персеем же — Дионис, Аркадом — Афина, что Гефест сринут и стал хромым, — кто не заключит худо об их природе, и не откажется утверждать, что они — боги?»

Афанасий задаёт риторический вопрос: видя в мифах, как одни «боги» терпят поражение от других или от людей, разве не очевидно, что у них нет подлинной божественной природы? По его мнению, Божества должны быть непременно чужды всех эмоций, иметь бессмертное тело и быть безразличными к противоположному полу.

«Каково видеть, что он скорбит о смерти сына своего Сарпедона, хочет помочь ему и не может, что против него злоумышляют другие так называемые боги, именно: Афина, Гера и Посейдон, а ему помогают женщина Фетида и сторукий Эгеон; что Зевс преодолевается сластолюбием, раболепствует женщинам, и для них вдается в опасности, принимая на себя мечтательный вид бессловесных животных, четвероногих и птиц; и что ещё укрывают его от отцева злоумышления, Крон же, который сам обрезал отца, связан им?»

«Теперь же, повествуя о любодеяниях и непотребствах Зевсовых, о деторастлении других богов, о сладострастной похотливости на женский пол, о страхе и робости и об иных пороках, не иное что делают, как изобличают самих себя, что не только не о богах они повествуют, но даже слагают свои басни не о честных, а о гнусных и далёких от совершенства людях».

В этих отрывках святитель приводит конкретные примеры из мифов, чтобы показать: поведение «богов» противоречиво, слабо и человечно, и на основе этого отказывает им в божественной природе.

В своем труде «Слово о воплощении Бога-Слова» Афанасий Великий прямо называет Богов других народов демонами и снова поднимает связанную с этим тему морального падения:

«Дошли же они до такого нечестия, что начали, наконец, поклоняться бесам и, выполняя их пожелания, наименовали их богами, и, непрестанно более опутываясь неистовыми страстями, какие возбуждали в них бесы, в угодность им стали приносить в жертву бессловесных животных и закалать людей».

Здесь нельзя не отметить, что точно такими же жертвоприношениями занимались и сами евреи, не считая при этом своего бога бесом.

В итоге позиция Афанасия такова: за языческими «идолами» стоят реальные бесы — падшие духи, которые обольщают людей, побуждают их к порокам и жертвоприношениям. По мнению автора, это не просто литературная критика мифологии, а категоричное и истинное утверждение о духовной реальности, сокрытой за языческим культом.

Перейдем к рассмотрению позиции другого отца церкви — святителя Иоанна Златоуста. В своей работе «Беседы на псалмы» (беседа на псалом 95) он повторяет ту же самую цитату и практически вторит строкам Афанасия Великого: «Яко вси бози язык бесове: Господь же небеса сотвори… В Священном Писании обычно демонами называются злые духи... Греки же, находя название почётным, называют их демонами, т. е. огненными и обладающими знанием, и этим, не ведая, вместо похвалы, себе наносят позор, поскольку это имя для демонов, как знающих нечестие, служит названием позорным. Итак, все языческие боги — демоны: признают ли язычники одних из них меньшими, других — большими, все они одинаково принадлежат к враждебным и злым силам». Он также подчёркивает: языческие боги называются богами не по праву, а по обольщению самих людей.

Иоанн Златоуст прямо указывает на то, что жертвы язычников — это якобы жертвы бесам.

В «Слове против иудеев» он прямо приравнивает языческие капища к местам обитания демонов: «Для меня одинаково нечисто всякое капище, как Матроны, так и Аполлона. <…> Не нечестиво ли то место, где живут демоны, если даже и не стоит там идол?»

И далее он описывает, как люди приносили жертвы именно бесам:

«Они заклали в жертву демонам своих сыновей и дочерей, не познали самой природы, забыли муки деторождения, пренебрегали воспитанием детей, ниспровергли до основания законы родства, стали свирепее всех зверей. <…> Без всякой необходимости собственными руками заклали свои порождения, чтобы угодить врагам нашей жизни, неприязненным демонам».

Здесь Златоуст опирается на ветхозаветные тексты (в частности, на Пс. 105:37 — «принесли в жертву бесам своих сыновей и дочерей»).

В этом же труде интересен аргумент Златоуста против практики обращения к языческим святыням за исцелением. Особо любопытен тот момент, что данный труд обращен к иудействующим христианам, посещающим синагогу, и синагога ставится им на один уровень с языческими капищами! Он утверждает, что демоны принципиально не могут врачевать, а если иногда и делают вид, что помогают, — это обман: «Демоны умеют только строить козни и вредить, а не врачевать. Они не щадят души — ужели, скажи мне, пощадят тело? Стараются извергнуть человека из царства, так захотят ли избавить его от болезни?»

«Как похитители людей, предлагая маленьким детям лакомства, пирожки, игорные кости и другое тому подобное, и через это приманивая их к себе, часто лишают их свободы и самой жизни, так и демоны, обещая человеку уврачевать тело, совершенно губят спасение души его».

То есть, по его мысли, языческие Боги дают временное телесное облегчение, чтобы погубить бессмертную душу — это их стратегия обмана. Для усиления своей аргументации он предусматривает и случаи реальных исцелений, представляя их как испытания со стороны христианского бога, а не как заслугу языческого Божества, и призывая отказаться от исцеления: «Если же иногда, по попущению Божию, и сделают они какое исцеление, как и люди, то такое попущение бывает для твоего испытания, не потому, чтобы Бог не знал [тебя], но чтобы ты научился не принимать от демонов и исцеления».

Иоанн Златоуст обличал и языческие развлечения — театры, скачки, праздники — как часть бесовского культа, в который втягивались и христиане. Он возмущался тем, что христиане знали имена лошадей и наездников, но не знали пророков и апостолов.
Он также поддерживал разрушение языческих храмов — например, когда монахи в Финикии разрушали святилища, Златоуст оказывал им моральную и финансовую поддержку. Кирилл Александрийский даже называл его «разорителем храма Дианы» в Эфесе.

Блаженный Феодорит Кирский также называет языческих богов демонами и бесами. Основных источника — два: толкование на 95-й псалом и трактат «Лечение эллинских недугов» (особенно Слово III, которое так и называется — «Об Ангелах, так называемых богах и злых демонах»).

Из толкования на Псалом 95: «Яко вси бози язык бесове: Господь же небеса сотвори. Так называемые боги оказались лукавыми демонами, а наш Бог показал, что Он — Творец небес».

Это толкование на стих Пс. 95:5 («Ибо все боги народов — идолы, а Господь небеса сотворил»). Феодорит также прямо отождествляет «богов язычников» с «лукавыми демонами» и противопоставляет им истинного Бога-Творца, которым он считает божество евреев.

Несколькими стихами выше (на Пс. 95:4): «Неизреченно величие Господа всяческих; показал Он силу Свою на богах лжеименных, и обличил их прелесть».

Слово «лжеименные» (то есть носящие имя ложно) — ключевое: Феодорит подчёркивает, что языческие «боги» не имеют подлинного божественного достоинства, а лишь присвоили себе это имя.

Трактат Феодорита Кирского «Лечение эллинских недугов» состоит из 12 слов, и Слово III целиком посвящено теме, заявленной в заглавии: «Об Ангелах, так называемых богах и злых демонах». В нём Феодорит сравнивает христианское учение об ангелах с языческими мифами о «второстепенных богах» и показывает, что за последними стоят именно падшие духи.

Ещё один аргумент Феодорита: многие «боги» греков — это обожествлённые люди. В английском переводе трактата это передано так: «Многие из богов греков ведут своё происхождение от людей, которые по тем или иным причинам были обожествлены в культурной и исторической памяти народа».

Асклепий приводится как пример обожествлённого человека. При этом Феодорит возмущается, что некоторые из таких «богов» жили крайне порочно — и тем не менее им воздают божеские почести.

Ничего принципиально нового мы не находим и в работах святителя Григория Богослова. Приведем несколько цитат из его трудов:

Из Слова 38 (на Богоявление): «Предоставим всё это язычникам, языческой пышности и языческим торжествам. Они и богами именуют услаждающихся туком, а сообразно с сим служат божеству чревоугодием, как лукавые изобретатели, жрецы и чтители лукавых демонов».

Здесь Григорий прямо говорит: за языческим культом стоят «лукавые демоны», а сами язычники, по сути, служат чревоугодию под видом богослужения. (В последующих главах мы непременно вспомним и сравним, какие пищевые жертвы употребляло еврейское «божество».)

Там же: «Богов сделали покровителями страстей, чтобы грех признаваем был не только не подлежащим ответственности, но даже божественным, имея для себя прибежищем сильную защиту — сами предметы поклонения».

Григорий делает тонкий психологический ход: язычники не просто обмануты демонами — они сами предпочли таких «богов», потому что те якобы легализуют пороки. Если бог сам блудит и ворует, значит, и человеку это позволено.

Языческие таинства — «изобретение демонов»:
Из Слова 39 Григория Богослова, которое называется «На святые светы явлений Господних»: «Для меня всякий обряд их (язычников) и всякое таинство есть сумасбродство, тёмное изобретение демонов и произведение жалкого ума, которому помогло время и которое закрыла басня, ибо чему поклоняются как истинному, то сами скрывают как баснословное».

Подобное отношение к Божествам и обрядам других народов было массовым и устойчивым в ранней Церкви — это не отдельное мнение четырёх отцов, а общее убеждение, восходящее к апостолу Павлу (1 Кор. 10:20: «язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу»).

Приведем еще несколько цитат разных авторов:

Ириней Лионский († ок. 202), в трактате «Против ересей» (книга III):
«Боги народов суть идолы демонов» (толкование на Пс. 95:5).

Климент Александрийский († ок. 215), в трактате «Увещевание к язычникам»: «Поскольку те, которым вы молитесь, не являются богами, мне кажется, что настало время рассмотреть, не демоны ли они на самом деле» (Protr., 40).

Киприан Карфагенский († 258), в трактате «О тщете идолов» (De idol. vanit., 6–7) и «К Деметриану» (Ad Demetr., 15): «Языческие боги — это либо обожествлённые после смерти правители, либо демоны, либо бездушные идолы — изделия рук человеческих, в которых часто скрываются демоны».

Августин Блаженный († 430) в трактате «О граде Божием» (книги VIII–X) — самый развёрнутый анализ: «Нечистые демоны, обольщающие под именем богов народы, преданные земным удовольствиям, устроили себе из человеческих заблуждений нечто вроде божеских почестей, нечистыми пожеланиями подстрекая своих поклонников» (О граде Божием, VIII, 5).

Все упомянутые нами отцы церкви опираются на библейскую основу — тот самый Псалом 95:5 («Ибо все боги народов — идолы, а Господь небеса сотворил») и слова апостола Павла (1 Кор. 10:20: «Нет, но что язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу»). Их мысль в том, что сами по себе «идолы» не являются реальными Божествами: это либо бездушные формы, созданные руками людей, либо под формой идола скрываются бесы, мнящие себя Богами. По их мнению, когда человек совершает языческий ритуал, он невольно вступает в общение с теми духовными силами, которые стоят за этим культом — то есть с бесами. То есть отцы церкви мыслят так: есть только один истинный бог – это бог Израиля, и все должны непременно ему поклоняться. Других Богов в принципе не существует: это либо демоны, либо обожествленные люди, либо бесчувственные бревна/камни.