Механизмы времени - 54. Плацъяббек

   Механизмы времени - 54:  Часы с автоматоном Плацъяббек на ратуше Кёльна (Кёльн, Германия)
 
В самом сердце исторического Кёльна, на восточном фасаде знаменитой готической башни Ратуши (Historisches Rathaus), обращенном к площади Альтер Маркт, находится один из самых удивительных и дерзких памятников средневекового часового искусства. Это часовой ансамбль с механическим автоматоном, известным по всему миру под сугубо местным, кёльнским именем Плацъяббек (Platzjabbeck).

В отличие от помпезных астрономических часов Праги или Страсбурга, демонстрирующих движение планет и религиозные процессии, кёльнские часы воспевают нечто иное — дух свободы, народный юмор и вечную готовность горожан заявить о своих правах. Каждая деталь этой монументальной часовой композиции пропитана вековыми традициями Нижнего Рейна.
 
Корни этого часового ансамбля уходят в переломный для Кёльна XIV век. В 1396 году город пережил бескровную, но радикальную революцию. Столетиями Кёльном безраздельно правила высокомерная патрицианская верхушка («сорок мудрецов»). Возмущенные ремесленники, торговцы и мелкие буржуа объединились в 22 гаффели (профессионально-политические союзы) и свергли власть олигархов, приняв новый устав города — «Лоскутную грамоту» (Verbundbrief).
 
Чтобы зафиксировать этот триумф в камне и архитектуре, городской совет в 1407–1414 годах возвел величественную Ратушную башню высотой 61 метр. Чуть позже, в 1445 году, на верхнем ярусе башни под огромными городскими часами была установлена резная дубовая фигура, профинансированная из городской казны.
 
Первоначально деревянный великан не умел двигаться, а лишь статично демонстрировал широко раскрытый зев, обращенный к главной торговой площади Кёльна. Сама этимология названия Platzjabbeck невероятно колоритна: первая часть слова — немецкое Platz («площадь»), вторая — кёльнский диалектный глагол jappe («разевать рот», «жадно ловить воздух» или «зевать»), а суффикс -beck восходит к французскому le bec («клюв» или «рот»). Буквально это означает «тот, кто разевает рот на площадь».
 
Только в 1913 году, в эпоху модернизации и увлечения сложными механизмами, кёльнские мастера решили вдохнуть жизнь в старинную маску. Внутри башни была смонтирована сложная рычажная система, соединенная с ходовым и боевым механизмами главных часов. С этого момента Плацъяббек стал полноценным автоматоном.
 
Во время Второй мировой войны Ратуша и её башня подверглись страшным разрушениям в ходе ковровых бомбардировок. Оригинальные часы и деревянная скульптура сгорели дотла. Однако в послевоенные годы по сохранившимся чертежам, фотографиям и архивным счетам часовой ансамбль был полностью воссоздан в своем первозданном историческом виде.
 
Часовой ансамбль расположен на высоте четвертого яруса 61-метровой Ратушной башни, выполненной в изящном стиле поздней пламенеющей готики. Часы и находящийся строго под ними автоматон органично вписаны в стрельчатую нишу фасада, окруженную ажурным каменным кружевом и водосточными гаргульями.
 
 Общая высота вертикальной композиции (включая циферблат, декоративное основание и маску автоматона) составляет около 4,5 метров.
 
 Часовой циферблат представляет собой крупный, идеально круглый диск диаметром около 1,8 метра. Его основание выкрашено в глубокий, матовый антрацитово-черный цвет, что создает идеальный контраст с золотыми элементами. По периметру циферблата идет массивная позолоченная рама.
 
 Часовые деления нанесены крупными каллиграфическими римскими цифрами (I–XII), покрытыми сусальным золотом. Минутная дорожка выполнена в виде изящной золотой цепи с точечными делениями.
 
 Ансамбль снабжен двумя стрелками сложной ручной ковки. Часовая стрелка более короткая и массивная, её наконечник увенчан стилизованной геральдической лилией. Минутная стрелка — длинная, тонкая, с ажурным противовесом, напоминающим готический шпиль. Обе стрелки полностью позолочены, благодаря чему время легко читается снизу, с брусчатки Альтер Маркт.
 
Прямо под золотым диском часов, опираясь на массивную каменную консоль, располагается главная изюминка ансамбля — голова-автоматон Плацъяббека. Это колоссальный мужской бюст, вырезанный из цельного куска мореного дуба, устойчивого к капризам рейнской погоды, и искусно расписанный яркими темперными красками.
 
Голова автоматона сознательно выполнена в гипертрофированных, гротескных пропорциях, чтобы её мимика оставалась выразительной для зрителей на земле. Высота маски от края бороды до верхушки головного убора составляет около 1,1 метра, а ширина — около 85 сантиметров.
 
Плацъяббек предстает в образе зрелого, сурового мужчины с ярко выраженными чертами лица:
 
 Глаза огромные, широко раскрытые, навыкате. Белки глаз выкрашены в ярко-белый цвет, а угольно-черные зрачки устремлены строго вперед, на восток. Их фиксированный, пронзительный взгляд создает ощущение, что великан гипнотизирует толпу внизу.
 
 Физиономия имеет характерный для немецкого гротеска розовато-телесный оттенок с подчеркнутыми скулами, крупным носом с горбинкой и глубокими морщинами на лбу.
 
 Лицо обрамлено окладистой, густой, иссиня-черной бородой и усами, которые лихо закручены вверх, обнажая контур губ. Волосы выполнены в виде грубых, рельефных прядей.
 
Поскольку автоматон представляет собой лишь бюст, элементы одежды ограничены воротником и головным убором. На голове Плацъяббека красуется знаменитая средневековая широкополая шляпа (Schlapphut) темного, серо-зеленого цвета, напоминающая по форме охотничий или дорожный наряд XV века. Поля шляпы сделаны из листового металла для защиты деревянного лица от дождей. Воротник одежды вырезан в виде лаконичного полукруглого выреза темно-коричневого кафтана, не отвлекающего внимание от лица.
 
Каждый час у подножия башни собираются десятки туристов и местных жителей. Ровно в нулевую минуту часовой механизм запускает маленькую механическую революцию.
 
Когда тяжелый кованый молот бьет по колоколу Ратуши, объявляя начало нового часа, автоматон оживает. Происходит это следующим образом:
 
1. Спервым ударом колокола деревянная нижняя челюсть Плацъяббека резко идет вниз, открывая глубокий, выкрашенный в черный цвет зев.
 
2.  В такт ударам колокола из открытого рта плавно, но уверенно выдвигается длинный, плоский металлический язык, выкрашенный в вызывающе-алый, кроваво-красный цвет.
 
3.  Язык остается полностью высунутым ровно столько секунд, сколько ударов совершают часы. Если на часах полдень, Плацъяббек демонстрирует Кёльну свою алую «дразнилку» на протяжении всех двенадцати ударов.
 
4.  Как только затихает эхо последнего удара, скрытый электродвигатель и пружины втягивают язык обратно, и челюсть с глухим стуком захлопывается до следующего часа.
 
Смысл этого кукольного представления — предмет давних споров. Самая популярная городская версия гласит, что Плацъяббек выражает презрение свободных горожан и ремесленных гильдий (гаффелей) к поверженным патрициям. Каждым ударом часов Кёльн напоминает старой аристократии, у кого теперь в руках ключи от города.
 
Другая, более мягкая легенда связывает маску с Карлом Великим, который якобы проверял своих сыновей на послушание, заставляя их широко открывать рот. Однако истинный кёльнский дух кроется именно в первой версии — в здоровой, грубоватой рейнской иронии по отношению к любой власти. Неслучайно на этой же башне, чуть в стороне, установлена еще одна знаменитая гротескная фигура — Каллендрессер (Kallendresser), демонстрирующий прохожим и ратуше обнаженную филейную часть.
 
Часы с автоматоном Плацъяббек в Кёльне — это не просто прибор для измерения времени. Это пятисотлетний механический манифест, утверждающий, что время принадлежит народу, а к жизни, политике и самим себе всегда нужно относиться с доброй порцией здорового юмора.