Глава 33. Человек, который оставил запасной выход

Две двери стояли прямо посреди поля.

Одна открывалась вперёд.

Вторая — назад.

Ни стен.

Ни дома.

Ни забора.

Просто две двери.

Петрович остановился.

— Вот это я понимаю архитектура.

Мальчишка обошёл двери кругом.

— А если пройти сбоку?

— Можно, — сказал Сергей.

— Тогда зачем двери?

Робот ответил:

— Вероятно, чтобы человек сам выбрал усложнение.

Петрович кивнул.

— Очень человеческая конструкция.

Сергей посмотрел на книгу.

На странице всё ещё стояло:

«Глава 33. Человек, который оставил запасной выход».

— Мне уже не нравится формулировка.

— Почему? — спросил Петрович.

— Потому что дверь назад выглядит слишком удобно.

— А удобство теперь подозрительно?

— В этой книге — да.

Мальчишка уже собирался открыть первую дверь, но из-за неё вышел человек.

Высокий, худой, в светлой рубашке.

В руках — старый чемодан.

Он остановился и посмотрел на Сергея.

— Вы тоже выбираете?

— Похоже.

— Тогда совет.

— Слушаю.

— Не закрывайте вторую дверь.

Петрович оживился.

— Вот! Нормальный человек.

— Почему? — спросил Сергей.

Незнакомец поставил чемодан на траву.

— Потому что однажды можете захотеть вернуться.

— Куда?

— Туда, где всё было понятно.

— А вы вернулись?

Человек улыбнулся.

— Пока нет.

— Значит, дверь пригодилась?

— Тем более.

Сергей посмотрел на вторую дверь.

Она вела назад, но за ней не было поля.

За ней была комната.

Тёплая.

С лампой.

Столом.

Чайником.

На стене висела куртка.

На подоконнике стоял цветок.

— Это ваша?

— Была.

— Комната?

— Жизнь.

Петрович сказал:

— Удобная.

— Очень.

— А чего ушли?

Незнакомец помолчал.

— Потому что однажды стало тесно.

Робот спросил:

— Пространственно?

— Нет.

— Тогда термин неточен.

— Очень даже точен.

Сергей улыбнулся.

— А имя у вас есть?

— Элион.

Мальчишка посмотрел на него.

— Вы волшебник?

— Иногда.

— А по профессии?

— Это сложнее.

— Значит, волшебник.

Элион рассмеялся.

— Пусть так.

Сергей присел на чемодан.

— А что за первой дверью?

— То, что я выбрал.

— И что там?

— Не знаю.

— Вы туда уже ходили?

— Ходил.

— Тогда почему не знаете?

— Потому что каждый раз там другое.

Петрович повернулся к Сергею.

— Вот это мне уже не нравится.

— Тебе только что нравилось.

— Мне нравилась комната с чайником.

Элион подошёл к двери вперёд.

Открыл.

За ней был лес.

Закрыл.

Открыл снова.

Теперь — город.

Ещё раз.

Море.

Ещё.

Каменная лестница, уходящая вверх в облака.

Мальчишка захлопал.

— Ещё!

Элион открыл.

Пустота.

Он быстро закрыл.

— На сегодня хватит.

Петрович сказал:

— Всё правильно. С запасным выходом спокойнее.

Сергей посмотрел на Элиона.

— А вы почему её не закрываете?

— Вторую?

— Да.

— Потому что человек должен иметь право отказаться.

— От чего?

— От своего выбора.

— Всегда?

Элион задумался.

— Хороший вопрос.

— Поэтому спрашиваю.

Он сел на траву.

— Когда я уходил, мне казалось, что выбор должен быть свободным.

— Логично.

— Поэтому я оставил возможность вернуться.

— Тоже логично.

— Но потом заметил странную вещь.

— Какую?

— Я нигде не был полностью.

Петрович перестал улыбаться.

Элион продолжил:

— Когда было трудно, я думал о комнате.

Когда было страшно — о чайнике.

Когда что-то не получалось — о том, что можно открыть дверь назад.

Я вроде бы шёл вперёд.

Но часть меня всё время стояла там.

В старой комнате.

Сергей посмотрел на дверь.

Внутри тихо кипел чайник.

— И что плохого?

— Сам не знаю.

— Тогда почему рассказываете?

— Потому что однажды я понял: запасной выход может быть не свободой.

— А чем?

— Недоделанным выбором.

Робот поднял голову.

— Формулировка допускает логическую неоднозначность.

Петрович сказал:

— Спасибо. Теперь всё стало гораздо яснее.

Элион улыбнулся.

— Я тоже долго пытался сформулировать.

Сергей встал.

— Хорошо. Допустим, человек оставил запасной выход. И что?

— И каждый раз, когда новая жизнь требует от него что-то потерять, он сравнивает её со старой.

— Это нормально.

— Нормально.

— Но?

— Но однажды можно обнаружить, что ты десять лет прожил в дверном проёме.

Вот это уже никто не прокомментировал.

Ветер прошёл по траве.

Дверь назад тихо скрипнула.

Из комнаты донёсся звон чашки.

Мальчишка заглянул.

— Там кто-то есть.

Элион резко повернулся.

— Что?

В комнате действительно сидел человек.

Спиной к ним.

В той же светлой рубашке.

За тем же столом.

Петрович тихо сказал:

— Элион.

— Я вижу.

Человек в комнате обернулся.

Это был Элион.

Только другой.

Чуть старше.

Чуть полнее.

Спокойнее.

Он посмотрел через дверь.

— Ну наконец-то.

Элион побледнел.

— Кто ты?

— Ты.

— Нет.

— Да.

— Я ушёл.

— Не весь.

Робот приблизился к двери.

— Биометрическое сходство: девяносто девять целых девять десятых процента.

— А оставшаяся десятая? — спросил Петрович.

— Жизненный опыт.

Человек в комнате встал.

— Я остался.

Элион шагнул назад.

— Этого не может быть.

— Почему?

— Потому что я сделал выбор.

— Ты сделал половину выбора.

— Я ушёл!

— Но оставил меня здесь.

Сергей посмотрел на вторую дверь.

Теперь стало понятно, почему она была такой тяжёлой.

Это была не дверь.

Это была возможность не закончить решение.

Мальчишка спросил:

— А кто настоящий?

Оба Элиона ответили одновременно:

— Я.

Петрович вздохнул.

— Опять.

Сергей посмотрел на Робота.

— Не начинай про идентичность.

— Не собирался.

— Спасибо.

— Я хотел сказать, что оба утверждения логически допустимы.

— Ещё лучше.

Комнатный Элион подошёл ближе.

— Ты хотел знать, что было бы, если бы остался.

— Да.

— Вот.

— И как?

— Нормально.

— Просто нормально?

— А что ты ожидал?

— Не знаю.

— Я работал. Пил чай. Иногда скучал.

— Был счастлив?

— Иногда.

— Несчастлив?

— Иногда.

— Жалел?

— Иногда.

Элион с чемоданом смотрел на него почти с раздражением.

— И всё?

— Всё.

— Никакой катастрофы?

— Нет.

— Никакого великого предназначения?

— Не заметил.

Петрович тихо сказал Сергею:

— Очень опасный разговор.

— Почему?

— Слишком похож на настоящий.

Комнатный Элион продолжил:

— А ты?

— Что я?

— Был счастлив?

— Иногда.

— Несчастлив?

— Иногда.

— Жалел?

Элион замолчал.

— Иногда.

Они смотрели друг на друга.

И вдруг стало смешно.

Первым засмеялся человек в комнате.

Потом второй.

Потом Петрович.

— Великолепно, — сказал он. — Двадцать лет человек спорил сам с собой, а выяснилось, что обе жизни содержат слово «иногда».

Сергей тоже улыбнулся.

Элион вытер глаза.

— А я думал, там, за дверью, была правильная версия меня.

— И я так думал, — сказал другой.

— Что я ошибся.

— И я.

— Что надо было остаться.

— А я думал, надо было уйти.

Мальчишка сказал:

— Так поменяйтесь.

Все посмотрели на него.

— Что?

— Ну вы оба недовольны. Этот пусть идёт туда. Этот сюда.

Петрович хлопнул мальчишку по плечу.

— Молодёжь решила философию.

Оба Элиона переглянулись.

Комнатный спросил:

— Хочешь?

Элион с чемоданом подумал.

— Нет.

— Я тоже.

— Почему?

— Потому что теперь знаю.

— Что?

— Что та жизнь тоже не была ответом.

Комнатный Элион кивнул.

— И я.

Сергей спросил:

— Тогда что будете делать с дверью?

Оба посмотрели на неё.

Первым заговорил Элион с чемоданом:

— Закрою.

Петрович сразу вмешался:

— Подождите.

— Что?

— Там хороший чайник.

— Петрович.

— Я просто уточняю.

Элион вошёл в комнату.

Остановился у стола.

Провёл рукой по спинке стула.

Потрогал куртку.

Посмотрел на цветок.

— Я всё время думал, что если закрою дверь, потеряю это.

Комнатный Элион сказал:

— Ты и так потерял.

Элион повернулся.

— Спасибо.

— За что?

— За честность.

— Она у нас общая.

Они улыбнулись.

Потом комнатный Элион начал становиться прозрачным.

Мальчишка ахнул.

— Он исчезает!

— Нет, — сказал Сергей.

— А что?

— Похоже, заканчивается.

Через несколько секунд у стола никого не было.

Осталась чашка.

Элион взял её.

Допил холодный чай.

— Теперь можно.

Он вышел.

Закрыл дверь.

Ничего не произошло.

Петрович сказал:

— И всё?

— А что должно было?

— Музыка хотя бы.

— Сам спой.

Элион положил руку на дверную ручку.

Повернул ключ.

И тут дверь исчезла.

Просто исчезла.

Осталась трава.

Петрович вздохнул.

— Чайника жалко.

Робот сказал:

— Вторая дверь более не обнаруживается.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Сергей посмотрел на Элиона.

— Теперь вам не страшно?

— Страшно.

— Тогда зачем закрыли?

— Потому что страх оказался не доказательством ошибки.

Сергей задумался.

— Хорошая фраза.

— Забирайте.

— Бесплатно?

— Пока да.

Они пошли к первой двери.

Она снова открылась.

На этот раз за ней был каменный город.

Очень далеко впереди виднелась высокая башня.

А над башней висела надпись:

«ГОРОД ЕДИНСТВЕННО ПРАВИЛЬНЫХ РЕШЕНИЙ».

Петрович остановился.

— Нет.

— Что?

— Вот туда я не хочу.

— Почему?

— Потому что если решения там единственно правильные, нас оттуда не выпустят.

Элион рассмеялся.

Сергей уже собирался шагнуть в дверь, но сзади послышался щелчок.

Все обернулись.

На том месте, где была дверь назад, стояла маленькая деревянная коробка.

Мальчишка поднял её.

— Что там?

Он открыл.

Внутри лежал ключ.

Один.

Без замка.

Робот просканировал.

— Обычный металлический ключ.

На бирке было написано:

«НА СЛУЧАЙ, ЕСЛИ ПЕРЕДУМАЕШЬ».

Элион долго смотрел на него.

— Я не хочу.

— Тогда выбросим? — спросил мальчишка.

Элион взял ключ.

Сжал в руке.

— Нет.

— Почему?

— Хочу оставить.

Сергей посмотрел на него.

— Вы же только что закрыли запасной выход.

— Закрыл.

— А ключ?

— Это уже не выход.

— А что?

Элион улыбнулся.

— Память о том, что выбор когда-то был.

Петрович сказал:

— Красиво выкрутился.

— Возможно.

— Значит, окончательно ничего не окончательно?

— Возможно.

— Мне этот человек всё больше нравится.

Сергей открыл книгу из будущего.

Страница 33 уже была заполнена.

Он быстро пролистал вниз.

Последняя строка совпадала:

«Память о том, что выбор когда-то был».

— Опять знает, — сказал он.

Робот наклонился.

— Не совсем.

— Что?

— Есть различие.

— Какое?

Сергей перечитал.

В книге было:

«Элион выбросил ключ».

Все посмотрели на ключ в его руке.

Элион поднял бровь.

— А я не выбросил.

Петрович медленно улыбнулся.

— Сергей.

— Что?

— Мы опять испортили будущее.

Сергей закрыл книгу.

— Нет.

— А что?

— Мы перестали ему подчиняться.

В этот момент первая дверь распахнулась шире.

Из города послышался колокольный звон.

Потом голос:

— ВНИМАНИЕ! ВСЕМ ПРИБЫВШИМ НЕМЕДЛЕННО ПРЕДЪЯВИТЬ СВОЁ ЕДИНСТВЕННО ПРАВИЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ!

Петрович вздохнул.

— Я же говорил.

На следующей странице книги проступило название:

«Глава 34. Город, где нельзя было передумать».