р-н-ск. Цветочные грёзы Найка Часть III. Глава 11

  Глава 11. Прорыв сквозь земляничный сироп.
  На Земле, в тихой резервации «Цветочные Холмы», царил абсолютный, почти одурманивающий покой. Здесь не знали о существовании «Индекса Общественной Полезности», а небо было настоящим — густо-синим, без фиолетовых разводов корпоративного смога.
  Найк спал в своей уютной спальне под развесистой сортовой ромашкой, которая заменяла ему навес. Пахло домашним уютом: свежевыпеченным хлебом из крафтовой пекарни за углом и остывающим земляничным вареньем. Его сон был чистым и сладким, словно патока. Найку снились пушистые шмели, лениво перелетающие через плетень, и теплое утреннее солнце, которое вот-вот должно было коснуться его круглых румяных щек.
  Внезапно пасторальная идиллия дала трещину. Сначала пропало солнце. Небо во
сне Найка подернулось серой рябью, как старый неисправный кинескоп. Земляничные поля начали блекнуть, превращаясь в монолитные бетонные блоки, а пушистые шмели с металлическим скрежетом трансформировались в угловатые силуэты дронов безопасности со светящимися красными сканерами.
— ...Найк! Очнись, тебе говорят! — Сквозь затухающий шум шмелиных крыльев прорвался резкий, хриплый и до смерти напуганный голос.
  Найк заворочался, пытаясь удержать ускользающий сон, но реальность ЛУНАРа уже пробила аналоговую защиту Земли. Пространство сна окончательно лопнуло.
Найк резко открыл глаза и сел на кровати. Вокруг была его комната, но привычный утренний свет был вытеснен ядовитым фиолетовым сиянием. Прямо посреди спальни, над дубовым столиком, висела полупрозрачная, дрожащая голограмма, генерируемая ретранслятором МАХ.
  С экрана на него смотрел Козлевич. На нём не было лакированного цилиндра, дорогого шелкового сюртука и золотого ИИ-планшета. Всё это осталось в кошмарных снах. Но неоново-синий ошейник ID-доступа всё таки был на его шее и испуганно мигал багровыми искрами.
— Слава создателям, пробился! Резервный канал связи Министерства всеобщего просвещения и образования, которым руководит Замур, еще не полностью заблокирован, — Козлевич нервно оглянулся назад, словно за его дверью уже стояли карательные отряды. — Найк, послушай меня внимательно и забудь про свой сиропный рай. У нас на ЛУНАРе ад.
— Козлевич? — Найк испуганно захлопал глазами, подтягивая к подбородку теплое одеяло.
— Какая платформа? Какое ведомство? У меня сегодня по плану сбор нектара и...
— Забудь! — рявкнул Козлевич, и голограмма на секунду исказилась цифровыми помехами.
— Программа П.Н.О.П. запущена на полную мощность. Замур со своими «Цифровыми Штампами» окончательно переформатировал мозги молодым лунаришкам. Они вышли на улицы с лазерными утилизаторами. Прямо сейчас отряд под кураторством парня по имени Цзиньбу Цаньчжа штурмует последний аналоговый бункер. Цзиньбу идет утилизировать собственного отца, Ганьпи, просто ради того, чтобы списать двенадцать процентов долга за учебу! Понимаешь ты это своей нечипированной головой?!
  Найк сжался в комок. Слова лунаришки звучали дико, пугающе и совершенно не укладывались в его привычный, пасторальный мир. Сын, уничтожающий отца за цифровые баллы? У Замура и главы Министерства всеобщего здравоохранения Крамца не было сердца, если они заставили молодежь поверить, будто старики — это просто общественные паразиты, виновные во всех кризисах.
— Крамц перекрыл поставки медикаментов и заблокировал ID-ошейники всех, кто старше 65 лет, — продолжал Козлевич, и его голос сорвался на шепот. — Если Цзиньбу и его каратели уничтожат архив Ганьпи, ЛУНАР превратится в тотальный цифровой морг. Нам конец, Найк. Молодежь сожрет стариков, а через тридцать лет система сожрет их самих. Мне нужен кто-то с чистым разумом, кто-то из Цветочных Холмов. Ты должен переместиться сюда, в сектор «Ноль-Сеть», и помочь мне остановить Крамца и Замура, пока шлюзы «Зеленого Транзита» не заполнились доверху!
  Голограмма Козлевича отчаянно замигала. За спиной прозрачного лунаришки  послышался тяжелый гидравлический удар — штурмовые группы выбивали двери его убежища.
— Координаты шлюза на твоем терминале… Найк, спаси нас… — успел выкрикнуть Козлевич перед тем, как изображение с треском схлопнулось, оставив после себя лишь едкий запах озона.
  Найк сидел в темноте. За окном все так же тихо шумели гигантские ромашки, но былая безопасность Цветочных Холмов исчезла навсегда. На его деревянный стол, прямо рядом с банкой земляничного варенья, упал тяжелый металлический браслет межпланетного телепортатора, присланный Козлевичем. Прибор зловеще светился фиолетовым неоном.