Глава 52. Цель, которая стала своей

Глава 52. Цель, которая стала своей противоположностью

— Хорошо, — сказал Сергей наконец. — Значит, я не помню, зачем пришёл.

Привратник кивнул так спокойно, будто услышал именно тот ответ, которого ждал.

— Тогда можете войти.

— Подождите. А если бы я назвал цель?

— Тогда пришлось бы проверить, ваша ли она.

— А если бы оказалась моей?

— Тогда проверить, не стала ли она своей противоположностью.

Петрович присвистнул.

— У вас тут входная группа — как налоговая проверка.

— Нет, — сказал привратник. — Налоговая хотя бы знает, что ищет.

Робот повернул голову к Сергею.

— Сергей, фиксирую необычное состояние.

— Какое?

— Вы не возражаете.

— А надо?

— Обычно да.

Мальчишка уже стоял у ворот и читал название города:

ГОРОД ДОСТИГНУТЫХ ЦЕЛЕЙ.

— А если они достигнутые, — спросил он, — почему город такой грустный?

Только теперь Сергей заметил, что за воротами не было ни музыки, ни праздника, ни флагов.

Стояли хорошие дома.

Очень хорошие.

Ровные улицы.

Чистые окна.

Ухоженные деревья.

На перекрёстках висели таблички:

«МЫ ДОБИЛИСЬ».

«РЕЗУЛЬТАТ ПОЛУЧЕН».

«ПЛАН ВЫПОЛНЕН».

«ПОКАЗАТЕЛЬ ДОСТИГНУТ».

И нигде не было написано:

«ЧТО ДАЛЬШЕ?»

Они вошли.

На первой площади сидел человек лет пятидесяти в дорогом костюме и кормил голубей.

Перед ним стоял огромный стеклянный офис.

На крыше сияло:

«№ 1».

— Ваш? — спросил Сергей.

— Мой.

— Компания?

— Компания.

— Вы её построили?

— Двадцать восемь лет.

— И?

Человек пожал плечами.

— Построил.

— А теперь?

— Теперь слежу, чтобы ничего не изменилось.

— Почему?

Мужчина посмотрел на Сергея так, будто вопрос был странным.

— Потому что я добился того, чего хотел.

— А чего вы хотели?

— Построить большую компанию.

— Зачем?

Мужчина открыл рот.

Закрыл.

Голуби продолжали клевать крошки.

— Чтобы… Ну… чтобы была большая компания.

— Это я понял. А большая компания была нужна для чего?

Человек нахмурился.

— Молодой человек…

Петрович кашлянул.

— Он не молодой.

— Спасибо, Петрович.

— Всегда пожалуйста.

Мужчина поднялся.

— Вы что хотите доказать?

— Ничего. Я сам не помню, зачем пришёл.

Мужчина вдруг перестал сердиться.

— А-а.

Он снова сел.

— Тогда вы наш.

— В каком смысле?

— Тут почти все такие.

Сергей оглядел площадь.

Люди сидели возле собственных достижений.

У одного за спиной возвышался огромный дом.

У другой — башня дипломов.

Третий держал в руках медали.

Четвёртая сидела возле сцены с тысячами пустых кресел.

На каждом объекте висела маленькая табличка:

«ЦЕЛЬ ДОСТИГНУТА».

Но ни на одном лице Сергей не увидел человека, который сейчас куда-то собирался.

— Странно, — сказал мальчишка. — Они же должны радоваться.

— Радовались, — ответил привратник, подошедший вслед за ними. — Некоторое время.

— А потом?

— Начали охранять достигнутое.

Они пошли дальше.

За площадью стояла школа.

На фасаде висело:

«100% УСПЕВАЕМОСТЬ».

Во дворе дети сидели за партами.

Никто не задавал вопросов.

— Почему они молчат? — спросил мальчишка.

Учительница подошла к ограде.

— Потому что вопросы снижают успеваемость.

— Как?

— Иногда ребёнок задаёт вопрос, на который учитель не знает ответа.

— И что?

— Возникает неопределённость.

— И?

— Неопределённость затрудняет выполнение программы.

Мальчишка нахмурился.

— А если ребёнок ошибается?

Учительница вздрогнула.

— Мы устранили ошибки.

— Как?

— Не даём заданий, в которых можно ошибиться.

Петрович остановился.

— Красиво.

— Спасибо.

— Я не хвалил.

Робот поднял палец.

— Формально показатели школы оптимальны.

— Вот! — оживилась учительница.

— Однако вероятность появления нового знания приближается к нулю.

Учительница побледнела.

— Уберите его.

— Кого?

— Робота.

— Он у нас показатель портит? — спросил Сергей.

— Он задаёт неправильные вопросы.

— Правильные ответы есть?

— Конечно.

— А правильные вопросы?

Учительница задумалась.

Из последнего ряда поднялась маленькая девочка.

— А можно я спрошу?

Учительница резко повернулась.

Все дети тоже повернулись.

— Что? — прошептала она.

— А зачем мы учимся?

В школьном дворе что-то щёлкнуло.

На фасаде цифра «100%» мигнула.

Стала «99,8%».

Учительница вскрикнула.

— Девочка! Сядь!

— Почему?

Цифра стала «99,6%».

— Не спрашивай!

— Почему?

«99,1%».

Петрович довольно потёр руки.

— Пошёл процесс.

Сергей улыбнулся.

— Пошли отсюда, пока среднее образование не рухнуло окончательно.

Они двинулись дальше.

За школой начинался квартал памятников.

Каждый памятник был посвящён цели.

«СТАТЬ ИЗВЕСТНЫМ».

«ЗАРАБОТАТЬ МИЛЛИОН».

«НАПИСАТЬ КНИГУ».

«ПОБЕДИТЬ».

«ДОКАЗАТЬ».

«БЫТЬ ЛУЧШИМ».

У памятника «НАПИСАТЬ КНИГУ» стоял пожилой автор.

Он держал единственный том.

— Написали? — спросил Сергей.

— Да.

— Давно?

— Двадцать два года назад.

— А после?

— После нельзя.

— Почему?

— Цель достигнута.

— Но можно же написать вторую.

Автор посмотрел на него с ужасом.

— Тогда первая перестанет быть конечным результатом.

— И что?

— Я снова стану человеком, который чего-то ещё не достиг.

Сергей замолчал.

Белый лист с загнутым уголком в его кармане вдруг стал тёплым.

Он достал его.

На листе проступила фраза:

«ИНОГДА ДОСТИГНУТАЯ ЦЕЛЬ СТАНОВИТСЯ ТЮРЬМОЙ ДЛЯ СЛЕДУЮЩЕЙ».

Петрович прочитал через плечо.

— Умный лист.

— Мне всё меньше нравится, что он умнее нас.

— За себя говори.

Они дошли до центра города.

Там стояла огромная башня.

На ней не было окон.

Только одно слово:

«КОНТРОЛЬ».

Перед входом сидели люди с папками.

— Что здесь? — спросил Сергей.

Привратник ответил:

— Центральное управление достигнутыми целями.

— А оно зачем?

— Чтобы достигнутое оставалось достигнутым.

— То есть?

— Чтобы победившие не проиграли. Богатые не обеднели. Известные не стали неизвестными. Руководители не потеряли власть. Авторы не потеряли читателей. Любимые не потеряли любовь.

Сергей посмотрел на башню.

— И получается?

Привратник помедлил.

— Не совсем.

— Почему?

— Сначала люди достигают цели.

Он показал на нижний этаж.

— Потом начинают бояться её потерять.

Второй этаж.

— Потом усиливают контроль.

Третий.

— Потом запрещают всё, что может изменить положение.

Четвёртый.

— Потом перестают делать то, благодаря чему цель была достигнута.

Пятый.

— А потом?

— Начинают уничтожать всё новое, потому что новое угрожает старому результату.

Сергей поднял голову.

Башня уходила высоко в серое небо.

На самом верху висела последняя надпись:

«ОСТАНОВИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ».

— Вот, значит, куда приехала наша цель, — тихо сказал Сергей.

— Какая? — спросил мальчишка.

— Любая, если слишком долго её охранять.

Из башни вышел человек.

Строгий.

С папкой.

На папке было написано:

«СЕРГЕЙ БУХДРУКЕР».

— Опять? — сказал Сергей.

— Сергей Моисеевич?

— Пока да.

— Пройдёмте.

— Куда?

— Ваша цель зарегистрирована у нас.

Сергей посмотрел на привратника.

— Он сказал, что я её не помню.

— Поэтому и зарегистрирована.

— Логично, — сказал Петрович. — Если бы помнил, зачем им хранить?

Они вошли.

Внутри башни стояли тысячи шкафов.

На каждом — имя.

Робот остановился.

— Обнаруживаю противоречие.

— Какое?

— Если цель забыта человеком, но хранится здесь, возникает вопрос: кто определяет, что запись соответствует его настоящей первоначальной цели?

Человек с папкой недовольно посмотрел на Робота.

— Архив.

— Архив может хранить запись.

— Да.

— Но запись не равна намерению.

Человек с папкой ускорил шаг.

— Роботам сюда вообще нельзя.

— Почему?

— Они портят торжественность.

В кабинете Сергей увидел длинный стол.

На нём лежали папки.

Очень много.

«СТАТЬ ИЗВЕСТНЫМ».

«НАПИСАТЬ КНИГУ».

«ПОЛУЧИТЬ ПРИЗНАНИЕ».

«ПОМОГАТЬ ЛЮДЯМ».

«ЗАРАБОТАТЬ».

«СОЗДАТЬ СИСТЕМУ».

«НАЙТИ ЧИТАТЕЛЕЙ».

«БЫТЬ УСЛЫШАННЫМ».

«ДОКАЗАТЬ».

«ОСТАТЬСЯ».

— Все мои?

— Ваши.

— И какая первоначальная?

Человек сел.

— Неизвестно.

— Тогда зачем вы меня позвали?

— Чтобы определить главную.

— Как?

— По количеству действий.

Он открыл толстую папку.

— Чаще всего вы действовали в направлении «быть услышанным».

Открыл другую.

— Значительное число действий относится к «помогать людям».

Третью.

— Много действий — «создавать».

Четвёртую.

— Встречаются действия, направленные на признание.

Пятую.

— На результат.

Шестую.

— На деньги.

Седьмую.

— На отношения.

Восьмую.

— На влияние.

Сергей посмотрел на стопку.

— И что вы из этого вывели?

— Вашей главной целью является…

Он сделал паузу.

Сергей вдруг рассмеялся.

— Что?

— Простите?

— Вы собираетесь объяснить мне, чего я хотел?

— На основании данных.

— Хорошо. Объясняйте.

Человек важно расправил плечи.

— Вашей главной целью являлось оставить след.

Сергей перестал смеяться.

Петрович тоже.

Мальчишка смотрел на него.

Робот молчал.

— Возможно, — сказал Сергей.

Человек просиял.

— Значит, мы установили.

— Нет.

— Но вы только что согласились.

— Я сказал «возможно».

— Для протокола этого достаточно.

— А для жизни?

Человек нахмурился.

— Жизнь не ведёт протокол.

— Вот в этом и проблема.

Сергей встал и начал открывать папки.

В одной были заводы.

В другой — книги.

В третьей — люди.

В четвёртой — деньги.

В пятой — песни.

В шестой — проекты.

В седьмой — разговоры.

В восьмой — ошибки.

В девятой — вещи, которые он начинал и бросал.

В десятой — вещи, которые делал годами.

— Если смотреть только на действия, — сказал он, — можно увидеть направление.

— Именно.

— Но нельзя узнать, что человек думал, когда начинал.

— Тогда зачем вообще смотреть на действия?

— Чтобы не верить только словам.

Сергей остановился.

— Вот это уже лучше.

Человек с папкой не понял, похвалили его или нет.

— Тогда что будем считать целью?

— Пока ничего.

— Это невозможно.

— Почему?

— У каждого должна быть цель.

— У меня есть.

— Какая?

Сергей посмотрел на мальчишку.

Тот пожал плечами.

На Петровича.

— Не на меня. Я сюда за компанию пришёл.

На Робота.

— Могу вывести вероятностное распределение.

— Нет, спасибо.

Сергей посмотрел на белый лист.

На нём появилась новая строка:

«НЕ ПУТАЙ ЦЕЛЬ, КОТОРУЮ ЧЕЛОВЕК СФОРМУЛИРОВАЛ, С ЦЕЛЬЮ, КОТОРУЮ ОН ПРОДОЛЖАЕТ ВЫБИРАТЬ».

Сергей долго смотрел на неё.

— А если первоначальная цель изменилась? — спросил он.

Человек с папкой побледнел.

— Не положено.

— Кем?

— Городом.

— Почему?

— Иначе мы не сможем определить, достигнута она или нет.

— А человеку обязательно всю жизнь хотеть одного и того же?

— Иначе он непоследователен.

Петрович поднял руку.

— У меня вопрос.

— Какой?

— Если в десять лет я хотел стать машинистом, мне теперь обязательно угнать поезд?

— Не передёргивайте.

— Поздно. Уже передёрнул.

Мальчишка засмеялся.

Сергей вышел из-за стола.

— Покажите мне место, где хранят цели, которые люди перестали выбирать.

В кабинете стало тихо.

Человек с папкой посмотрел на дверь.

Потом на потолок.

Потом на Сергея.

— Такого места нет.

— Почему?

— Потому что официально такие цели считаются недостигнутыми.

— Даже если человек больше их не хочет?

— Да.

— А где они тогда?

Человек прошептал:

— Под городом.

Петрович оживился.

— Ну наконец-то.

— Что?

— Подземелье. А то я уже боялся, что всё закончится разговором.

Вход находился за башней.

Лифт спускался долго.

Очень долго.

На кнопках не было этажей.

Только слова:

«ОТЛОЖЕННЫЕ».

«БРОШЕННЫЕ».

«ЗАБЫТЫЕ».

«ЧУЖИЕ».

«УНАСЛЕДОВАННЫЕ».

«НАВЯЗАННЫЕ».

«ДОСТИГНУТЫЕ СЛУЧАЙНО».

«ПЕРЕСТАВШИЕ БЫТЬ НУЖНЫМИ».

Сергей нажал «ЗАБЫТЫЕ».

Лифт дёрнулся вниз.

— А почему есть «чужие»? — спросил мальчишка.

— Потому что некоторые люди всю жизнь достигают того, чего от них хотел кто-то другой, — ответил Сергей.

— А потом?

— Иногда очень удивляются, когда получают.

Петрович вздохнул.

— Жизненно.

Двери открылись.

Они увидели бесконечное поле.

Не подвал.

Не архив.

Поле.

Трава уходила до горизонта.

На ней лежали тысячи предметов.

Детский самолётик.

Скрипка.

Разобранный мотоцикл.

Белый халат.

Коробка красок.

Тетрадь.

Старый футбольный мяч.

Чемодан.

Карта мира.

Камера.

Семена.

Письмо.

Книга без названия.

И возле каждого предмета стоял маленький флажок.

Без текста.

— Это всё цели? — спросил мальчишка.

— Когда-то были, — сказал сопровождающий.

— Чьи?

— Разных людей.

— Почему без имён?

— Имена забылись раньше целей.

Сергей пошёл между ними.

Он увидел столярный рубанок.

Взял.

На секунду в голове возник образ человека, который хотел делать мебель, но стал бухгалтером.

Положил обратно.

Рядом лежал микрофон.

Он коснулся его — и услышал голос девочки, которая хотела петь.

Чуть дальше — билет на поезд.

— А это?

— Человек хотел уехать.

— Не уехал?

— Уехал.

— Тогда почему цель здесь?

— Потому что хотел уехать, чтобы стать свободным. Уехал и построил себе новую клетку.

Сергей остановился.

— Вот она.

— Что?

— Цель, ставшая своей противоположностью.

Сопровождающий кивнул.

— Здесь таких много.

Они пошли дальше.

Дом, который строили ради семьи и в котором никто теперь не разговаривает.

Компания, созданная ради свободы, владелец которой не отдыхал пятнадцать лет.

Деньги, которые должны были убрать тревогу и стали причиной постоянного страха потери.

Известность, которой добивались, чтобы быть услышанным, после чего человек стал говорить только то, что не уменьшает аудиторию.

Книга, написанная ради свободы мысли, после которой автор всю жизнь повторял успех первой книги.

Сергей всё чаще молчал.

— Петрович.

— А?

— А у тебя была цель?

— Была.

— Какая?

— Чтобы никто не командовал.

— И?

— Стал начальником.

Сергей посмотрел на него.

Петрович пожал плечами.

— Тоже не без юмора.

Робот остановился у маленького деревянного кораблика.

— Сергей.

— Что?

— Объект реагирует на Вас.

Кораблик слегка дрожал.

Сергей подошёл.

На его борту не было названия.

Но он почему-то знал, что видел его раньше.

— Где?

Робот проверил.

— В доступной памяти совпадение отсутствует.

— Значит, не видел?

— Я сказал: совпадение отсутствует.

— Умнеешь.

— Спасибо.

Сергей взял кораблик.

Под ним лежал ещё один белый лист.

С загнутым уголком.

Точно таким же.

На нём было написано:

«ТЫ ПРИШЁЛ НЕ ЗА ОТВЕТОМ».

Сергей перевернул его.

На обратной стороне:

«ТЫ ПРИШЁЛ ЗА СЛЕДУЮЩИМ ВОПРОСОМ».

Мальчишка заглянул через плечо.

— И это была твоя цель?

— Не знаю.

— Похоже.

— Очень удобно. Цель, которую невозможно закончить.

— Тогда она не станет достигнутой.

Петрович хмыкнул.

— Значит, город вас не любит.

В этот момент всё поле дрогнуло.

Где-то далеко завыла сирена.

Сопровождающий побледнел.

— Положите лист.

— Почему?

— Он не должен был здесь появиться.

— А где должен?

— В вашем будущем.

Все замолчали.

Сергей медленно посмотрел на лист.

— Откуда вы знаете?

Сопровождающий попятился.

— Я ничего не говорил.

— Уже поздно.

Сирена стала громче.

На горизонте появились люди из Центрального управления.

Много.

Очень много.

Они бежали к ним по полю.

Петрович посмотрел на Сергея.

— Ну вот. Теперь точно началось приключение.

— Почему они бегут?

Робот ответил первым:

— Вероятно, поскольку обнаружен объект, нарушающий последовательность времени.

— Ты можешь хоть иногда сказать просто?

— За нами бегут из-за бумажки.

— Вот. Можешь же.

Мальчишка схватил Сергея за руку.

— Куда?

Сергей оглядел поле забытых целей.

Никаких дорог.

Только тысячи вещей.

И тогда деревянный кораблик в его ладони повернулся.

Сам.

Носом в сторону далёкого холма.

— Туда.

— Почему?

— Не знаю.

Петрович улыбнулся.

— Лучший аргумент за сегодня.

Они побежали.

Позади раздавались голоса:

— Остановитесь!

— Верните документ!

— Он ещё не написан!

Сергей резко обернулся на бегу.

— Что вы сказали?

Но впереди мальчишка уже кричал:

— Сергей! Смотри!

На вершине холма стоял человек.

Один.

В руке он держал книгу.

Ту самую.

Книгу из будущего.

Только теперь на обложке было не одно имя.

Там стояли два.

Первое:

СЕРГЕЙ БУХДРУКЕР.

Второе Сергей прочитать не успел.

Человек захлопнул книгу.

И ушёл за холм.

— Быстрее! — крикнул Сергей.

Они взлетели наверх.

За холмом никого не было.

Только дорога.

И указатель:

«К ЦЕЛИ, КОТОРУЮ ВЫБРАЛ НЕ ТЫ».

Белый лист в руке Сергея снова нагрелся.

Появилась последняя строка:

«СНАЧАЛА УЗНАЙ, КТО ЕЁ ВЫБРАЛ».

А далеко позади всё ещё звучала сирена Города достигнутых целей.

Следующая глава:

Глава 53. Цель, которую выбрал не ты