Токсичные доходы

[io. earth-05]
[symbiote universe@chronicles ~]#
+А

В квартире было темно. Он встал с кровати. Прошёл на кухню. Открыл холодильник. Достал бутылку воды. Налил в стакан. Выпил.
Потом сел за стол и посмотрел на смартфон.
Экран светился в темноте. Уведомление от банка. Ещё одна премия. За троих.
Он отложил смартфон.

Это началось не сразу.
Так всегда начинается.
Не сразу…
Первая премия была за «оптимизацию». Он не знал их лично. Просто подписал. Деньги пришли. Он купил новый смартфон.
Вторая — за «эффективность». Пять человек. Один написал ему в личку: «Я вас понимаю. Но у меня двое детей». Он не ответил. Купил новую куртку.
Третья — за «реструктуризацию». Двенадцать. Женщина плакала в коридоре. Он прошёл мимо. Купил путёвку.
А потом перестал покупать.

Он не сразу понял, что дело в деньгах. Думал — устал. Думал — выгорел. Думал — надо в отпуск.
В отпуске он сидел на берегу и считал. Не волны — людей. Получалось много. Слишком много для одного человека, который просто делал свою работу.
Он вернулся и попробовал отказаться.
— Я больше не могу, — сказал он начальнику.
Тот спокойно кивнул.
— Понимаю. Но кто это сделает, если не ты? Ты же профессионал.
И он остался. Потому что профессионал. Потому что кто-то должен. Потому что деньги.

Теперь он ходил по городу и не чувствовал разницы. Те же улицы. Тот же дождь. Та же карта в кармане.
Но мысль не уходит.
Она приходит по утрам, когда он открывает глаза. Приходит в метро, между станциями. Приходит вечером, когда он смотрит в телефон и видит очередное уведомление.
Это не доход. Это что-то другое.
Он гонит её. Убеждает себя, что всё нормально. Что так устроен мир. Что он не первый и не последний. ЧТО ДЕНЬГИ НЕ ПАХНУТ.
Но мысль возвращается.
Деньги не пахнут. А ты — пахнешь. Каждое утро. В душе. С мылом. И всё равно пахнешь.

Он пробовал переводить на благотворительность. Стало легче. На неделю.
Пробовал копить. Думал: «Вот накоплю — уйду». Накопил. Не ушёл. Потому что привык. Потому что страшно. Потому что «а кто если не я?».
Пробовал пить. Не помогло. Только сны стали тише и темнее.
А мысль осталась.
- Ты не зарабатываешь. Ты собираешь. Собираешь то, что остаётся после людей. Их вечера. Их планы. Их «я справлюсь». Ты берёшь это и кладёшь в карман. И называешь доходом.

Вчера он снова подписал. Еще Трое. Молодой парень. Женщина с уставшими глазами. Мужчина в очках. Все из отдела продаж.
Он подписал. Отправил. Закрыл ноут.
И долго сидел в темноте, прежде чем встать.
Ты мог отказаться. Ты мог сказать «нет». Ты мог уйти год назад, Два, Три? Но ты не ушёл. Потому что тебе нравилось. Не деньги. Власть. Возможность решать. Возможность быть тем, кто подписывает, а не тем, кого подписывают.
И теперь ты сидишь на кухне и жалеешь себя. А они — они не сидят. Их нет. Ты их «оптимизировал».

Он посмотрел в окно. Город горел огнями — равнодушный, большой, чужой. Дождь стучал по стеклу. Ровно, без эмоций.
Пришло сообщение. Ещё одна премия. Ещё одна. Еще три человека.
И он понял: это не доход. Это токсичный доход. Деньги, которые приходят, но после них тяжело дышать. Формально — плюс. Неформально — минус. Ты их получил, но потерял что-то важное. И это «что-то» — дороже.
Ты можешь уйти. Прямо сейчас. Встать. Написать заявление. Выйти. Дождь. Зонта нет. И всё.
Но он не встал.
Он сидел и думал. Долго. О том, что доход — токсичен. О том, что он сам — токсичен. О том, что если уйти сейчас, ничего не изменится. Потому что кто-то другой сядет на его место. И будет подписывать. И получать премии. И, может быть, тоже сидеть на кухне ночью и думать, что он делает что-то не то.
А может, и не будет. Может, ему будет плевать. Может, он будет спать спокойно. А ты — ты не спишь. Потому что ты ещё живой. Потому что ты ещё чувствуешь. Потому что ты знаешь.

Утром он написал заявление.
Начальник посмотрел на него, как на сумасшедшего.
— Ты уверен? У тебя ипотека. Ты лучший!
— Знаю, — сказал он. — Поэтому и ухожу.
Он вышел из офиса. На улице шёл дождь. Зонта не было. И он впервые за долгое время не пожалел об этом.
Потому что дождь — он просто дождь.
А не то, что остаётся после.