Квантовые лучи и таможенная декларация

Квантовые лучи и таможенная декларация
(Эссе метамонаха и международного адвоката на пенсии)

«Публика ищет квантовые лучи, а смотреть надо на таможенные декларации по дизелю», - Метамонах Владимир Ангелблазер, международный адвокат на пенсии,
остров Буян, в царстве славного царя Салтана
29 сентября 2026 года


Есть вопросы, поставленные верно, но ответ на них ищут не в той юрисдикции. В своём монологе от 24 сентября 2026, Такер Карлсон, как всегда, нащупал нерв: кто и зачем планомерно уничтожает на планете нефтеперерабатывающие заводы? Нас пугают «квантовым скачком»? Готовят к «холодному ядерному синтезу»? Или за всем стоит единый невидимый режиссёр?

Вопрос — правильный. Но то, что в соцсетях выглядит как единый «планетарный процесс», на деле — склейка трёх разносистемных явлений. Их постоянно путают, плодя конспирологических химер. Я не утверждаю, что заговора нет. Я предполагаю лишь, что для вывода о едином центре нет доказательств. А там, где нет доказательств, юрист обязан не домысливать, а различать.

Итак, разберём, кто и зачем в действительности жжёт НПЗ.

I. Война. 90% всех новостей про НПЗ за последние два года
Это не теория заговора, а военная стратегия.

В России: с января 2025 года атакован 21 из 38 крупных НПЗ страны — на 48% больше, чем за весь 2024 год. По оценкам Carnegie Endowment, повреждено до 38% перерабатывающих мощностей. Новошахтинский, Кириши, Рязанский, Куйбышевский в Самаре, Московский НПЗ «Газпромнефти» — все они горели после ударов дронов. Украина и её хозяева, открыто декларируют цель: лишить топлива армию и обескровить экономику.

На Ближнем Востоке: хуситы ракетами жгут НПЗ Yanbu в Саудовской Аравии; в Ираке подорван газовый завод Taji; в Ливии крупнейший НПЗ останавливался из-за боёв и пожара резервуаров.

Это не «кто-то за кулисами». Это прямые участники военных конфликтов.

II. Аварии. Их всегда было много

НПЗ — объективно самый опасный тип производств на планете: высокое давление, температура под 500 °C, водород, сероводород. В США в среднем происходит 1–2 крупных пожара на НПЗ в месяц — нормальная статистика последних двадцати лет. Просто до эпохи TikTok и Telegram о них писали только локальные газеты. Сейчас любой пожар в Техасе мгновенно попадает в глобальную подборку: «Смотрите, опять жгут!»

Но это не политика. Это физика и износ.

III. «Квантовый скачок» и холодный синтез

Доказательств того, что кто-то физически уничтожает НПЗ ради принудительного перехода на новую энергетику, не существует. Однако сама логика, на которую намекает Карлсон, имеет под собой реальную почву. Только вывернута она наизнанку.

Нефтянку не взрывают. Ей банально не дают строить новое.

В США, Канаде и ЕС с 2020 года практически не выдано ни одного разрешения на строительство нового крупного НПЗ. Последний гигант в США был построен в 1977 году. Инвесторы и банки под давлением ESG-повестки отказались финансировать переработку нефти. Старые заводы закрывают из-за нерентабельности и «зелёных» норм.

Их не уничтожают динамитом. Их душат экономически. Это официальная политика — energy transition.

Готовят ли нас к «скачку»?

К холодному ядерному синтезу (LENR) — нет. За 35 лет со времён Понса и Флейшмана наука не получила ни одного воспроизводимого реактора с выходом больше входа. Пентагон и NASA точечно финансируют исследования, но до энергетики — десятилетия, если это вообще возможно.

К настоящему термояду — да. ITER, Helion, Commonwealth Fusion: в 2020-х впервые получена стабильная реакция с научным Q > 1. И это уже, дорогой читатель, не фантастика.

К «квантовому скачку» — да, но без магии. Речь о твердотельных и натриевых батареях, водороде и SMR — малых модульных реакторах. Задача Запада — уйти от зависимости от огромных, уязвимых НПЗ к распределённой генерации, которую нельзя выбить одной атакой.

Логика прозрачна: если ты хочешь контролировать мир, построенный на нефти, — ты контролируешь НПЗ. Если ты хочешь построить мир, где нефть не нужна, — тебе не нужно взрывать НПЗ. Достаточно перестать их ремонтировать и строить.

Взрывы — это война. Закрытия — это политика. А «скачок» — ставка правительств и глобальных фондов вроде BlackRock на электрическое будущее.

IV. Проверяемая опись: только факты

1. НПЗ России, атакованные дронами (2024–2025)
По данным BBC и Reuters, с января 2025 атаке подвергся 21 из 38 крупных НПЗ.

* Новокуйбышевский НПЗ — волна ударов 02.08.2025, вместе с Рязанским дает до 8% переработки страны
* Рязанский НПЗ (РНПК) — поражение 02.08.2025 и повторные удары в августе-сентябре
* Волгоградский НПЗ (Лукойл) — по два удара в августе и сентябре 2025
* Славянский и Ярославский НПЗ (ЯНОС) — одновременное поражение дальнобойными БПЛА
* Куйбышевский и Афипский НПЗ — звенья «Рязанско-Волгоградской дуги»
* Новошахтинский НПЗ — системные атаки с 2022 г., в августе 2025 уничтожено 1,5 млн тонн
* Саратовский и Салаватский — по два удара в августе-сентябре 2025
* Кириши, ТАИФ-НК, Пермь, Омск, НОРСИ, ТАНЕКО — шесть крупнейших дизельных заводов, половина дизеля РФ

Всё это подтверждается данными NASA FIRMS и сводками губернаторов.

2. США: закрытые по экономике (2020–2023)

Это не взрывы. Это официальные закрытия из-за ковида и ESG. EIA официально исключила их из мощности.

* Martinez, California (Marathon) — 161 000 б/с — авг. 2020, конверсия в возобновляемый дизель[1]
* Gallup, New Mexico (Marathon) — 27 000 б/с — авг. 2020[1]
* PES Refinery, Philadelphia — 335 000 б/с — пожар 2019, закрыт в 2021[1]
* Cheyenne, Wyoming (HollyFrontier) — 48 000 б/с — конверсия в биотопливо[1]
* Lake Charles, Louisiana — остановлен авг. 2020
* Houston, Texas (LyondellBasell) — 263 000 б/с — закрыт март 2025[2]

Итог: -4,5% мощности в 2020 г. — рекорд с 2012 г.

3. Европа: закрытые в рамках декарбонизации (2020–2025)

Согласно Argus Media, с 2020 закрыто 9 заводов, потеря >1 млн б/с

* Grangemouth, Шотландия — ;150 000 б/с — весна 2025, в терминал[3]
* Wesseling, Германия (Shell) — ;147 000 б/с — конверсия в базовые масла
* Livorno, Италия (Eni) — 88 400 б/с — март 2025, в HVO
* Porto / Matosinhos, Португалия (Galp) — конец 2020
* Lindsey, Великобритания — август 2025, осталось 4 НПЗ в стране

Всего с 2009 в Европе остановлено ;30 НПЗ.

Полная картина такова:

Азия и Ближний Восток строят. 17 новых заводов запланировано только в Западной Азии. Они забирают рынок. США и Европа сознательно сжимаются. Это не диверсии, это решение советов директоров, опубликованное в отчётах Argus и EIA. Россия и Украина — единственное место, где НПЗ действительно уничтожают физически — дронами. 7 млн барр./сут простаивает в Азии/Ближнем Востоке и ещё 1,4 млн в России из-за повреждений, как говорил один из руководителей отрасли.

Поэтому когда видите заголовок «в мире массово горят НПЗ» — проверяйте регион. Если горит в Техасе — это один из 130 американских, авария. Если горит в Рязани — это один из 38 российских, война. А если закрылся в Шотландии — это не пожар, а конверсия в терминал.

V. Сколько всего таких заводов в мире?

Физических площадок: около 700[4]. 492 крупнейших дают 94% всей переработки[4] Общая мощность: ;103 млн барр./сут

* США: 130 действующих (было 254 в 1982) — 18,43 млн б/с[5]
* Китай: ;180 заводов — 18,48 млн б/с — обогнал США в 2023[4]
* Россия: 38 крупных — 6,8 млн б/с
* Индия: ;24 завода — 5,8 млн б/с — Jamnagar 1,4 млн б/с — крупнейший в мире

VI. Первичные источники для данной статьи:

EIA: Refinery closures decreased U.S. refinery capacity during 2020 — https://www.eia.gov/todayinenergy/detail.php?id=48636
EIA Refinery Capacity Report — https://www.eia.gov/petroleum/refinerycapacity/
OGJ Worldwide Refinery Survey — List of oil refineries / Energy Institute data 2024 — https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_oil_refineries
FuelsEurope Reports — https://www.fuelseurope.eu[1 [blocked]][2][3][4][5]

VII. В чём же фокус?

Может показаться, что Китай и Залив оставляют с технологиями прошлого, пока Европа уходит в XXI век. Это было бы логично, если бы Россия продавала сырую нефть. Но Россия — бензоколонка дизеля. До 2022 года половина дизеля в Европе была российской. Сырую нефть продавать под потолком цен и санкций сложно, а дизель — проще.

Удар по НПЗ — это удар не по прошлому, а по кошельку войны. Один НПЗ приносит $20–30 млн экспортной выручки в день. Дрон за $20 тыс. выбивает миллиард.

При этом в России 15 лет идёт своё сознательное уничтожение старой переработки — налоговым манёвром Минфина РФ. Глубина переработки 82–84% против 96% в США. Заводы делали неликвидный мазут. С 2014 по 2022 тихо закрылись 8 мелких НПЗ.

Азия же не остаётся в прошлом. Jamnagar 1,4 млн б/с, Al Zour 615 тыс., Dangote 650 тыс. — это заводы будущего с глубиной переработки в 98%, заточенные под химию.

Итог лежит на подносе, на который многие международные аналитики никак не смотрят:

* США и Европа: «Мы убираем грязное производство и будем покупать дизель в Индии, декларируя зелёный курс».

* Китай, Индия, Залив: «Мы становимся фабрикой мира и диктуем цену».

* Россия: осталась со старыми дизельными заводами — самой уязвимой мишенью.

Нефтепереработку не уничтожают ради холодного синтеза. Её переносят из стран, желающих выглядеть зелёными, в страны, которым важна маржа. В России её выбивают, потому что это самый дешёвый способ подорвать военную экономику.

Это проверяемо. Это в цифрах. И это то, чего публика не замечает, потому что ищет в небе квантовые лучи, пока смотреть надо в таможенные декларации по дизелю.

Взрывы — это война.
Закрытия — это политика.
Перенос мощностей — это рынок.
А «квантовый скачок» — пока не заговор, а ставка. А ставки, как известно, делают не в храме, а в казино. Но платят по ним потом все прихожане.

Я придумал банальный вопрос от имени Такера Карлсона к своей же аргументации «Нефтепереработку не уничтожают ради холодного синтеза. Её переносят из стран, желающих выглядеть зелёными, в страны, которым важна маржа.»  Перед кем они хотят выглядеть зелёными? Народу наплевать! Им нужен дешёвый бензин и дизель, им нужны дешёвые продукты глубокой переработки. Они не думают о «зелёном» в магазине, платя зелёными долларами...

И ответ на него последует самый циничный, на который способен метамонах Ангелблазер.

Да, народу наплевать. В магазине в Виктории, в Техасе, в Баварии - человек смотрит на ценник дизеля, а не на отчет о выбросах CO2. Никто не платит на кассе «зелёными долларами» за идею.

Зелёными хотят выглядеть не перед народом. Перед тремя другими инстанциями:

1. Перед тем, кто даёт деньги. Это BlackRock, Vanguard, мировые банки.

С 2020 года в мире введено правило: если ты хочешь дешёвый кредит, ты должен быть «зелёным». Это называется ESG-рейтинг.

НПЗ в Шотландии Grangemouth не закрылся потому, что шотландцы перестали ездить на машинах. А он закрылся потому, что его владелец Petroineos (совместное предприятие Ineos и PetroChina) не смог получить рефинансирование кредита на 1 млрд фунтов. Банки отказали: у вас углеродный след. Мы дадим деньги только если вы построите терминал для импорта, а не завод.

Народу нужен дешёвый дизель. А совету директоров нужен дешёвый кредит. И они выбирают кредит.

2. Перед тем, кто даёт разрешение. Это Брюссель и Вашингтон.

В Европе с 2023 года работает CBAM - углеродный налог на границе. Если ты производишь дизель в Европе, ты платишь 80-90 евро за тонну CO2. Если ты производишь его в Индии на заводе Jamnagar - ты ничего не платишь, пока ввозишь. А потом ввозишь в Европу как «зелёный готовый продукт».

То есть европейский чиновник говорит: «Смотрите, мы закрыли грязный завод в Германии, у нас воздух стал чище!» А дизель он теперь покупает в Индии, где тот же завод коптит в три раза сильнее. Выбросы не исчезли. Они переехали в статистику другой страны. Фокус-покус и всё дело в шляпе!

Это называется «углеродная утечка». И это официально признано в отчетах самой Еврокомиссии.

3. Перед тем, кто голосует не кошельком, а бюллетенем. Это 15% активного городского электората.

Им не нужен дешёвый бензин. У них Tesla и доставка продуктов. Им нужна история. «Мы спасаем планету». Для них и делается весь PR про «зелёный переход».

А остальные 85%, которым нужен дешёвый бензин и дешевые продукты глубокой переработки на острове Ванкувер, - они платят за эту историю из своего кармана. Когда Grangemouth стал терминалом, дизель в Шотландии подорожал на 12 пенсов за литр, потому что теперь его везут танкером из Индии.

Так что формула, которую я вывел, абсолютно верная, только её надо договорить до конца:

Нефтепереработку переносят не из стран, желающих выглядеть зелёными перед народом, а из стран, где власть хочет выглядеть зелёной перед банками и Брюсселем, за счёт народа, которому нужен дешёвый бензин. Народ в этой схеме - не зритель, перед которым играют спектакль. Народ - это тот, кто оплачивает билеты на этот спектакль. Спектакль окончен. Свет в зале включили. И оказалось, что зелёный занавес сшит из тех же самых нефтяных долларов, только с наценкой за доставку.

И именно поэтому я, метамонах на острове Буян, гляжу не в небо, а в декларацию. В небе - обещания. В декларации - цена обещаний.