Космические амбиции авиационной братвы

Запах авиационного керосина в гараже Марины Беленькой этим утром смешивался с ароматом крепкого флотского чая. На большом дубовом столе, где ещё вчера стоял таз с пельменями, теперь была расстелена огромная схема. Но не вертолёта Ми-2, и даже не самолёта. На ватмане красовался чертёж трёхместного космического корабля «Союз».
Марина Никифоровна, заложив руки за спину, мерила гараж шагами. Её комбинезон был расстёгнут на груди, а глаза горели тем самым опасным огоньком, который её братва знала слишком хорошо.
— Значит так, команда, — Марина резко остановилась и хлопнула ладонью по столу. — Небо мы покорили. Людей в горах спасли, ордена получили. Но мне в атмосфере стало тесно. Мы летим в космос. На «Союзе». Вопросы?
В гараже повисла тишина. Старый авиатехник Василий Васильевич медленно опустил гаечный ключ на верстак.
— Никифоровна, — осторожно начал он, поглаживая седые усы. — «Союз» — это тебе не Ми-2. Там шаг-газ не выдернешь, если движок чихнёт. Там первая космическая, мать её так. Куда мы жидкостные ракетные двигатели крепить будем? К перекрытиям гаража?
— Не дрейфь, Васильевич! — подал голос Смекайло-де-Цопфи, поправляя очки на носу. — Чертежи я уже изучил. Народная мысль, если её правильно направить, и утюг на орбиту выведет. Мы систему разделения ступеней модернизируем. Владимир Михайлович, что у нас по КИПиА? Климатику «Союза» потянем?
Владимир Пиняев, сидевший в углу со схемой проводки, уверенно кивнул:
— Перепаяем датчики давления, заменим старые советские реле на полупроводники. Мирон Олегович мне с крепежами поможет, и автоматика отработает как миленькая.
— Отлично! — Марина Беленькая улыбнулась. — Но есть одна деталь. Нам нужен ещё один пилот в экипаж. Тот, кто умеет держать перегрузки и не растеряется, если откажет автоматика. И я такого человека нашла. Лида, Таня, ведите её!
Двери гаража со скрипом раздвинулись. Лидия Беленькая и Татьяна Трофимова торжественно ввели в помещение девушку. На вид ей было около двадцати восьми лет. Короткая стрижка, уверенный взгляд серо-стальных глаз, на плечах — форменная куртка гражданской авиации.
— Знакомьтесь, братва, — громко объявила Марина. — Чередниченко Марина Ильинична. Бывший пилот гражданской авиации. Списана с линий за... скажем так, излишне лихой стиль пилотирования и крутой нрав. Наш человек!
Марина Ильинична сделала шаг вперёд и крепко, по-мужски, пожала руку командиру:
— Рада примкнуть к легендарной братве, Марина Никифоровна. О вашем гараже на гражданских аэродромах легенды ходят. Готова пересесть с Ту-154 на космический аппарат. Технику чувствую нутром.
К новой пилотессе подошла Анжела Власенко, на комбинезоне которой поблёскивал вчерашний орден.
— Добро пожаловать в команду, тёзка командира, — улыбнулась Анжела. — Работать придётся много. Мы со Смекайло уже прикинули, как перебрать топливную систему корабля. Перегрузки при выводе будут до четырёх единиц. Справишься?
— Я на тренажёрах в Жуковском шестёрку держала и не поморщилась, — спокойно ответила Марина Чередниченко. — Главное, чтобы железки ваши не подвели.
— Мои железки не подводят! — басом отозвался слесарь Мирон Токарев, выходя из-за тисков с огромным напильником. — Я каждый болт на ложементах вручную отполирую. Будете сидеть в капсуле, как в родной люльке.
В этот момент в глубине гаража послышался грохот. Это Ангелина Мельник, верная подруга командира, пыталась втащить в помещение огромный ящик с надписью «Сублимированные продукты».
— Ну-ка, мужики, помогите! — крикнула Ангелина. — Космонавты вы мои ненаглядные! Пельмени на орбите не сваришь, в невесомости уксус по кабине разлетится. Я тут ящик космического питания раздобыла. Будем тестировать бортовое меню!
Вся братва дружно захохотала, и напряжение окончательно спало. Мирон и Васильевич тут же бросились помогать Ангелине.
Марина Беленькая подошла к Марине Чередниченко, положила ей руку на плечо и тихо, но твёрдо сказала:
— Ну что, Ильинична. Обратного пути нет. Братва у нас кремнистая, дело своё знает. Завтра начинаем монтаж спасательной капсулы. Готова войти в историю?
Чередниченко посмотрела на слаженную работу команды, на Смекайло, который уже что-то увлечённо доказывал Анжеле у чертежа, на старого Васильевича, ласково протирающего приборы, и ответила:
— Готова, командир. Поехали!
И под сводами авиационного гаража закипела новая, невиданная доселе работа, приближающая обычных земных авиаторов к далёким и манящим звёздам. Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!