Хрупкая жизнь. Глава 12

-Что-то, Степаныч, невесёлый ты какой-то последнее время. Новая должность, а радости не вижу. Проблемы?.. – спросил Олег Иваныч у Василия Степаныча, подливая ему вина. -И ешь плохо!
Они сидели вдвоём на старой генеральской даче за небольшим столиком у камина, который трещал сырыми дровами, но тепла давал мало. На столе благоухал только что зажаренный шашлык, стояли блюда с соленьями, сыром и овощным салатом.
-Не без этого, сам понимаешь. Начальства у меня много, каждый тянет на свою сторону. Обычное дело - интриги! Все друг друга в чём-то подозревают. Может и побаиваются.
-Ты про директора?
-И про директора, и про замов, и про спонсора генерального.
-Ну расскажи пока трезвые. Ты же знаешь, я - могила… А потом я тебе кое-что расскажу. Если смелости наберусь.
-Да что там рассказывать… Директор опасается спонсора. Видно, есть у них какие-то трения между собой…  Разговоры бывают очень напряжённые.
Василий Степанович чуть не проговорился, что ещё недавно подслушивал через воздуховод венткамеры и знал о происходящем в кабинетах больше, чем многие. Но теперь в комнате поселили Тимофея, этот канал информации стал для него закрытым.

-Слушай, а правда, что наш Шлихман организовал в театре тайный клуб эскортниц. Из наших же балетных девок!
-Да откуда ж мне знать? Свечку не держал, в оргиях не участвовал. …При нынешней жизни я бы не очень этому удивился, - Василий Степаныч ухмыльнулся. -А у тебя откуда такая информация?
-От баб! Наши цеховые всё знают! – «египтянин» засмеялся. Засмеялся и Василий, поперхнувшись вином. -Они много шьют сейчас кринолиновых платьев, - продолжил Олег. -И для театра столько не нужно, много шьют на сторону.
-Ну и что? Пусть шьют.
-Маша говорит, что спонсор одевает таким образом своих содержанок для ролевых игр в подпольном ночном клубе. Он ведь помешан не просто на бабах: любит 19 век, балы, кринолины.
-Не знаю, может быть.  Да нам то, что за дело? И им? Швеи за кринолин раза в два больше получают. Пусть зарабатывают, не вижу в этом ничего особенного.
-Конечно нет. Интересно просто. …Может по коньячку?
-Ты же знаешь, я не смешиваю, - ответил Василий. -Ну а мне-то ты что хотел рассказать?
-Сон! …Но давай сначала выпьем.

Они выпили по бокалу. Закусывать не стали. Василий Степаныч огляделся комнату и заметил чеканку на стене – старых, советских лет, эстамп. Это было изображение египетского сфинкса на фоне пирамид Гизы.
-Видишь, не зря тебя «египтянином» прозвали, -засмеялся Василий Степанович, указывая взглядом на чеканку за спиной Олега -У вас даже разрез глаз один. И скулы.
-Это тесть ваял. Он увлекался всякими поделками с пионерских времён. …Ну так вот, про сон. Ты не смейся, но меня преследует один и тот же сон. Или мне кажется?..  Проснусь ночью и думаю, что уже где-то это видел. Может раньше, в другом сне. А пройдёт время и мне кажется, что я видел это впервые, -Олег задумался, жуя кусок мяса.

-Давай, ближе к делу!
-Мне снится Египет! Представляешь?
-Не представляю. Но я почему-то не удивлён, - усмехнулся Василий
-Будто сижу я ночью на самой вершине, на верхней площадке пирамиды Хеопса; вижу огни Каира, или может быть Гизы. Нил вижу, теплоходы. Люди внизу, как мураши.
Одет я странно - в светлый балахон до пят. На голове тряпки - тюрбан не тюрбан… Вверху красивое звёздное небо – звёзд столько, что кажется им тесно. И всё какие-то они необычные – все цветные, как гирлянды: красные, белые, синие…
-Красивый сон. Это бывает.
-Не в этом дело. Я чувствую себя каким-то ...полубогом. Вокруг летают человеческие тени. Они просят обратить на себя внимание, что-то спрашивают. А я отвечаю им мысленно, что-то показываю руками, даю советы, направляю даже, куда им двигаться. Вроде я сознаю, что это души умерших и на каждого у меня есть что-то, информация какая-то… Но чувствуя себя не главным, а лишь звеном важной цепи: надо мной есть кто-то - управляющая сила, которая то разрешает, то запрещает мне общаться с ними… …Не схожу ли я с ума, Вась?!

-Не думаю. Мне тоже снится иногда всякая хрень, но я почти никогда не помню, что снится. Я даже решил записывать сны в общих чертах. Это оказалось не просто: пока тянешься к блокноту и ручке можешь забыть всё…
-Вот-вот! Я только этот сон и записал. Теперь решил сразу записывать всё, не откладывая.
-А ты во сне сознавал, что это сон?
-Так разве бывает? Нет, не помню такого.
-Конечно бывает. У меня было во сне так: меня душила какая-то неведомая сила. И мне было совершенно не страшно: я знал, что сплю, проснусь, и всё будет нормально. Я даже пытался бороться с этой силой и заставил себя проснуться. Всё действительно обошлось без последствий. Сон не был вещим.

-Хорошо бы найти толкователя снов!
-Да что уж хорошего-то! Иногда лучше не знать, что судьба нам готовит… Ты же помнишь жену мою: она перед болезнью всех толкователей оббегала. Всё верила в вещие сны! Ну даже если ты допустим узнаешь, что тебя ждёт в итоге, как бороться чёрными мыслями?.. Нет, Олег, не берись. Лучше забудь.  Не связывайся… Хотя, это твоё дело. Вечно я лезу со своими советами!
-А может мне всё-таки к врачу обратиться?..
-К какому? У тебя что-нибудь болит?..
-Нет.
-Если сон будет настойчиво повторяться, то можно сделать энцефалограмму мозга. Кстати, у нас в рамках профосмотра это можно сделать в первой поликлинике. Но я договорюсь раньше, если понадобиться.
-А что она даёт?
-Ну, это чисто теоретически. Опухоль мозга может обнаружить…

Друзья сделали перерыв. Олег показал Василию просторную генеральскую дачу. В каминной комнате довольно скромная мебель: несколько кресел из разных комплектов, стол-книжка советских времён, старые венские стулья. 
В комнате был ещё один выход: через крытый переход в санитарный блок с душевой и туалетом. Перегородки в этом переходе были тонкие, с щелями и там постоянно завывал ветер.

-Вам тут не страшно? Ишь, как воет! К потеплению…
-Нет, что-ты! Я так привык, что без этого воя не засну теперь. Девчонки мои правда просили утеплить переход, запенить все щели, и я начал это делать, но не сильно помогло. Да у нас и наверху есть туалет - спят они почти всегда на втором этаже. А тут и в каминной трубе ветер воет, когда нет огня. Это знаешь, даже уют создаёт. Как бой старинных часов…

На втором этаже было две спальни, туалет, душевая кабина и выход на узкую террасу, опоясывающую дом по периметру.
-Спать сегодня будем здесь. Наверху теплее. Камин потом затушим, он всё равно дом не прогреет. Я котел включу, но попозже…
В одной из спален всё стены кроме оконной представляли собой книжные стеллажи. Книг было так много, что в комнате пахло библиотечной пылью.
-Рука не поднимается сжечь всё это. А тут есть такое старьё!.. Даже собрание сочинений Сталина и Ленина. Генерала уже пять лет нет, и жена предлагала сжечь. Тёща согласна, а мне жалко… Я из этого десятой части не прочитаю. Но всё-таки иногда почитываю…

Спустились вниз. Вышли на крыльцо, Олег закурил.
Ветер раскачивал старые сосны, сбрасывая с веток остатки влажного снега. Деревья шуршали, скрипели, осыпая двор шишками. На тёмном ночном небе луна высвечивала серые облака, гонимые ветром на восток. Где-то вдали завыла собака.

-Кстати, что за болтовня идёт по театру про призраков? Мне Маша рассказала, что якобы Валентина Сергеевна видела в венткамере привидение.
-Да. Есть такой слушок. Сам я не видел, но Валя была очень напугана.
Василий Степанович пересказал Олегу всё, что знал от Валентины.
-И ты молчишь... Такое дело, а ты молчишь!
-А о чём говорить-то? Сам я не видел. Да и Валя просила не говорить пока…
-Зачем тогда она Маше рассказала?
-Не знаю. С испугу, наверное. Валентина, выскочила из комнаты прямо на неё, как пробка из бутылки. Ей же надо было как-то объяснить, что её напугало.
-Это та венткамера, в которой сейчас Тимофей?
-Да.
-И что ты собираешься делать?
-Ничего. А что я смогу сделать?.. Ну увижу если, то попробую поговорить с призраком, что бы не пугал больше наших женщин, - хохотнул Степаныч. -Вообще-то я поднимал свои записки о театре, ничего подобного не нашёл, кроме случая во время ремонта крыши.
-А что там было?
Василий Степанович пересказал случай, когда промышленный альпинист субподрядчика сорвался с крыши, потеряв от страха сознание. Олег задумался.

На следующее утро оба проснулись рано. Затопив камин и попив кофе, Олег Иваныч предложил прогуляться в сторону реки.
Потеплело. Ветер стих. Густой туман окутал лес, через который тропинка вела на берег.
-А мы не заблудимся?
-Нет, конечно. Тут лесополоса узкая, не больше километра - и сразу Обь.
Снег растаял. Пожухлая трава, ветки деревьев, кусты бузины – всё покрыто каплями прохладной росы. Листья ещё не успели полностью опасть, кусты рябины горели всеми оттенками багрянца, осина осторожно желтела, а тополя, не думая сдаваться, сохраняли много зелени.

Лес понемногу оживал. Какая-то птица загукала в протоке, поросшей камышами. Звуки были низкие, отрывистые и чем-то напомнили мычание быка.
-Это выпь?
-Выпь! Она призывает нас выпить! Слышишь?.. У меня всё с собой! – Олег весело подмигнул Василию, показывая бутылку с коньяком в пакете.
-Закусить хоть взял? – мрачно спросил Василий Степаныч, которому пить не хотелось.

Но коньяк пошёл хорошо: он имел лёгкий аромат чернослива и чего-то ещё, более тонкого. Олег и Василий сидели на бревне лицом к огромной реке; из-за тумана они не видели противоположного берега, просто слушали плеск волн. Да и тропинка за их спинами тоже скрывалась в тумане вместе с огромными старыми ивами. Размытые очертания деревьев напомнили до боли знакомый сюжет какого-то фильма.

-Мы с тобой как два ёжика в тумане.
-Нет, это ты ёжик, а я – тот самый медвежонок из мультфильма, который любил малиновое варенье и с которым я сейчас выпил бы чаю. Сыро. …Наливай коньяк, раз уж принёс!

Вокруг стало тихо. Туман понемногу стал рассеиваться. Замолчала выпь. В лесу бывают короткие часы умиротворения, когда безумно хочется верить в гармонию природы. В такие минуты Олегу верилось, что, прикоснувшись лбом к стволу старого дерева, можно избавиться от любой проблемы…
-Хорошо сидим, а, Вась?
-Хорошо.
-Это всё потому, что мы в гармонии с природой! Мы слились с ней, мы гармоничны, и она, природа, гармонична! Да? – Олег быстро пьянел, язык его начал заплетаться.
-Да! – встрепенулся Василий, немного задремавший. -То есть - нет! Никакой гармонии в природе нет. Гармония это чисто человеческое понятие, понимаешь? Человек придумал то, чего нет! Помнишь: «Я не ищу гармонии в природе…» у Заболоцкого?
-Это у Заболоцкого. Он запутался и несёт всякую чушь!.. Как у природы не может быть гармонии?..
-Вот как:     «Жук ест траву, жука склевала птица,
               Хорёк пьёт мозг из птичьей головы,
               И страхом перекошенные лица
               Ночных существ смотрели из травы».

Олег задумался.
-Ну и что? Это показывает всего лишь часть пищевой цепочки! Там все едят друг друга ради равновесия в природе. Это и есть гармония. Правда, стихийная. Животный мир не осознаёт это.
-А человек? Кстати, животные тоже иногда убивают друг друга не ради еды, а просто так… Где же тут гармония? Её нет!
-Ну может это стихийный и частный случай. Ведь в природе, кажется, не было случая, когда один вид полностью истребил другой. Лиса не может съесть всех мышей, а волки всех лосей. Они лишь ограничивают их численность.
-Зато человек может! И животных истребить, и себе подобных. В войнах, например. Исчезли целые народы. А ведь человек часть живой природы, её вершина! Какая же это гармония - убивать себе подобных? Не вяжется тут что-то.
-В чём-то ты прав, а в чём-то я, - сказал Олег, закурив. -Но без ещё одной бутылки нам не разобраться. Сейчас допьём и пойдём камин топить. Он уже давно прогорел.

Допивать было не с кем – Василий Степанович опять задремал. Олег допил коньяк один. Он хотел встать с бревна и разбудить Василия, но услышал крик чаек. Туман почти рассеялся, над водой появились птицы. Они метались над волнами довольно близко от берега; вдруг одна из них метнулась в сторону Олега, приблизившись, спикировала на него, клюнув в нос. Олег, с ужасом в глазах, упал с бревна навзничь: у птицы он заметил огромный пеликаний клюв и острые зубы!.. Более того, эта дурацкая «чайка» успела проклокотать ему в ухо: «Молчи, сука! Молчи!..»