Бесконечная спираль Фибоначчи

 из книги "Фрагменты"

Мы привыкли думать, что математика — это язык холодного разума, лишённый чувств и красок. Но в мутные века Средневековья Леонардо из Пизы,  вошедший в историю как Фибоначчи, приоткрыл завесу над тем, что веками оставалось невыразимым и  потрясающе красивым.
Его открытие поражает своей простотой.
1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21…
Каждое следующее число рождается из двух предыдущих. Но если на мгновение отойти от математической формулы, в этой последовательности начинает звучать совсем иной образ.

Два встречаются — и из их союза приходит в мир третий. Так встречаются люди. Двое находят друг друга, между ними возникает то, чего прежде не существовало, — и однажды из этого союза появляется новый человек.
В этом смысле ряд Фибоначчи можно увидеть почти как бесконечную метафору рождения:
два — встречаются, и возникает третье; новое входит в существующее и становится условием следующего нового.
И здесь я вспоминаю мою странную формулу:

1 + 1 = 1

Не как арифметика, а как рождение новой целостности. Два остаются двумя, но их встреча создаёт одно новое. В этом и заключается странность ряда Фибоначчи.
С одной стороны, он почти обезоруживающе прост. Его может понять ребёнок: сложи два предыдущих числа — получишь следующее. Но с другой стороны, чем внимательнее мы смотрим на последствия этого простого правила, тем меньше оно кажется простым.
Отношение соседних чисел постепенно приближается к золотому сечению. Простая последовательность чисел неожиданно начинает говорить языком пропорции и формы. И тогда число встречается с природой. Мы замечаем похожие закономерности в расположении листьев, в некоторых растениях, в спиральных формах живого мира. Это один из тех редких моментов, когда математическое открытие вызывает почти физическое чувство изумления: будто на мгновение приоткрылась дверь в волшебный мир.

Но что именно мы увидели?
Математический закон? Собственный способ видеть порядок в бесконечном многообразии мира?
Возможно, мы слишком быстро решили, что если научились считать числа, то тем самым уже поняли их природу. Может быть, числа — не просто наши кирпичики для описания мира, может быть, они сами указывают нам на какую-то более глубокую структуру, которую мы пока видим лишь смутно. Для меня это магический чертеж самого дыхания жизни. Извечное стремление чисел к бесконечному идеалу — это отражение самой души Вселенной, пытающейся познать себя через форму.  И удивительно, что современная наука не чужда этих связей и сакральных схем.

Квантовая механика предлагает взглянуть на физический мир как на сеть отношений. Здесь свойства вещи не всегда можно отделить от её взаимодействия с другим. У  Карло Ровелли в реляционной интерпретации квантовой механики свойства системы не существуют как абсолютно заданные характеристики «самой по себе» системы; они определяются относительно другой системы, с которой происходит взаимодействие.
И здесь, спустя века, голос Фибоначчи словно превращается в эхо Ровелли.

У Фибоначчи два числа встречаются — и рождается третье. В квантовой механике отношение тоже становится важным. Вещь уже не так легко представить существующей совершенно отдельно от всего остального. Может быть, мир устроен не из отдельных кирпичиков. Может быть, он больше похож на ткань, где нити переплетаясь, создают узор?
Разумеется, между рядом Фибоначчи и квантовой теорией нет прямой научной связи. Это разные математические конструкции и разные эпохи. Но иногда мысль не передаётся — она отзывается, звучит, как два итальянца, разделённые восемью столетиями, где один увидел порядок в числах, а другой предложил физике ещё раз задуматься о первичности вещей и отношений. И между ними — не теория и не доказательство, а только странное эхо.

Фибоначчи оставил нам простой ключ, который мы держим в руках, но не знаем, какую таинственную дверь он откроет. Возможно, за ней нет готового ответа, а лишь следующий вопрос.
Но таинственная дверь бытия существует: где число вдруг становится формой, форма — движением, движение — отношением, а отношение порождает новое.

Спираль продолжается. И какая великая тайна ждет нас там, где спираль Фибоначчи уходит в бесконечность, сливаясь с первозданным Светом?