За снежным покровом... Глава 12. Браслет

…Щёки горят.
Я почувствовала это, как только вынырнула из тёмной воды на свет.
Через несколько минут поняла, что не только щёки. Всё моё тело покрылось мурашками и тысячи мельчайших иголочек забарабанили по оголённым нервам, согревая кожу. Кончики онемевших от холода пальцев ног свело болезненной судорогой. Я поморщилась и застонала, с каждым новым выдохом выталкивая темноту, окутавшую всё моё существо.
И с каждым новым выдохом я чувствовала катастрофическую нехватку воздуха. Чёрные тени всё ещё пытались заполучить и меня в свои объятия, но организм отчаянно сопротивлялся. Я видела тени, как на яву и понимала, что моему мозгу отчаянно требовался кислород!
Пришлось собрать все оставшиеся силы и глубоко вдохнуть. В ответ на поступившее в лёгкие тепло, из моей груди безудержным кашлем вырвался ледяной запах моря, а из-под тяжёлых век потекли горячие ручейки.
Тени из мрачной глубины, омываемые слезами, постепенно блёкли, отступая всё дальше. Десятки безжизненных глаз один за другим исчезали в пучине далёкого моря… Наконец и невидимые нити, связывающие меня с подсознанием неживой девушки, истончились и стали отпускать мою бедную голову, взрывая каждый узел нашей связи спазмами. А узлов было немало…
Зато, когда взорвался последний, я уже почти не чувствовала противных покалываний и судорог. Мне полагалось расслабиться и начинать делать выводы.
Глаза Лизы закрылись теперь навсегда, поведав, что никто не смог бы ей помочь в той ситуации, но почему мои собственные глаза открываются с таким трудом? Ведь я ни разу в жизни не встречала эту девушку и родственниками мы не были. Отчего же я так чувствовала её? Неужели то, что они с Марком были братом и сестрой, а её муж оказался рядом, так сблизило нас? Невероятно!
Я с усилием проморгалась, пытаясь восстановить зрение.
Постепенно вокруг стали проявляться очертания знакомой обстановки.
Я повернула голову, и блики огня из камина заиграли в солёных каплях по уголкам глаз, ослепляя.
Ещё несколько глубоких вдохов. Теперь я чувствовала, как тепло рвануло по венам, согревая внутренние органы.
Кажется, мне удалось окончательно вернуться из далёкого путешествия.
Я улыбнулась.
Чьи-то руки помогли приподняться и протянули стакан с водой.
Судорожный глоток. Передышка. Ещё несколько.
Не зря утверждают, что влага живительна! Мне и правда стало намного легче.
Зрение прояснялось и я уже отчётливо видела привычные предметы.
Слава Богу, я дома!
Сижу себе спокойненько на полу возле пылающего камина, а рядом Алекс - напуганный и с дрожащими губами. Неуклюже склонился надо мной с тем самым шерстяным пледом из спальной:
- Ты очнулась! Слава Богу! Я думал, ты умираешь, побежал искать телефон. Какого дьявола в вашем доме нет ни одного телефона? Как же вызывать скорую? - спрашивал он торопливо, но очень тихо, при этом осторожно укутывая мои плечи тёплой тканью. – Ты же почти перестала дышать! Впервые такое вижу… Значит, всё, что мне говорили - правда...
– Ты о чём? – Я проговорила эти три слова осипшим голосом и очень медленно, как люди в состоянии сильного алкогольного опьянения. Наверное, по той же причине мне казалось, что Алекс отвечает слишком быстро:
- О твоих способностях, конечно!
 Я понимала его речь, но её будто приходилось переводить, причём дважды с вроде бы понятного, но не до конца изученного иностранного языка.
Я вникала, а он всё продолжал тараторить:
- То, что мне рассказывали про тебя. Скажи, ты и в самом деле можешь связываться с ними?
Я тупо переспросила:
- С кем?
- Ты знаешь, о ком я говорю.
Прокашлялась и отрицательно покачала головой:
- Понятия не имею.
Откуда мне было знать, кто и что ему рассказывал?
Алекс замолчал. Что ж, мне всё-таки удалось ненадолго остановить его. Он продолжил уже через пару секунд:
- Пытаешься сбить меня с толку? Или отомстить?
Я удивилась и произнесла по слогам:
- О-том-стить?  И за что же?
Он помялся, но всё же признался:
- Вот за это, - его ладонь скользнула под узкий рукав водолазки и тонкие пальцы вытянули на запястье тонкий серебряный браслет. Отнюдь не мужской.
Вот оно что! Значит моя связь с погибшей девушкой была отнюдь не случайной! И Алекс знал, что именно требуется таким, как я, для контакта, когда накрывал мою ладонь своей. Не зря я почувствовала подвох…
Я не отрываясь, смотрела на витиеватое плетение, постепенно приходила в себя, злилась, но старалась и близко не подпускать мысли о погибшей Лизе. Сейчас это было опасно для моей жизни. Кажется, он тоже что-то понял или почувствовал:
- Извини. Пожалуйста.
Не знаю, насколько его извинения были искренними, но я приняла их коротким кивком. Он тут же оживился:
- Что ж… Итак, ты связываешься с теми, кого уже нельзя вернуть…
- Хочешь сказать, с теми, кто стал дождём? – всё ещё очень медленно проговорила я, вспоминая далёких смех.
Он вздрогнул:
- Интересная формулировка.
- Да, и мне понравилась… Но ведь ты уже слышал её, не так ли?
Отнекиваться смысла не было.
- Верно, - наконец согласился он, и волна облегчения перетекла из его выдоха в мой вдох. – Она часто говорила, что хорошие люди становятся дождём после смерти. Значит, ты всё-таки говорила с ней?
– Нет, - честно ответила я, обнимая себя за плечи. Мне опять стало холодно.
- Но как ты узнала тогда? Про дождь?
Можно было хоть как-то ответить, но то ли от усталости, то ли от того, что я всё ещё не могла согреться, мысли разбегались и я не хотела тратить последние силы на объяснения.
- Я знаю, что у тебя куча вопросов, но сейчас мне нужен отдых. Сон, точнее. Поможешь добраться до постели?
- Конечно, - засуетился Алекс.
Быстро вскочил, помогая мне встать, держа под руку очень осторожно. И тут оказалось, что подняться не так-то так просто! Я с удивлением осознала, что вряд ли смогла бы устоять на дрожащих ногах, если бы не Алекс! Такой слабости я не чувствовала ни разу в жизни. Мне стало страшно: если уж я была совершенно измотана одним только подъёмом на ноги, то что меня ожидало при ходьбе?!
В итоге дорога к лестнице на второй этаж – шагов двадцать - заняла не менее пяти минут. Ноги мои дрожали, как у столетней старушки, пытающейся бежать марафон, а пот стекал по спине водопадами. У первой ступеньки я испуганно остановилась, переводя дыхание и понимая, что с подъёмом не справлюсь.
Теперь и Алекс видел, насколько рисковал моим здоровьем и выглядел очень удрученным.
- Извини, - пробормотал он ещё раз, подхватил меня на руки и, даже не запыхавшись, взбежал на второй этаж.
Силы настолько стремительно покидали меня, что я и не поняла, как оказалась под одеялом. Алекс поправлял подушки, стараясь, чтобы мне было удобно, а мне, честно говоря, было уже всё равно.
Я засыпала и единственное, во что мне не верилось, так это в то, что совсем недавно этот же человек пытался причинить мне вред…