Коммунэра. Действие четвертое

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЁРТОЕ

ЯВЛЕНИЕ 1

Господа едут в карете.

Узкоумов, Коммунэра.

Узкоумов. Немыслимо, единственное что было у меня, это вера в лучшего тебя, и даже это ты отнял у меня. За что ты горе совершил? Хотя замолкни я всё-таки догадываюсь! В который раз ты повстречал того кто не разделяет взгляда твоего, и вот же вся твоя гордыня явилась гневной карай тем кто предстает не ровняю тебе.

Коммунэра. И вовсе нет, не в гордости все дело.

Узкоумов. Ты снова лжёшь.

Коммунэра. А что иное я сказать могу, чтоб здесь тебя потешить?

Узкоумов. О бог мой, за что явил ты мне проклятие, в обличии его?

Коммунэра. Друг мой, к тебе не будет всевышнего ответа, там в небе никого и нет.

Узкоумов. Даже не думай переубедить меня.

Коммунэра. Я просто понимаю кто первый здесь сойдет с ума когда к тебе в дверь постучится мгла, и скажет: выбирай жизнь или смерть, что лучше для тебя?

Узкоумов. Мне как хрестьянину смерть не страшна, ведь после неё моя душа будет спасена.

Коммунэра. И что же в таком случае ждет меня?

Узкоумов. Ты будешь осуждет, но не лишон покаяния, и спасения себя.

Коммунэра. Все та же сказка старца для скота.

Узкоумов. Довольно друг мой из раза в раз мне трактовать своё, из всего нашего странствия не было ни одного блага сотворено.

Коммунэра. Не обзывай все наше похожденье басней, ведь все это во имя идеи было преодолено.

Узкоумов. Слова твои звучат эгоистично, и все диянья твои только во благо тебя посвящены. Одумайся не медля, лишь только сейчас есть возможность принять все свершонные грехи!

Коммунэра. (тихо шепчет) Что у меня есть? Стремление что-то изменить? Иного и не может быть, хотя...

Узкоумов. Ответь же мне прошу, ответь!

Коммунэра. Бездарный мир, не может быть мне мил.

Узкоумов. (отворачивается) Раз уж я не могу проклятье изменить, то пусть оно не будет частью деянья моего, на этом всём твой выбор раз и навсегда решён.

(Пауза)

Коммунэра. Взгляни ну вот оно, то к чему стремились мы, все представляя здесь нахождение себя.

Узкоумов. Иссякла вся моя надежда, и вправду вот оно, тот монолит что всякое желание нам сотворит, и имя ему — Великий Петербург.

Коммунэра. Я никогда не испытывал подобного чувства, но вот во мне проявилось волнение.

Узкоумов. И в этом нету утишенья, лишь только горе ожиданье.

ЯВЛЕНИЕ 2

Улица Петербурга. Рассвет.

Узкоумов, Коммунэра.

Узкоумов. Пришёл конец, конец всего пути. Великий город (показывает рукой влево) Петербург, здесь каждый дом и здание предстанет драгоценностью неизмеримой красоты, взгляни же только на эту улицу, чудеснейший, безценный труд, ну чем не гордость всей России?

Коммунэра. Уж с этим сложно мне не согласиться. (показывает рукой в право) Ты лучше посмотри на то какие возможности оно нам здесь дает, чуть храбрости, ума, стремленья, и вот как в сказке нам город даст все то о чем мы возжелаем.

Узкоумов. И вправду, не стоит  глядеть по сторонам, когда преднами то что даст каждому своё. Да только есть одно предостережение, желание одно, оно должно быть искренним. И друг мой, я знаю что ты понимаешь, дороги нет назад, и путь совместный наш окончен навсегда.

Коммунэра. Я ещё к тебе явлюсь.

Узкоумов. Не смей пугать меня, я ничего теперь не побоюсь.

Коммунэра. Я ведь останусь другом для тебя?

Узкоумов. О как же душу мне это разрывает, но я скажу, да ты будешь другом для меня, но самым несчастным из всех людей которых знаю я.
(Пауза)

Коммунэра. Пусть каждый скажет то чего он хочет!

Узкоумов. Я возжелаю об одном, в покое лишь на мгновение увидеть перед собой прекрасное.

Коммунэра. (усмехается) Лишь на мгновенье?! Твои желание ничто.

Узкоумов. Чего же ты желаешь от мира этого всего?

Коммунэра. (гордо становится) Я так устал отвергнутый быть всеми, я возжелаю большей цели. О Питербург дай мне власти!

Узкоумов. (тихо шепчет) О бог мой, я видел в нем иное благо, но вот теперь я вижу настоящего его. (отворачивается) Я чувствую во мне сейчас здесь что-то умерло, оно дает мне свободу и покой, да только друг мой, прощай, пусть у каждого исполнится все то чего он возжелал!

Коммунэра. До свидания мой друг, пусть у каждого сбудется все!

(Узкоумов и Коммунэра расходятся в разные стороны).

ЯВЛЕНИЕ 3

Улица Петербурга. День
Узкоумов идет по улице, затем Отец и Господский.

Узкоумов. Не вспоминай его, он не имеет для меня ничего. А что же нужно мне сейчас? Найти пристанище свое. Осталось сделать первый шаг вперёд. (он идет вперёд, рядом проходит толпа  человек) Большой однако город, здесь потеряться можно в миг, только идет толпа что взад-вперёд их не поймёшь, и понимать не нужно, да только главное удастся ли остаться мне самим собой среди других? Здесь одному жить будет в тяготу и невмоготу, какое счатье что скоро встретят меня те кто сможет стать опорой для меня.

(Узкоумов замечает и подходит к Отцу и Господскому)

Узкоумов. Ну здравствуй папа.

Отец. Я так рад тебя видеть сын мой, ты с гордостью прошёл весь судьбоносный путь, не опозорил честь себя и рода, вернулся образованнейшим человеком для нашей священною страны.

Узкоумов. Отец а кто с тобой?

Отец. Мой самый близкий друг, знакомьтесь,  Вильгельм Господский.

Господский. О Станислав, я рад знакомству с вами, и сразу же хочу вас заинтриговать, у меня к вам есть одно предложение, да только чего мы здесь стоим, пройдёмте в место по уютней.

Узкоумов. Любопытно, а куда?

Отец. Я все устроил, мы будем жить некоторое время у друга моего, графа Миролюбова, они уже готовы нас встречать.

Господский. Так что давайте ни минуты не терять.

(уходят)

ЯВЛЕНИЕ 4

Роскошная служебная квартира.

Граф, и его дочь. Позже входят те же.

Миролюбова. Отец кто к нам сегодня будет жаловать?

Граф. Я пригласил к нам Господского, и ещё Узкоумова с его сыном, они оба поживут у нас здесь ненадолго. Говорят сын его недавно приехал из Европы, окончив там учебу, теперь отец его находит для него здесь место для работы. Ты если что уж присмотрись к нему.

Миролюбова. Ну что вы папенька, ещё есть время у меня к чему-нибудь стремится.

Граф. А у меня времени не так и много остаётся, уже и не могу и вспомнить какой мне год пошёл.
Миролюбова. Не стоит папенька впадать в пучину всех разочарований, я вам клянусь все сбудется.

(Раздается стук в дверь)

Граф. Войдите!

(Господа входят)

Господский. И снова здравствуйте Алексей Михайлович, здравствуйте Анна Алексеевна.

Отец. Рад видеть вас Алексей Михайлович, хочу представить вам моего сына Станислава.

Граф. Я тоже рад видеть вас Василий Иванович, и тоже хочу представить вам мою дочь Анну.

Узкоумов. (тихо шепчет) Я возжелал увидеть прекрасное, и вот она явилась прям передо мной. О Анна вы прекрасны! (целует её руку)

Миролюбова. Вы тоже мне здесь остаётесь очень мил.

Граф. Не стойте здесь, извольте господа присесть за стол.

(Все садятся за стол)

Господский. Эй Станислав, ох знал бы ты у какого человека сидишь за столом, граф Миролюбов самый знатный человек в Петербурге, но ладно, не буду льстить здесь никому, вот что я хотел сказать, я здесь владелец нескольких фабрик, и такие люди как ты мне нужно, что скажешь ты?

Узкоумов. Работать в таком городе, и на таких как вы звучит как исполнение мой заветною мечты, конечно я согласен.

Господский. А не простой одна у тебя отец, с такими как я, и более знатными людьми имеет он связи. А я то думаю в чем сила?  Как вижу я в общении с людьми.

Узкоумов. Был бы здесь мой друг, он бы вам на это дал ответ, да только он вам не понравился, уж очень грубым показался бы он вам.

Отец. Как там поживает  Александр, мне показалось странным, что его не было с тобой?

Узкоумов. Наш путь был непростым, но к счастью мы пришли сюда, и разошлись, и только бог знает какая ждет его судьба.

Граф. Отбросьте всю эту дорогу, и просто наслаждайтесь.

Узкоумов. И вправду, долой всю эту тяготу, стремление бурлит во мне ключом, и горы я готов свернуть, чтоб счатье жизни всей мне обуздать.

ЯВЛЕНИЕ 5

Улица Петербурга, вечер.

Коммунэра один идёт по улице.

Коммунэра. И вот остался я один, слоняясь по улице как пёс ненужный никому, нет больше моего доверия к другим, тем близким, друзьям и родственникам, все предадут, обманут, и забудут. А о себе ведь нужно заявить, воскликнуть разрывая глотку и из последних сил крича, чтоб хоть кто-нибудь хотя бы твой голос не позабыл.

(Пауза)

Нет никого, и не пройдёт рядом со мной не единая душа. Весь мрачный город пуст, когбудто бы не я вошёл в него, а он в меня, и в друг во мне здесь что-то  умерло, то что дает мне только злобу, и сковывает разум мой.

(Достает из кармана письмо, смотрит на него, и на здание впереди)

Я вижу в далеке высокий дом, среди других он явно не такой, и там за дверью его входной они меня так с нетерпеньем ждут, пора идти и созидать мечту.

(Подходит к крыльцу, и замечает рядом с ним бедняка)

О ты бедняк ответь мне, рад ли ты мирской милостыни? 

Бедняк. Мирскою нет, а милостыни да.

Коммунэра. Однако твой ответ логичен, но очень никудышен.

Бедняк. Иною ценности не может в мире быть, чего ты хочешь изменить?

Коммунэра. Я отвергаю измененье, теперь я возжелал превосхожденья.

Бедняк. Взгляни же на меня, теперь мне нечего терять.

Коммунэра. Надежды нет?

Бедняк. Ответ иной.

Коммунэра. Желание хоть что-то в жизни изменить?

Бедняк. И снова нет.

Коммунэра. И что же это может быть?

Бедняк. Добро всем больше не доно.

Коммунэра. Твоя наивность загнивает в сердце, и ты воочие бездарность, так и оставайся здесь глупой попрошайкой, а я пойду и больше нет во мне сочувствия и грусти за других.

(заходит в доходный дом)

ЯВЛЕНИЕ 6

Конспиративная квартира.

Коммунэра заходит в квартиру, там находится Громошлепов, Продразвёрстков, Людорезов, Обещайлов.

Коммунэра. Здравствуйте товарищи.

Громошлёпов. О кто же это к нам явился?

Коммунэра. Я — в обличии несчастного.

Продразвёрстков. Мы думали что вас уже арестовали.

Коммунэра. Меня бы это не остановило. 

Людорезов. И к счастью вы пришли, и вас дождались мы.

Коммунэра. Я рад что все осталось в силе.

Людорезов. Теперь все всборе, наш план уже готов.

(Все подходят к столу с планом, Коммунэра, замечает Лицимерова)

Коммунэра. Постойте-ка Борис Викторович Лицемеров, это вы?

Обещайлов. Да это я, вот к чему иногда приводит судьба.

Людорезов. Забыл представить, это товарищ Борис Викторович Обещайлов, он недавно стал одним из нас.

Коммунэра. И как вы к этому пришли? (к Обещайлову)

Обещайлов. Когда я был там с вами, я приобрел немалые богатства, стоило мне зайти за первый переулок, как чертовы пособники буржуазного строя узнали во мне мошенника и вора, я смог уйти отдав им всё добро. И вот прибыв в чудесный город я сознал за кем сейчас нынче будет власть, и понял я что нет никакого смысла згнивать и до скончания своего восклицать о глупых тех смятеньях, и о свершившийся утрате. Я возжелал себе лицо которое мог бы примерять каждый, и не быть за это осуждён.

Коммунэра. И что свершилося оно?

Обещайлов. Я в отраженье зеркало увидел только вас.

(Пауза)

Людорезов. И в этом нет ничего плохого, мы будем все равны, не хуже и не лучше всяких буржуазных гадов.

Продразвёрстков. И вот у нас на эту прекрасную идею есть фаворит.

Громошлёпов. Не уж то я? Конечно я прекрасен, но ладно что там не буду зазнаваться товарищи.

Людорезов. Товарищь Громошлёпов помолчите пожалуйста.

Продразвёрстков. Вы товарищ Коммунэра, среди равнейших вы здесь самый равный.

Людорезов. Вы поведете весь народ вперед.

Громошлёпов. И вам я пистолет отдам, что можно было убеждать.

Обещайлов. И честный мир, величие страны, и все народные умы ты сможешь личностью затьмить своей.
(Пауза)

Коммунэра. (Рассматривает пистолет в руке) Во мне востало порождение силы, нет больше личности моей, теперь оно лишь только наша, для всех пример, и всем икона правды. Я готов вести наш новый род! И приведу его к величию!

ЯВЛЕНИЕ 7

Служебная квартира

Узкоумов и Анна на идине.

Узкоумов. О Анна дорогая Анна к чему стремитесь вы в таком то столь прекрасном месте?

Миролюбова. Вся жизнь моя уж очень то скучна, из развлечений у меня было познанье наук, и человеческой морали, которою все наши русские писатели так заурядно излогают, и вот все это привело меня к тому, что я стремлюсь найти себя, и с обществе сама воздать достаток для себя. Я ведь не просто та что родилась с приданным для более приданных кавалеров.

Узкоумов. Воистину вы правы Анна, я тоже не вижу смысла в том что люди держась за пережиток прошлого, когда же в настоящем богатый род с богатою семьёю заключая брак богатство старое приумножало новым, что отвергает весь прогресс.

Миролюбова. О Станислав скажите мне всю правду, что привело вас сюда.

Узкоумов. Вы та кому я без сомненья раскрою душу всю свою, и мне не важно какой от вас последует ответ. Не лёгкая учеба мне давалась, за то как я легко сейчас готов ворваться в бой, дорога с возвращением домой, предстала утомленьем, и то проклятье которое сопровождало весь мой путь, рассеялась в памяти моей, и вспоминать его бы не хотелось. Теперь мне хочется лишь счатья, покоя, изумленья, и вы о Анна предстали для меня божественным твореньем.

Миролюбова. Все ваши милые слова, так радуя меня, лелеят душу и сердце ласково внимает ваши чувства.

Узкоумов. Мне так хотелось чтоб возжелаймое мгновенье продолжалось вечность, и с каждым мигом я становлюсь покорнее для вас.

Миролюбова. Скажите мне что всё это в заправду, что вы не играетесь со мной.

Узкоумов. О Анна я добровольно протяну вам часть своего счастья, вы примите его и станет оно во владении вашем.

Миролюбова. И передо мной предстал всё тот же выбор, принять чужое счатье во благо милого совместного пути, или отвергнуть вновь оставшийся одной, с той тяготой и болью на душе, стремится показать себя, оставшись независимой.

(Пауза)

Узкоумов. О дорогая Анна твой выбор остается за тобой, я не готов пожертвовать собой при выборе отказа, но если ты изберешь любовь, то я готов отдать жизнь за тебя чтоб ты жила счастлива.

Миролюбова. Мой милый Станислав прошу вас поклянитесь что вы полюбите прекрасный мир, а не пойдёте против него.
Узкоумов. Мгновение Анна, оно как понимаешь мимолетно.

Миролюбова. Ты смеешь сомневаться?

Узкоумов. Любить спокойный мир дозволен каждый не признавая в нём цены, до тех времен пока ещё и нет войны, которою никто не сможет полюбить.

(Пауза)

Миролюбова. О Станислав, скажи ты будешь рядом в самый страшный час?

Узкоумов. Конечно, но я прошу попомните мои слова, о цене жизни моей за ваше счастье.

Миролюбова. Тогда я отвечаю раз и нас всегда, я принимаю решение посветить свою душу вам.

Узкоумов. И наконец я чувствую что счатье моё стало счастьем нашим, для нас я стану опорой для тебя, и ты продолжишь мгновенье прекрасного желанья. Пусть этот мир полюбится мною!

ЯВЛЕНИЕ 8

Конспиративная квартира.

Те же.

Людорезов. (к Продразвёрсткову) Вот здесь ты понял что следует за тем?

Продразвёрстков. Уж с этим разберёмся, а что с требуной делать будем?

Людорезов. Начнем все строить на восходе, чтоб мало кто увидел нас.

Продразвёрстков. А что затем?

Людорезов. Наш вождь начнет все излагать.

Продразвёрстков. Как бы нам чего-нибудь не проморгать.

Людорезов. Ты сам все знаешь, попытка есть одна, и ты товарищ обязан любым способом как можно больше народа к нашей правде приподнять.

Продразвёрстков. Все будет так как полагает великая идея.

Людорезов. Хотя попомни есть более ужастная проблема, нам нужно торопится пока не изъявилися они.

Продразвёрстков. О ком вы говорите товарищ Людорезов?

Людорезов. Большевики.

Продразвёрстков. Мне кажется, вот с этим проблема не ришима, как мы придём внезапно убеждать, так и они заставят нас с ними соглашаться.

Людорезов. А ничего и не поделаешь, мы тоже жить хотим.

Громошлёпов. О чем идёт вся речь?

Людорезов. Вас это не касается, а что же насчет вас, запоминайте, увидите к нам подступающию гвардию, взрывайте.

Громошлёпов. Я это уяснил, а так, в кого стрелять?

Людорезов. Стреляйте так, как царь стрелял в кровавое воскресенье.

Громошлёпов. А граждан можно грабить?

Продразвёрстков. Грабить нельзя, а изьемать во славу новой власти, не просто можно, а даже нужно.

(входят Коммунэра и Обещайлов)

Обещайлов. Ну вот товарищи наш вождь теперь неповторим, возвыситься  он с гордость предвсеми, и станет сущим мира.

Коммунэра. И все же чувствую я слабость в глубине себя, на свете все ещё остался тот кто будет не боясь порицать меня, и власть моя останется не властной для него.

Людорезов. И кто же может для него предстать авторитетнее тебя?

Коммунэра. Он называет его Отцом, Сыном, и святым духом.

Громошлёпов. Не бойся, мы все это разрушим.

Коммунэра. Он верит, искренни как я, но я уверовал в желание свое, отвергнув прошлые взыванья, а он как от начала и до конца, не дрогнула извилина его Узкого ума, он так и продолжает верить в спасение свое.

Людорезов. И что же ты решил?

Коммунэра. Я сам решу его судьбу.

Обещайлов. Из-за вот таких как вы товарищ Коммунэра, меняется великая страна, все приближая её краху или к идили и миру. Однако ты явление судьбы,  сможешь    после этого, остаться в памяти других наследников своих?

Коммунэра. Я вам отвечу без сомнений, меня забудут навсегда, я растворюсь в пыли совершенного деяния, ведь больше нет во мне иных желаний, я все отверг, лишь ради вечного проклятья.

ЯВЛЕНИЕ 9

Служебная квартира.

Узкоумов, Миролюбова.

Узкоумов. И вот в достатке жизнь моя, вся окружённая прекрасным, куда не взглянь везде она, моя возлюбленная Анна.

Миролюбова. О ты мой солнце лучь что осветил мою прекрасную судьбу, я выбрала тебя, за то что ты развеял все мои сомненья, став самым близким, надежным спутником всей предстоящей жизни, так обожаемый и так зависим от меня, мой Станислав.

Узкоумов. О Анна милая моя, скажи что ты ожидаешь от меня?

Миролюбова. Стабильность, мира, и покой.

Узкоумов. Я дам тебе стабильности и покой, и мир ещё не сходит с глаз долой, но это все звучит как сущий райский сад, для многих это все может показаться сказкой.

Миролюбова. Так путь же эта сказка продолжается, и будет вечна, пока любовь нас движет без конца.

Узкоумов. Любая вечность предстаёт страданьем, но я приму всю двойственность понятий, и вечность эту я до сканчанья жизнь понесу.

Миролюбова. Не может быть иных взываний, смирись с тем что ты избрал, и просто наслаждайся, без всяких там напоминаний о мгле несущуюся к нам, отбрось же этот страх, не лги, и говори лишь правду, тогда господь спасёт тебя.

Узкоумов. Я понимаю всё, и страх имеет суть, но ты права, я должен восторгаться, а не боятся как простак, выходить с большим призом из игорного дома.

Миролюбова. Расслабься милый, и прижмись ко мне, почувствуй нежность, и ласку тела моего, отбросив все переживания.

Узкоумов. (целует её) Конечно все это нас утешит, и я приму все наслажденья, почувствовав как сердце и душа твоя так хочет стать частью меня, но страх уже давно сидит во мне меня.
(Пауза)
(входит Господский и Отец, Анна отходит)

Господский. Здравствуйте друзья мои, прошу прощенья за мое  вторжение, сами понимаете, у нас немцев так всегда, сначала без предупреждения вторгнимся, захватим всё, и только уж потом с людьми мы поздороваемся.

Миролюбова. Вам не стоит извинятся, прошу вас располагайтесь.

Отец. Сын мой как знаешь ты настали не лучшие времена, не первый год несется в небе надымленный порох, и он несёт всем только горе, и даже от этого всего я смог спасти тебя, и вот я побеседовал с достопочтенным графом, и он сказал пускай вам будет благословение, и вам его я тоже отдаю, а на последок я хочу сказать одно, живи так когбудто тебе предстоит жить вечность, и проявляй ко все милосердие так когбудто тебе предстоит умереть завтра.

Господский. Василий Иванович ну хватит отпусти же сына, пускай познает он людскую ношу тяжкой, иначе ждёт его ничтожность среди всех тех кто тяготу с рожденья познал.

Узкоумов. Отец спасибо тебе за то что ты дал жизнь мою прекрасную, построил будущее ясны, а я не пал к греховному смятению.

Отец. Прощай, и я прошу не забывай меня, как я тебя.

Узкоумов. Увидимся на том краю.

Отец. Храни тебя господь. (уходит)

(Пауза)

Господский. Ещё есть новость для тебя, она мне показалась очень то чудна, я следуя по улице, увидел тут и там раскиданы листовки и газеты, где призывали всех рабочих и крестьян востать, против нашей власти. И вот на следующий день, представь себе случилась забастовка, им подавай уменьшить рабочие часы, и заработную плату по больше увеличить. Что с этим делать ума не приложу, я дал им лишь пустое обещанье которое не сбудется никак, как понимаешь ты с рабой начинаются проблемы.

Узкоумов. Вас первым настигнет мгла, прошу Вильгель не сотворите зла.

Господский. Посмотрим куда пойдет промышленность тогда, и то предстанет новым благом для вас и для меня, ведь это время, и кризис настигает в жизни нашей, нам нужно лишь сменить идею и подход, и жизнь продолжится как не было и невзгод.

Узкоумов. Боюсь я сам отверг подобный путь.

Господский. Вы слишком многого желаете, так просто всего нас свете достигаете, довольствуйся же малым и будет жизнь прекрасна.

Узкоумов. Я был воспитан так, и не могу принять простое, иначе я посомневаюся в Господне.

Господский. Так вот в чем дело. Поймите же меня, бог всем хорош, и верю я в него, но в мире господствует промышленная фабрика, и новый наукой разработанный станок. А вся мораль, пусть останется в глубине души, ведь счастье и работа не может быть понятием одним. Работа делает человека свободным, а его семья живым.

Узкоумов. И все же каждому своё мой друг Вильгельм. Давайте лучше позобудем это все, извольте выпить чаю, я вам расскажу одну смешную шутку, как друг мой там в Штульграде под свой совсем не традиционный взгляд посмел переписать трагедию о Фаусте, где доктор оказался буржуазным, верующим дураком, а Мефистофель умным, праведным, пророком что для всех людей стал королём, а драмма оказалась в том что бог не смог спасти героя от исходящего договора.

Господский. (Усмехается) Подобною глупость мог сочинить только настоящий идиот.

Узкоумов. Поверьте мне он делал это с искренней надеждой на признание.

Господский. По этой шутке в театрах могла бы быть прекрасная комедия.

Узкоумов. Хотелось и мне не видеть в этом серьёзную трагедии.

ЯВЛЕНИЕ 10

Служебная квартира.

Узкоумов, и Миролюбова на идине.

Узкоумов. Я чувствую желание моё почти исполнено но что-то не хватает в нём, всё то чего я пожелал, всем этим стал я окружён. Подумать только, пришло же осознание, мне не хватает усидчивости, внимания, и ясного созерцания. Я будто близорукий и вижу только силуэт, и вот оно как проклятая болезнь мой взор ужасно искажает, и пусть оно уйдёт в забвение, ведь я хочу прозренья!

Миролюбова. Так вот, дозволься, увидь всё ясным зрением! Пуска весь мир предстанет лучшем сноведеньем.

Узкоумов. И вот усевшись в мягкий стул, я чувствую лишь тишину, и яркий свет, тебя о Анна озаряет, весь мир несется неустанно, замри мгновенье ты прекрасно! Я этот миг воистину назвал бы счастьем, и созерцал его бы ежечасно.

(Пауза)

Миролюбова. Твоё довольство так радует меня.

Узкоумов. А сколько же ещё удастся мне увидеть счастье?

Миролюбова. Вся жизнь у нас есть впереди.

Узкоумов. Моя душа теперь здесь окончательно полна.

Миролюбова. Продолжим это без конца.

(Раздаются три медленных стука в дверь квартиры)

Узкоумов. О как же я посмел забыть о нем, моё мгновение как этот стук, разбилась в тишине.

Миролюбова. И кто же к нам явился?

Узкоумов. Прошу тебя моя о дорогая Анна, не открывайте дверь, вы будите об этих потраченных секундах сожалеть.

(Из-за двери раздается знакомый голос)  Я пришёл.

Миролюбова. Но почему? Зачем томить нам гостя?

Узкоумов. Я не хочу прощаться с этим всем.

Миролюбова. Я начинаю тебя не понимать. Чего боишься ты что там стоит за дверью?
Узкоумов. Мглы.

Миролюбова. И если я оставлю дверь закрытой, смогу ли здесь что-то изменить?

Узкоумов. Нет, разве что продлить.

Миролюбова. Тогда не бойся, и просто встреться с ним. (открывает дверь)

Узкоумов. Настал конец, пришло проклятье, нет смысла убегать, осталось только отвечать.

(Коммунэра медленно входит с красным полотном на нём напоминающий плащ)

Коммунэра. Ну здравствуй друг.

Миролюбова. А вы ведь случаем не Александр?

Узкоумов. Прошу не разговаривай с ним Анна.

Коммунэра. А вы и вправду здесь прекрасна (целует её руку), однако мне вас очень жаль что вы влюбились в него.

Миролюбова. Вы очень холодны когбудто бы мертвы. (отходит от него)

Узкоумов. За чем явился ты?

Коммунэра. Друг мой прошу тебя не смей переживать, ты это сам прекрасно знаешь.

Узкоумов. Мне остается верить в сущего.

(Коммунэра медленно ходит по комнате и разглядывает интерьер)

Коммунэра. Как жизнь твоя?

Узкоумов. Была прекрасна.

Коммунэра. А как твои дела?

Узкоумов. Имели свой весомый смысл.

Коммунэра. Вот я смотрю, живёшь ты лучше всех других рабочих.

Узкоумов. И в этом их проблема.

Коммунэра. Совсем скоро я это изменю.

Узкоумов. А ты добился своего?

Коммунэра. Пока что нет, но к этому я тоже близок.

(Коммунэра продолжает ходить по комнате, замечает картину)

А это что за человек? Чего он так измотан и задумчив, среди каких-то скал вечерних горизонтов.

Узкоумов. Это Христос в пустыне.

Коммунэра. И он есть твой святой? Босой, изросший, утамленный странник? В его спасение ты веришь?

Узкоумов. Христос воистину воскрес. В его я чудо верю.

Коммунэра. Ты точно не смеешь сомневаться в нем?

Узкоумов. Сомненье разрушает жизнь, и я не чувствую его, а вот ты посмотри же на себя, к чему оно привело тебя.

Коммунэра. Твои слова пытаются затронуть то чего я был лишён.

Узкоумов. Ты снова лжёшь.

(Пауза)

Коммунэра. А как отец твой?

Узкоумов. Оставил меня на идине с моим счастьем.

Коммунэра. А ведь какая могла быть твоя судьба, если бы ты не сходил с ума?

Узкоумов. Такая же как и твоя, лишённая всякого конца.

Коммунэра.  Каждому своё.

Узкоумов. Ты не отступишься ведь так?

Коммунэра. Однако что-то привело меня сюда, я думал это злоба, но нет, меня влекло иное.

Узкоумов. Ты бы посмел назвать такое горем?

Коммунэра. Нет оно другое, я обозвал подобное божественною волей.

(Коммунэра делает несколько шагов и резко замирает)

Ну что друг мой, готов ли ты избрать свой выбор?

Узкоумов. Я готов, давай же излагай греховную управу.

Коммунэра. Пойдёшь ли ты со мной, в мой новый мир, и почитать сей нынешних господ, во благо собственную жизни, или останься здесь, среди того что для всех предстанет прахом, с верой в бога своего.

Узкоумов. Я хочу чтоб моя душа была жива, и не посмею я осквернить её своим смятением. Я выбираю остаться с верой в бога!

(Коммунэра отворачивается и медленно уходит, произнося) Вся жизнь от первых и до

последних вздохов смерти, окажется трагедией.

(Узкоумов падает на стул, закрывая своё лицо руками).

Миролюбова. Ты выбрал то что по душе тебе доно, не смей отчаиваться, оно не стоит этого всего.

Узкоумов. Я поклялся не боятся ничего, в итоге что, мне остается ждать его?

Миролюбова. Ты ничего не должен, не ты виновник всех мирских проблем.

Узкоумов. Как наш Христос принял страдания за всех, так есть и я последний облик утишенья.