Глава 49. Автор, которого никто не рекомендовал

Платформа была бесконечной.

Не в переносном смысле.

Сергей шёл минут десять и уже три раза видел один и тот же киоск с кофе, но каждый раз за ним открывался новый участок платформы.

— Она закольцована? — спросил Виктор.

Робот огляделся.

— Не исключено.

Петрович сказал:

— Или кофе просто хороший.

Мальчишка давно исчез впереди.

Потом появился справа.

— Там ещё тысячи!

— Мы заметили.

— И никто не в списке!

— В этом и смысл.

— А как выбирать?

Сергей остановился.

Вот это был хороший вопрос.

До этого всё было просто.

Есть список.

Есть рекомендация.

Есть вывеска.

Есть подборка.

Есть рецензия.

Есть хотя бы чей-то палец, показывающий:

«Смотри сюда».

А здесь — ничего.

Тысячи авторов.

Тысячи названий.

Тысячи голосов.

Никакой стрелки.

Никакой очереди.

Никакой гарантии.

Только выбор.

Петрович посмотрел на Сергея.

— Ну?

— Что?

— К кому идём?

Сергей оглядел платформу.

Один автор читал вслух.

Другой раздавал листки.

Третий молча сидел с книгой.

Четвёртый громко спорил с читателем.

Пятый спал на чемодане.

Шестой стоял рядом с огромной надписью:

«САМЫЙ НЕДООЦЕНЁННЫЙ АВТОР ПЛАТФОРМЫ».

Петрович показал.

— Вот к этому не пойдём.

— Почему?

— Уже слишком хорошо себя рекомендовал.

Сергей рассмеялся.

— Логично.

Они пошли дальше.

Навстречу шла женщина.

Под мышкой у неё было три книги.

— Простите, — остановил её Сергей. — Как вы выбираете, кого читать?

— По-разному.

— По рекомендациям?

— Иногда.

— По спискам?

— Редко.

— А здесь?

Она посмотрела вокруг.

— Иногда по названию.

— Иногда по первой фразе.

— Иногда по рецензии.

— Иногда просто по лицу автора.

Петрович сказал:

— Ненадёжный метод.

— Конечно.

— И?

— А мне не нужно надёжно.

— Как?

— Я же не мужа выбираю.

Петрович замолчал.

Сергей засмеялся.

— Хорошо. А если ошиблись?

— Закрываю книгу.

— И всё?

— И всё.

Она пошла дальше.

Сергей смотрел ей вслед.

— Вот.

— Что? — спросил Виктор.

— Мы всё время пытаемся сделать выбор без риска.

— А можно?

— Похоже, нет.

Петрович сказал:

— Купить плохую книгу страшнее, чем жениться не на той?

— Не начинай.

Они дошли до участка, где авторы сидели далеко друг от друга.

Здесь было тише.

Никто не зазывал.

Никто не читал вслух.

Никто не объяснял, почему его надо открыть.

Мальчишка остановился.

— А эти почему молчат?

Пожилой мужчина поднял голову.

— Потому что устали кричать.

— Давно здесь?

— Давно.

— Вас никто не рекомендовал?

— Не знаю.

— Как не знаете?

— Не проверяю.

Сергей сел рядом.

— А читатели есть?

— Иногда.

— Много?

— Не считал.

— Почему?

— Когда их мало, считать грустно.

Петрович усмехнулся.

— Практичный подход.

Мужчина показал на стопку книг.

— Берите любую.

— Какую советуете?

— Никакую.

— Почему?

— Не знаю, кто вы.

Сергей удивился.

— А если узнаете?

— Может, посоветую.

— Хорошо. Я Сергей.

— Этого мало.

— Пишу.

— Уже хуже.

— Почему?

— Писатели читают иначе.

— Как?

— Ищут, как сделано.

Петрович сказал:

— Попался.

Мужчина продолжил:

— Что любите?

Сергей перечислил.

— Что не любите?

Перечислил.

— Зачем читаете?

Сергей задумался.

— Сейчас?

— Сейчас.

— Ищу интересных авторов.

— Зачем?

— Для книги.

— Уже хуже.

— Опять?

— Если читаете человека ради материала, можете не увидеть произведение.

Сергей замолчал.

Петрович посмотрел на мужчину с уважением.

— Хорошо сказал.

— Я давно сижу.

— Это помогает?

— Иногда.

Сергей спросил:

— А вы почему пишете?

— Потому что иногда появляется вещь, которую иначе некуда деть.

— Мысль?

— Иногда.

— История?

— Иногда.

— Боль?

— Бывает.

— Радость?

— Реже.

— И всё это в книги?

— Не всё.

— А что не входит?

Мужчина пожал плечами.

— Жизнь.

— Какая часть?

— Большая.

Сергей посмотрел на его книги.

— Покажите одну.

Мужчина протянул тонкую.

Без громкого названия.

Без яркой обложки.

Сергей открыл.

Первая фраза была обычной.

Не ударной.

Не загадочной.

Не такой, которую хочется выписать.

Он прочитал вторую.

Третью.

Пятую.

Потом ещё страницу.

Петрович заглянул через плечо.

— Ну?

— Подожди.

Ещё страницу.

Через несколько минут Сергей поднял глаза.

— Хорошо.

Мужчина усмехнулся.

— Что именно?

— Пока не знаю.

— Значит, читайте дальше.

— А если мне станет скучно?

— Закройте.

— Вы не обидитесь?

— Обидеться могу.

— И?

— Это не ваша обязанность.

Петрович сказал:

— Здоровый человек.

Сергей продолжил читать.

На третьей странице появился герой.

На пятой — второй.

На седьмой стало ясно, что первый всё это время что-то скрывал.

На десятой выяснилось, что скрывал не то, что казалось.

Сергей втянулся.

— Ну вот, — сказал мужчина.

— Что?

— Теперь вы читаете не потому, что я никем не рекомендован.

— А потому что интересно.

— Именно.

Сергей закрыл книгу.

— Но как вас найти, если никто не рекомендует?

Мужчина показал вокруг.

— Вот так.

— Случайно?

— Иногда.

— Это же неэффективно.

— Для чего?

— Чтобы хороший автор нашёл читателя.

— А кто сказал, что мир устроен эффективно?

Петрович кивнул.

— Вот это точно не из списка.

Сергей посмотрел на бесконечную платформу.

— Значит, здесь есть сильные авторы, которых почти никто не видит?

— Конечно.

— И слабые?

— Конечно.

— И средние?

— Больше всего.

— И как отличить?

Мужчина пожал плечами.

— Читать.

— Всё?

— А что ещё?

— Можно посмотреть отзывы.

— Можно.

— Количество читателей.

— Можно.

— Награды.

— Можно.

— Рекомендации.

— Можно.

— И всё это не заменяет чтение.

— Наконец-то.

Мальчишка, который уже открыл другую книгу, сказал:

— А я выбрал по рисунку на обложке.

Петрович сказал:

— Тоже метод.

— И нравится.

— Тогда вообще отличный.

Робот подошёл к Сергею.

— Формулируется новый принцип.

— Какой?

— Внешний сигнал может помочь открыть произведение, но оценка возникает после взаимодействия с самим произведением.

Петрович скривился.

— Переведи.

Сергей сказал:

— Чтобы понять книгу, надо хотя бы начать читать.

— Вот.

Мужчина рассмеялся.

В этот момент по платформе прошёл слух.

Не объявление.

Не сигнал.

Именно слух.

— Там нашли автора.

— Какого?

— Никому не известного.

— И что?

— Гениальный.

— Кто сказал?

— Не знаю.

Петрович поднял голову.

— Началось.

Люди задвигались.

Сначала десять.

Потом пятьдесят.

Потом сотни.

Все пошли в одну сторону.

Мальчишка вскочил.

— Пойдём!

Сергей остался сидеть.

— Куда?

— Там гениальный автор!

— Кто сказал?

— Все!

Петрович улыбнулся.

— Вот и новая рекомендация.

Виктор спросил:

— Пойдём проверять?

Сергей поднялся.

— Конечно.

Мужчина с книгами сказал:

— Вот теперь будет весело.

Они двинулись вместе с толпой.

Чем дальше шли, тем ярче становился рассказ.

Сначала:

— Хорошо пишет.

Через сто метров:

— Потрясающе.

Ещё через сто:

— Лучший на платформе.

Потом:

— Никто так не пишет.

Потом:

— Почему его скрывали?

Петрович сказал:

— Кто скрывал?

Женщина рядом ответила:

— Наверняка редакция.

— Почему?

— А почему его нет в списках?

Петрович посмотрел на Сергея.

Сергей рассмеялся.

— Мы только что это проходили.

Рядом мужчина говорил другому:

— Его специально не замечают.

— За что?

— За правду.

— Какую?

— Не знаю, я ещё не читал.

Петрович остановился.

— Всё. Я больше не могу.

Сергей сказал:

— Пойдём. Мне уже очень интересно.

Толпа дошла до конца платформы.

На маленьком ящике сидел молодой автор.

Перед ним лежала одна книга.

Он выглядел испуганным.

— Это вы? — спросил кто-то.

— Кто?

— Тот самый.

— Какой?

— Великий.

Парень побледнел.

— Нет.

— Скромный!

— Ещё лучше!

— Я просто написал рассказ.

— Вот! Настоящий талант!

Сергей протиснулся вперёд.

— Можно?

Автор посмотрел с надеждой.

— Вы читали?

— Пока нет.

— Наконец-то.

— Что?

— Первый человек, который это сказал.

Петрович засмеялся.

Сергей взял книгу.

— А кто вас первым назвал гениальным?

— Не знаю.

— Вы кому-то давали текст?

— Одной женщине.

— Она что сказала?

— «Мне понравилось».

— Всё?

— Всё.

Сергей посмотрел на толпу.

— А дальше?

Парень пожал плечами.

— Дальше люди пришли.

Петрович сказал:

— Великолепная система передачи данных.

Робот уточнил:

— Первоначальное сообщение трансформировалось при многократной передаче.

Сергей открыл рассказ.

Прочитал.

Толпа ждала.

Он прочитал ещё.

Кто-то не выдержал:

— Ну?

Сергей поднял голову.

— Что «ну»?

— Гениально?

— Я на второй странице.

— Но уже видно?

— Нет.

Человек разочарованно сказал:

— Я думал, вы разбираетесь.

Петрович согнулся от смеха.

Сергей продолжил.

Рассказ был хороший.

Не безупречный.

Местами сильный.

Местами слишком объяснял.

В середине провисал.

Финал неожиданно работал лучше начала.

Сергей дочитал.

Молодой автор нервно спросил:

— Ну?

— Мне понравилось.

Толпа зашумела.

— Видите!

— Он подтвердил!

— Великий!

Сергей поднял руку.

— Стоп.

Тишина.

— Я сказал: мне понравилось.

— А это не значит?

— Не значит «величайший».

— Не значит «лучший на платформе».

— Не значит «его специально скрывали».

— Не значит «все обязаны читать».

Молодой автор выдохнул.

— Спасибо.

Петрович посмотрел на него.

— Ты что, не хочешь быть великим?

— Хочу.

— А почему лицо такое?

— Потому что я ещё один рассказ пишу. Теперь страшно.

— Почему?

— Вдруг он хуже.

Сергей улыбнулся.

— Вот теперь вы настоящий автор.

— Почему?

— Потому что снова надо писать, а не соответствовать слуху.

Парень засмеялся.

Толпа начала расходиться.

Некоторые остались.

Один человек открыл книгу.

Другой вернул.

Третий сказал:

— Не моё.

Автор кивнул.

— Нормально.

Петрович удивился.

— Быстро освоился.

— После «гения» уже ничего не страшно.

Сергей вернулся к пожилому автору.

Тот всё ещё сидел на прежнем месте.

— Ну?

— Хороший рассказ.

— Великий автор?

— Не знаю.

— Уже лучше.

Сергей сел.

— Получается, даже отсутствие рекомендации быстро превращается в новую рекомендацию.

— Конечно.

— Слух.

— Репутация.

— Рецензия.

— Один восторженный читатель.

— Десять.

— Сто.

— И снова внешние сигналы.

— Да.

— От них не уйти.

— И не надо.

— А что надо?

Мужчина поднял свою книгу.

— Не путать сигнал с произведением.

Сергей кивнул.

Белый лист с загнутым уголком лёг между ними.

На нём появилась фраза:

«К ЧИТАТЕЛЮ МОЖНО ПРИЙТИ ПО РЕКОМЕНДАЦИИ. ОСТАТЬСЯ ОН МОЖЕТ ТОЛЬКО ПОСЛЕ ВСТРЕЧИ С ТЕКСТОМ».

Петрович прочитал.

— Хорошо.

Робот сказал:

— Есть исключения.

— Какие?

— Читатель может остаться из-за личности автора, сообщества, привычки, спора…

Петрович махнул рукой.

— Не порть.

Сергей перевернул лист.

На другой стороне было пусто.

— Никакой следующей главы?

— Странно, — сказал Виктор.

Мальчишка подбежал.

— Может, закончились?

Петрович посмотрел на Сергея.

— До шестидесятой далеко.

И тут послышался шум.

Не впереди.

Сзади.

Вся бесконечная платформа начала складываться.

Секции поднимались вертикально.

Авторы хватали книги.

Читатели разбегались.

По громкой связи раздалось:

— ВНИМАНИЕ. ВСЕМ АВТОРАМ, НЕ ВОШЕДШИМ В СПИСКИ, ПОДГОТОВИТЬСЯ К ПЕРЕМЕЩЕНИЮ.

Сергей вскочил.

— Куда?

Голос ответил:

— В каталог.

Петрович нахмурился.

— Какой ещё каталог?

— ОБЩИЙ.

— А что будет здесь?

Пауза.

— ПЛАТФОРМА ЗАКРЫВАЕТСЯ.

Молодой автор подбежал.

— А мои читатели?

— В каталог.

Пожилой поднял книги.

— А если меня там никто не найдёт?

Голос ответил:

— ПОИСК ДОСТУПЕН.

Петрович посмотрел на Сергея.

— Это звучит хуже, чем кажется.

Робот сказал:

— Или лучше.

— Почему?

— Каталог потенциально делает всех доступными.

Сергей посмотрел на тысячи авторов.

— Но доступный — ещё не найденный.

Белый лист вдруг задрожал.

На нём появились слова:

«Глава 50. Место, где были все авторы и никто никого не видел».

Петрович вздохнул.

— Ну вот.

Сергей взял лист.

— Идём в каталог.

Пожилой автор спросил:

— Зачем?

Сергей улыбнулся.

— Хочу понять, что происходит с миром, когда в нём доступно всё.

И платформа сложилась.