Глава 37 Опоздание на судьбу

Утро следующего дня встретило её радужным, чистым небом и скромно, но уверенно поднимающимся, отдохнувшим солнцем. Тамилочка облегчённо вздохнула и сладко потянулась под прохладной простынёй. «Какое блаженство», — подумала она… и с чистой совестью провалилась в глубокий, безмятежный сон.

Проснулась она от странного ощущения, будто её поджаривают на медленном огне. Тамила резко распахнула глаза. Солнце, которое на рассвете скромно поднималось над горизонтом, теперь нагло и беспощадно палило прямо в окно, превратив её уютный номер в подобие финской сауны. Девушка испуганно скосила взгляд на тумбочку. Маленькие часы тускло светились электронными цифрами — 10:45.

— О Боже… — сиплым со сна голосом прошептала Тамила.

В её голове сработал внутренний сигнал тревоги. Осознание масштаба катастрофы подбросило её с кровати со скоростью катапульты. Она проспала! Она проспала встречу с принцессой Мари, проспала Анжело, проспала свою судьбу и, кажется, половину своего законного отпуска!

В номере началась паническая ликвидация последствий. Тамила металась по комнате, как встревоженная белка. Времени на душ не было. Пытаясь на ходу натянуть вчерашнее платье, она умудрилась застрять головой в узком вороте и добрую минуту вслепую сражалась с непослушным трикотажем, глухо чертыхаясь на весь номер. Выпутавшись, она подскочила к зеркалу. Из отражения на неё безумными глазами смотрела растрёпанная Горгона: три дня дождливой сырости превратили её непослушные рыжие кудри в то самое «гнездо радужной птицы», над которым на днях она сама так опрометчиво потешалась.

Кое-как пригладив этот пушистый взрыв ладонями и завязав его в тугой, нелепый хвост на макушке, Тамила бросилась к выходу. Главное — обувь! Судорожно сунув ноги в шлёпанцы, она на секунду замерла, проверяя, оба ли на месте. Да, оба.

Схватив сумочку, Тамила пулей вылетела из номера и понеслась по коридору, молясь только об одном: не столкнуться с «девочками». Но закон курортной подлости начала девяностых сработал без осечек.

У самого лифта, величественно обмахиваясь веером, стояла Карелия Робертовна в сопровождении испуганной Аделины и всё понимающей Вероники, которая, как назло, уже успела протереть свои проницательные очки. При виде летящей на всех парах Тамилы трио синхронно замерло.

— Батюшки, Милочка! — всплеснула руками Аделина. — На тебе лица нет! Что случилось? Пожар?

— Деточка, — Карелия Робертовна сурово смерила взглядом её причёску и помятый подол. — Ты утверждала, что у тебя в полпятого утра сугубо личные дела. Судя по твоему гнезду на голове, эти дела только что нанесли по тебе сокрушительный удар.

Вероника молча перевела взгляд на часы на ресепшене, затем на Тамилу, и в уголках её губ заиграла тонкая, всё понимающая усмешка.

— Дела, Карелия, бывают разные, — многозначительно протянула Вероника. — Некоторые дела требуют долгих, изнурительных переговоров с подушкой.

— Я… я просто… воздухом подышать! — пролепетала пунцовая Тамила и, вместо того чтобы ждать лифт, отчаянно рванула вниз по пожарной лестнице, едва не теряя шлёпанцы на ходу.

Ей было безумно стыдно. Солнце сияло вовсю, пляж наверняка был забит людьми, и надежда застать Мари таяла с каждой секундой. Но упрямый внутренний голос гнал её вперёд, к морю…

Пляж оказался под завязку забит изголодавшимися по теплу отдыхающими. Тамила растерянно брела сквозь этот людской муравейник, тревожно вглядываясь в даль, где должна была произойти встреча. С каждой минутой шансы встретить подругу становились всё призрачнее. Пройдя ещё немного, она замедлила шаг и остановилась. Её внимание привлекла одинокая фигура у самой кромки воды.

Это был высокий, атлетически сложенный темнокожий мужчина в белоснежной футболке и таких же шортах. Сердце Тамилы, совершив кульбит, застряло где-то в горле, а ноги на мгновение перестали слушаться. Мужчина был точь-в-точь как спутник Мари, но самой француженки рядом не наблюдалось. Заметив растерянную девушку, он плавно снял солнцезащитные очки и сам направился ей навстречу.

— Bonjour, madame, — безупречно произнёс он, слегка склонив голову.

— Доброе… утро. То есть… день, — запинаясь, вымолвила Тамила. — А… где же?..

Договорить она не успела. Её взгляд упал на протянутую руку Анжело, в которой белел изящный конверт. Мгновенно выхватив его, Тамила жадно впилась глазами в строчки, написанные летящим почерком:

«Моя милая Мила! Простите за моё вынужденное отсутствие. Я неважно себя чувствую, но с большим удовольствием жду вас к себе на обед. Если вы не против, Анжело заедет за вами в половине шестого. Надеюсь на продолжение приятного знакомства. С уважением, Мари».

Тамила не в силах была скрыть хлынувшую волну радости. С сияющим взглядом она посмотрела на мужчину:

— Вы… Анжело?

— Oui, madame, — сдержанно кивнул тот.

— Передайте Мари… что я непременно приду! — Тамила от избытка чувств перешла на крик, отчаянно жестикулируя.

Этим перформансом она окончательно перепугала круживших рядом бакланов и лежащих неподалёку туристов, распластанных на солнце подобно ленивым тюленям. Ей почему-то казалось, что иностранцы понимают русский язык гораздо лучше, если орать им прямо в лицо и активно махать руками.

Анжело, однако, остался абсолютно невозмутим. Он меланхолично достал из кармана шорт фирменный блокнот с прицепленной к нему ручкой и с величавым безразличием протянул его заметно нервничающей Тамиле.

— А-а-а… хорошо! — продолжала громко вещать она, игнорируя косые взгляды шокированных отдыхающих. — Я ей напишу!

Взяв блокнот, она уже тихо, одними губами пробормотала под нос: «Черт бы тебя побрал… истукан». Затем, мило и фальшиво улыбнувшись ничего не понимающему иностранцу, быстро набросала небрежными каракулями: «Спасибо за приглашение, Мари! Непременно буду. Тамила».

— Вот, держите, — она вернула ему блокнот.

Мужчина спрятал его, но уходить не спешил. Он снова молча протянул к ней раскрытую ладонь и с железобетонным спокойствием уставился Тамиле прямо в глаза.

— Что ещё?! Что? Я не понимаю! — она всплеснула руками, недоуменно пожимая плечами. — Ой… точно! Забыла.

Всё так же приветливо улыбаясь, она вложила в его пальцы шариковую ручку.

— Au revoir, madame, — бесстрастно произнёс Анжело, возвращая очки на переносицу.

— Бай-бай… Кинг-Конг, — практически под самым его носом Тамила мстительно помахала ладошкой.

Сверкнув на прощание ослепительной белоснежной улыбкой, Анжело развернулся и размеренным шагом побрёл прочь. Задержав скользящий взгляд на удаляющейся фигуре этого исполина, Тамила облегчённо вздохнула и лениво поплелась обратно к отелю. Повсюду слышались разноголосые крики отдыхающих, радостный детский смех, мерный рокот прибоя и пронзительные крики чаек. Тамила скинула шлёпанцы, взяла их в руки и побрела по самой кромке воды. Песок к этому времени уже раскалился и нещадно обжигал ступни, зато набегающие волны ласкали кожу спасительной прохладой. Подняв голову к небу, она распустила волосы, подставляя рыжие локоны навстречу ласковому морскому бризу. Тамила шла не спеша, с наслаждением вдыхая горьковатый, пропитанный солью запах бездны.

— Милочка! Ты откуда? — голос Карелии Робертовны раздался словно гром среди ясного пляжного неба.

Тамила вздрогнула и остановилась. Приставив ладонь к глазам, чтобы защититься от слепящего солнца, она попыталась отыскать взглядом приятельницу.

«Девочки» расположились неподалёку, грациозно — насколько позволяли почтенные годы — развалившись в пластиковых шезлонгах.

— Любовалась природой, Карелия Робертовна. Всё гораздо банальнее, чем вы успели себе вообразить, — Тамила прищурилась и хитро улыбнулась.

— А откуда ты знаешь, деточка, что именно я себе вообразила? — Карелия Робертовна кокетливо повела глазами в её сторону.

— Ну… я могу только предполагать.

— Что ты, милая! У тебя здесь безупречная, я бы даже сказала, пуританская репутация затворницы, — Карелия Робертовна со знанием дела вздохнула. — Мужчины обходят тебя стороной, хотя с большим, просто-таки с явным аппетитом поедают глазами. У тебя, деточка, настолько неприступный взгляд, что редкий кавалер отважится на личное знакомство. Да и на курортах публика нынче специфическая! Сюда ведь слетаются за яркими эмоциями, за бурными романами — кратковременными и краткосрочными. Люди не привыкли тратить отпускное время впустую. А за тобой ведь недели две нужно только ухаживать, прежде чем ты вообще удостоишь его своим вниманием. Потом ещё недели две уйдёт на то, чтобы, кружась и пританцовывая вокруг, снискать твою улыбку. А в конечном итоге… ты его безжалостно отгонишь, как назойливую муху.

Махнув рукой, Карелия Робертовна поправила поля своей щегольской шляпки и лениво поменяла позу в шезлонге.

— Нет-нет, — продолжала она с высоты своего богатого жизненного опыта. — Мужчины таких женщин — красивых, гордых и недоступных — за версту обходят. Боятся поломать об них свои зубы… отчасти, знаешь ли, вставные.

Аделина от неожиданности нервно хихикнула. Вероника с живым интересом взглянула на подругу поверх своих проницательных очков.

— Хотя, может, это и к лучшему… — уже тише и как-то устало добавила Карелия Робертовна. — Значит, на твоём пути появится настоящий мужчина. Тот, который сумеет растопить твоё сердце и добьётся любви. С таким ты счастливо проживёшь всю жизнь, не обжигая крылышек. Не то что эти мотыльки…

Она лениво кивнула в сторону проходящей мимо компании юных девиц в сопровождении молодящихся кавалеров. Мужчины, едва ли не пуская слюни, о чём-то шумно переговаривались, многозначительно переглядывались маслеными глазками и одобрительно поднимали кверху большие пальцы. А девчонки, ничего не замечая, беззаботно смеялись, подзадоривая друг дружку. Им было весело и безмятежно здесь и сейчас, а что принесёт завтрашний день — похоже, их совершенно не волновало.

— Ты, деточка, совсем на них не похожа. И слава Богу, — вынесла свой вердикт генеральша.

Тамила никак не ожидала столь глубоких и лестных слов от обычно надменной и ироничной Карелии Робертовны. От неожиданности у неё перехватило дыхание, и она не смогла вымолвить ни слова. Впрочем, ответа и не требовалось. Карелия Робертовна величественно поднялась со своего места, сняла шляпу и с гордо поднятой головой прошествовала к морю, медленно, словно нехотя, отдаваясь в его ласковые объятия. Потрясённая Тамила безмолвно смотрела ей вслед.

— Однако… — Вероника удивлённо округлила глаза и многозначительно поправила дужку очков на переносице.

— Что это сейчас было?! — шёпотом спросила Аделина, чьё лицо вытянулось от крайнего изумления.

Тамила в ответ лишь растерянно пожала плечами. Но тут же, вспомнив, какой интригующий и приятный вечер её сегодня ждёт, весело тряхнула копной рыжих локонов, окончательно прогоняя остатки дневной тоски. Пожелав притихшим подругам хорошего отдыха, она чуть ли не вприпрыжку побежала обратно в отель…