Этюд Аэлита. Группа по интересам

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита вошла в кабинет профессора со значком на груди в виде вязаного клубка и спицами, торчащими из сумки так угрожающе, что напоминали оружие ближнего боя.

— Я записалась в кружок вязания, — объявила она, падая в кресло и немедленно наступая каблуком на моток пряжи, выкатившийся следом за ней из сумки.

Профессор отложил книгу, покосился на спицы.

— Это неожиданно мирное хобби для вас.

— Там не только вязание! — Аэлита воодушевилась. — Там комьюнити. Поддержка. Женщины делятся не только узорами, но и жизненными историями.

В дверях появилась Лесли с шарфом в руках, одна сторона которого была вдвое шире другой, будто вязальщица передумала посреди процесса о форме изделия.

— Это подарок, — Лесли с нежностью продемонстрировала шарф профессору. — Три занятия труда. Аэлита назвала его «асимметричный, концептуальный».

— Это художественное решение, — с достоинством сказала Аэлита.

— Это потерянный счёт петель на сорок пятой минуте, — поправила Лесли.

Профессор аккуратно взял шарф, повертел, один конец оказался заметно уже другого.

— А группа поддержки чем помогла?

Аэлита оживилась.

— Там была женщина, красивая, у неё развод. Пока она рассказывала, я от переживания за неё провязала целый ряд не той спицей. Женщина в возрасте рассказывала про конфликт с невесткой. Я так сопереживала, что уронила клубок под стол и минут десять выпутывала его из ножки стула, пока остальные продолжали обсуждение.

— То есть вязать и сочувствовать одновременно не получается, — заключил профессор.

— Получается! Просто изделие от этого страдает.

Лесли со вздохом извлекла из сумки ещё один предмет, по форме напоминающий шапку, но с одним отверстием сбоку, явно не предусмотренным схемой.

— Это должна была быть шапка для меня, — пояснила она, демонстрируя дыру. — Аэлита сказала, что это вентиляционное отверстие для свежих мыслей.

— Зимой это неактуально, — заметил профессор.

— Зимой заклею, — невозмутимо ответила Аэлита. — Пуговицей. Будет функциональным элементом.

Профессор сложил руки на столе, с интересом разглядывая шапку с дырой как редкий клинический образец.

— А какие темы обсуждали на последнем занятии?

Аэлита выпрямилась, явно предвкушая кульминацию рассказа.

— Руководительница кружка предложила провязать по ряду и одновременно сказать вслух, за что мы благодарны жизни. Чтобы совместить ремесло и благодарность.

— И за что вы были благодарны? — спросил профессор.

— Я сказала: «Благодарна, что у меня есть профессор, который слушает мои катастрофы без осуждения», — тихо призналась Аэлита. — Все женщины притихли. Одна спросила, кто такой профессор. Я сказала, что это долгая история.

Профессор на секунду замер, не найдя сразу ответа. Сглотнул комок в горле…

— Это было... трогательно.

— А потом я от волнения снова уронила клубок, — быстро добавила Аэлита, спасая момент от излишней сентиментальности. — Он укатился в соседнюю комнату, где проходило занятие по скрапбукингу. Там его нашли, украсили стразами и вернули мне уже как готовое украшение для сумки.

Лесли фыркнула, забирая шапку с дырой обратно.

— Значит, единственное законченное изделие за весь курс — это клубок, доработанный чужими руками.

— Коллаборация, — поправила Аэлита. — Так теперь говорят про совместное творчество.

Профессор протянул ей асимметричный шарф обратно.

— Берите. Будет особенным.

— Вы наденете его? — с надеждой спросила Аэлита.

— Я подумаю, — уклончиво ответил профессор, аккуратно откладывая шарф на дальний край стола.

Они поднялись. У двери Аэлита обернулась, сияя:

— В следующий раз буду вязать носки! Руководительница сказала, что это сложнее, зато практичнее.

— У тебя будут носки с ушами, — мрачно предрекла Лесли.

— Это будет инновация, — парировала Аэлита, выходя в коридор.

Оттуда донеслось: «А если связать профессору тоже носки? С дыркой для вентиляции мыслей...»

Профессор посмотрел на асимметричный шарф, оставленный на краю стола, и молча придвинул его чуть ближе к мусорной корзине, не решившись, впрочем, сделать последний шаг.


Конец эпизода.