Глава 57. Те, кто наблюдали за Сергеем

— А если дело не во мне?

Человек у костра улыбнулся.

— Вот поэтому ты и дошёл.

Сергей не ответил.

Степь была огромной.

Ночной ветер ходил по траве длинными волнами, будто кто-то невидимый проводил ладонью по земле.

За спиной не было ни двери, ни платформы, ни тоннеля.

Только темнота.

Впереди — костёр.

Пять человек.

И слишком много звёзд.

Петрович оглянулся.

— А обратно где?

Робот повернул голову на сто восемьдесят градусов.

— Проход отсутствует.

— Ты можешь поворачивать голову нормально?

— Могу.

— Тогда зачем так?

— Эффективнее.

— Страшнее.

— Это побочный эффект.

Мальчишка уже подошёл к огню.

— А вы кто?

Пять человек переглянулись.

Первый держал книгу.

Второй — белый лист с загнутым уголком.

Третий — деревянный кораблик.

Четвёртый — серое письмо.

Пятый — ничего.

И именно пятый ответил:

— Наблюдатели.

— Это мы уже слышали, — сказал Сергей. — Наблюдатели за чем?

— За изменениями.

— Какими?

— Вокруг вас.

— А почему вокруг меня что-то должно меняться?

— Мы как раз пытаемся это понять.

Петрович сел у костра.

— Начинайте с простого.

— С чего?

— Накормите.

Сергей посмотрел на него.

— Ты серьёзно?

— Очень. Мы уже две главы ходим по архивам, платформам и подземельям. Ни одного нормального ужина.

Первый наблюдатель открыл книгу.

— Петрович просит еду в ситуациях неопределённости.

Петрович прищурился.

— Вы и за мной следили?

— Иногда.

— Зря.

Из темноты появился котелок.

Просто стоял в траве.

Никто его не принёс.

Петрович открыл крышку.

— Каша.

— Вас устраивает? — спросил наблюдатель.

— Теперь можете рассказывать всё.

Сергей сел напротив пяти фигур.

— Хорошо. Показывайте.

— Что?

— Почему решили, что Вселенная меняется после моих решений.

Человек с книгой положил её на землю.

— Сначала мы ничего такого не решили.

— Уже нравится.

— Мы только фиксировали последовательности.

Робот придвинулся ближе.

— Примеры.

Наблюдатель кивнул.

— Вы вошли в дверь без номера.

— Было.

— После этого в системе появились проходы, которых раньше не существовало.

— Откуда вы знаете, что раньше не существовало?

— По нашим картам.

— Карты полные?

— Нет.

— Значит, могли просто не знать.

Наблюдатель улыбнулся.

— Именно.

Сергей посмотрел на Робота.

— Твои родственники.

— Вероятность высокая.

Второй наблюдатель, с белым листом, заговорил:

— Вы отказались принимать идею совершенного мира без ошибок.

— И?

— Через некоторое время в нескольких областях Вселенной исчезли системы, запрещавшие ошибку.

— Из-за меня?

— Не установлено.

— Тогда зачем показываете?

— Потому что совпало по времени.

Сергей кивнул.

— Дальше.

Третий поднял деревянный кораблик.

— Вы допустили возможность нескольких версий себя.

— Я не очень добровольно допустил.

— После этого стали появляться персонажи с несовместимыми воспоминаниями о вас.

— Они могли быть и раньше.

— Да.

— Тогда?

— Мы начали их замечать.

Сергей усмехнулся.

— Уже лучше.

Четвёртый наблюдатель развернул серое письмо.

— После того как вы начали различать факт, память, пересказ и предположение, изменились архивы.

— Какие?

— Некоторые перестали заполнять пробелы.

Сергей сразу вспомнил.

Архив, который отказался додумывать.

— Вы хотите сказать, что мои решения заражают систему?

— Нет.

— Что отражаются в ней?

— Возможно.

— Что Вселенная подстраивается под меня?

— Возможно.

— Что я подстраиваюсь под неё?

— Возможно.

Петрович поднял ложку.

— Отличная работа. На всё один ответ.

Пятый наблюдатель посмотрел на него.

— Это лучше, чем придумать причину.

— Не спорю.

Сергей протянул руки к огню.

— Тогда зачем я вам понадобился?

Человек без предмета ответил:

— Потому что появились события, которые нельзя было объяснить только наблюдением.

— Какие?

— Предварительные следы.

— Что это?

— Следствие раньше причины.

Мальчишка оживился.

— Как книга из будущего?

— Да.

— Белые листы?

— Да.

— Письмо?

— Да.

— Второй Сергей?

Наблюдатель помолчал.

— Возможно.

Петрович поднял ложку.

— Не злоупотребляйте.

Сергей посмотрел на белый лист у второго наблюдателя.

— Покажите.

Тот протянул.

Сергей взял его.

Обычный белый лист.

Один угол загнут.

— На нём что-нибудь появится?

— Иногда.

— У вас?

— Редко.

— А у меня?

— Значительно чаще.

— Почему?

— Не знаем.

Сергей положил рядом свой лист.

Два были почти одинаковыми.

Почти.

Мальчишка первым заметил.

— Уголки разные.

— В каком смысле?

Он наложил листы друг на друга.

У листа Сергея угол был загнут чуть глубже.

У другого — совсем немного.

Петрович посмотрел.

— И что?

Мальчишка развернул угол наблюдательского листа.

Под ним была маленькая точка.

Не буква.

Не цифра.

Просто чёрная точка.

На листе Сергея под уголком ничего не было.

Наблюдатели переглянулись.

Сергей заметил.

— Вы знали?

— Нет.

— Вы же его изучали.

— Угол не разгибали.

Петрович чуть не подавился.

— Вы изучаете волшебные бумаги и не разгибаете угол?

— Это могло повредить объект.

— А носить его по степи не повреждает?

— Риск признан допустимым.

Петрович покачал головой.

— Учёные.

Робот приблизил голову к точке.

— Чернила отсутствуют.

— Тогда что это?

— Изменение структуры материала.

— По-человечески.

— Точка является частью бумаги.

Сергей провёл пальцем.

Точка стала больше.

Все замерли.

— Не трогай, — сказал мальчишка.

— Поздно.

Чёрная точка растеклась.

Тонкая линия поползла по листу.

Потом вторая.

Третья.

Через несколько секунд возник рисунок.

Не текст.

Схема.

Пять точек вокруг костра.

Четыре точки с одной стороны.

Одна — отдельно.

— Это мы? — спросил мальчишка.

Робот ответил:

— Вероятно.

Линия от отдельной точки уходила далеко за край листа.

Сергей повернул его.

Ничего.

— Куда она идёт?

Пятый наблюдатель встал.

— Не знаю.

Сергей посмотрел на него.

— Вы единственный без предмета.

— Да.

— Почему?

— Потому что я наблюдаю не объекты.

— А что?

— Выборы.

Петрович вздохнул.

— Сейчас будет философия.

— Не обязательно.

Наблюдатель присел напротив Сергея.

— Я фиксировал моменты, когда вы могли сделать несколько разных вещей.

— И?

— Иногда после вашего выбора менялась только ваша история.

— Логично.

— Иногда — история людей рядом.

— Тоже.

— Иногда — устройство места.

Сергей нахмурился.

— Например?

— Город, где нельзя передумать.

— Что с ним?

— После вашего ухода там официально появилось право пересматривать решения.

— Мы это видели.

— Да.

— И вы решили, что я изменил город?

— Нет.

— Тогда что?

— Мы посмотрели более старые записи.

— И?

— Такое изменение было возможно и без вас.

— Вот.

— Но не произошло до вашего появления.

Сергей покачал головой.

— Это ещё ничего не доказывает.

Наблюдатель улыбнулся.

— Именно поэтому вы нам нужны.

— Для чего?

— Вы единственный объект, который постоянно портит красивую теорию.

Петрович отложил ложку.

— Всё. Теперь точно наш человек.

Сергей тоже улыбнулся.

— Какая теория?

Первый наблюдатель раскрыл книгу.

На странице появилась схема.

В центре — Сергей.

От него стрелки в разные стороны.

К городам.

К авторам.

К читателям.

К архивам.

К книгам.

К нескольким Сергеям.

Наверху было написано:

«ГИПОТЕЗА ЦЕНТРАЛЬНОГО АВТОРА».

Сергей засмеялся.

— Кто это придумал?

Никто не ответил.

— Серьёзно?

Пятый наблюдатель сказал:

— Те, кто были до нас.

— А суть?

— Вселенная якобы существует как функция вашей истории.

— То есть всё вокруг меня?

— Да.

— Красиво.

— Очень.

— И неправда.

— Почему?

— Потому что половина всего, что со мной случилось, возникла из чужих историй, чужих решений, чужих текстов. Я туда пришёл позже.

Наблюдатель кивнул.

— Именно.

— Тогда зачем теория до сих пор здесь?

— Потому что она объясняет слишком многое слишком удобно.

Робот сказал:

— Опасное свойство.

— Да.

Сергей посмотрел на книгу.

— А альтернативная?

Второй наблюдатель поднял свой лист.

На нём проступила другая схема.

Не Сергей в центре.

Сеть.

Тысячи узлов.

Люди.

Книги.

Слова.

Решения.

Ошибки.

Читатели.

Авторы.

Случайности.

И где-то среди них маленькая точка:

«СЕРГЕЙ».

— Вот это мне нравится больше.

Петрович ткнул ложкой.

— Потому что вы там маленький?

— Потому что похоже на жизнь.

Пятый наблюдатель сказал:

— Это гипотеза сети.

— И она верная?

— Не знаем.

— Отлично.

— Но у неё проблема.

— Какая?

— Иногда вся сеть реагирует так, будто кто-то всё-таки находится в центре.

Сергей посмотрел на него.

— Кто?

— В разные моменты — разные узлы.

Мальчишка поднял голову.

— Значит, центр двигается?

— Возможно.

Робот сказал:

— Динамический центр.

— Да.

Петрович вздохнул.

— Ужин закончился, философия началась.

Сергей смотрел на схему.

— Тогда любой человек может иногда стать центром?

— Возможно.

— Автор?

— Да.

— Читатель?

— Да.

— Ребёнок?

— Да.

— Петрович?

Все посмотрели на Петровича.

Он замер с ложкой у рта.

— Даже не думайте.

Мальчишка засмеялся.

Сергей спросил:

— А что происходит, когда центр меняется?

Пятый наблюдатель впервые отвёл взгляд.

— Вот это мы и не понимаем.

— Почему?

— Потому что иногда меняется прошлое.

Стало тихо.

Даже ветер будто ослаб.

— Что значит «меняется прошлое»?

— Не событие.

— А что?

— Связи.

— Объясните нормально.

Наблюдатель взял из костра тонкую ветку.

Нарисовал на земле три точки.

— Был человек.

Первая точка.

— Он встретил другого.

Вторая.

— После этого принял решение.

Третья.

Соединил.

— Простая цепочка.

— Да.

— Потом появляется новый факт.

Он нарисовал четвёртую точку сбоку.

— И оказывается, что решение было связано ещё и с этим.

Провёл новую линию.

— Прошлое не изменилось. Изменилась структура понимания прошлого.

Сергей кивнул.

— Это нормально.

— Да.

Наблюдатель нарисовал пятую точку.

— А иногда появляется человек, которого раньше вообще не было в памяти участников.

— Забытого?

— Возможно.

— И?

— После его появления сразу несколько старых событий получают новые связи.

— Тоже может быть память.

— Может.

— Тогда где проблема?

Наблюдатель посмотрел на остальных.

Первый открыл книгу.

На странице была фотография.

Сергей увидел себя.

Не здесь.

На другом месте.

Рядом стоял мужчина.

Лицо незнакомое.

— Кто это?

— Не знаем.

— Когда снимок?

— По нашей последовательности — до того, как вы впервые вошли во Вселенную Проза.ру.

Сергей рассмеялся.

— Не может быть.

— Именно.

— Откуда фотография?

— Появилась вчера.

— Кто сделал?

— Не установлено.

— Я этого человека не помню.

— Мы ожидали.

— Почему?

Наблюдатель перевернул страницу.

Там было второе фото.

Тот же мужчина.

Теперь рядом с другим Сергеем.

Не нынешним.

Не вторым, который писал вместо него.

Третьим.

Петрович подошёл ближе.

— Опять?

— Похоже.

— Я начинаю путаться.

Робот произнёс:

— Уже давно.

На третьем снимке мужчина стоял один.

В руках держал книгу.

Обложка была знакомой.

Та самая будущая книга.

С двумя именами.

Но теперь второе имя было видно.

Не «ЧИТАТЕЛЬ».

Не другое имя Сергея.

Одно слово:

«НАБЛЮДАТЕЛЬ».

Сергей медленно поднял голову.

— Это кто?

Пять человек у костра молчали.

— Вы его знаете?

— Нет.

— Но он связан с вами?

— Судя по книге — да.

— А почему на предыдущей версии было «Читатель»?

— Мы не знаем.

Петрович сказал:

— Может, книга меняет соавтора чаще, чем издатель договор.

Никто не засмеялся.

Сергей взял фотографию.

— Если он появился вчера, а снимок якобы сделан до моего появления здесь, то вариантов немного.

Робот сказал:

— Перечисляю.

— Давай.

— Первое: фотография поддельная.

— Хорошо.

— Второе: датировка неверна.

— Хорошо.

— Третье: память Сергея неполна.

— Возможно.

— Четвёртое: во Вселенной нарушена обычная последовательность времени.

— Уже видели.

— Пятое: существует другая версия Сергея с иным прошлым.

Петрович махнул рукой.

— Этого добра уже хватает.

— Шестое: само прошлое в модели Вселенной может перестраиваться при появлении новых связей.

Сергей поднял палец.

— Только не называй это фактом.

— Это гипотеза.

— Хорошо.

Мальчишка всё смотрел на фотографию.

— А где это место?

Сергей посмотрел.

На заднем плане была вода.

Большая.

Может, море.

Может, океан.

У причала стоял корабль.

Не «Глагол».

Другой.

Чёрный корпус.

Белые паруса.

На носу — никакого названия.

Рядом маяк.

— Вы знаете?

Один из наблюдателей резко поднялся.

— Нет.

Слишком резко.

Сергей заметил.

— А вот сейчас соврали.

— Нет.

— Тогда испугались.

— Возможно.

Петрович усмехнулся.

— Вот теперь красиво.

Сергей подошёл к нему.

— Что это за место?

Наблюдатель молчал.

— Мы всё равно пойдём.

— Именно поэтому не хотел говорить.

— Куда?

Наблюдатель посмотрел на фотографию.

— К Берегу до первой главы.

Мальчишка широко раскрыл глаза.

— Что это?

— Место, которое не должно существовать.

Петрович вздохнул.

— Обязательно существующее.

— Почему «до первой главы»?

— Потому что туда попадают следы историй до того, как у них появляется начало.

Сергей замер.

— Будущие главы?

— Иногда.

— Отвергнутые варианты?

— Иногда.

— Чужие воспоминания?

— Иногда.

— Люди?

Наблюдатель помолчал.

— Иногда.

Сергей посмотрел на снимок незнакомца.

— Он там?

— Возможно.

— Как попасть?

— Ночью.

Петрович огляделся.

— Уже ночь.

— Не этой.

— А какой ещё?

Наблюдатель показал на небо.

Сергей поднял голову.

Три звезды, погасшие при их появлении, снова загорелись.

Но теперь между ними появилась четвёртая.

Очень яркая.

— Когда она погаснет, откроется путь.

— Когда?

Робот сказал:

— Светимость уже уменьшается.

— Сколько?

— При текущей скорости — несколько минут.

Петрович быстро заглянул в котелок.

— Успею.

Мальчишка сел рядом с Сергеем.

— А если там твоя первая глава?

— У меня уже была первая глава.

— Какая?

Сергей хотел ответить.

И не смог.

Мальчишка улыбнулся.

— Вот.

— Что «вот»?

— Ты помнишь много первых глав.

Сергей нахмурился.

И действительно.

Первая глава книги.

Первая опубликованная вещь.

Первый текст.

Первый серьёзный рассказ.

Первое желание писать.

Первый читатель.

Первый отзыв.

Первый момент, когда он почувствовал себя автором.

Какой из них был настоящим началом?

Белый лист с загнутым уголком нагрелся.

На нём появилась фраза:

«НАЧАЛО — ЭТО НЕ ВСЕГДА ПЕРВОЕ СОБЫТИЕ».

Сергей прочитал.

Потом появилась вторая:

«ИНогда НАЧАЛО ВЫБИРАЮТ ПОТОМ».

Петрович дочитал через плечо.

— Ну всё. Теперь ещё и начало задним числом выбираем.

Пятый наблюдатель сказал:

— Именно поэтому Берег опасен.

— Чем?

— Там можно найти такое начало, после которого вся история станет другой.

— История изменится?

— Нет.

— Тогда что?

— Её смысл.

Сергей посмотрел на фотографию.

На человека у неизвестного корабля.

На книгу с именем «Наблюдатель».

— А если я ничего не найду?

— Это тоже результат.

— А если найду?

— Тогда нам придётся проверить всё заново.

— Что именно?

Пять наблюдателей ответили почти одновременно:

— Кто за кем наблюдает.

В этот момент четвёртая звезда погасла.

Степь исчезла.

Не постепенно.

Сразу.

Костёр рухнул вниз, будто под ним открылась дыра.

Петрович успел схватить котелок.

— Моё!

Мальчишка закричал от восторга.

Робот сказал:

— Падение отсутствует.

— Тогда почему я лечу?!

— Визуальное ощущение.

— Очень успокаивает!

Вокруг была темнота.

Потом запах соли.

Ветер.

Шум воды.

И земля снова оказалась под ногами.

Перед ними лежал берег.

Чёрное море.

Белый маяк.

И корабль без названия.

Точно как на фотографии.

У самого края воды стоял тот неизвестный мужчина.

Спиной к ним.

В руке — будущая книга.

Сергей шагнул вперёд.

Мужчина не обернулся.

— Я ждал вас.

— Кто вы?

— Это не первый вопрос.

— А какой первый?

Мужчина повернулся.

Сергей увидел его лицо.

И понял, почему не узнавал на фотографиях.

Лицо было его собственным.

Только значительно старше.

Мальчишка прошептал:

— Ещё один Сергей?

Мужчина покачал головой.

— Нет.

— Тогда кто?

Он протянул Сергею книгу.

На обложке было написано только одно имя:

СЕРГЕЙ БУХДРУКЕР.

А под ним:

«НАБЛЮДАТЕЛЬ».

Сергей поднял глаза.

— Что это значит?

Мужчина ответил:

— То, что вы всё это время неправильно понимали свою роль.

— Какую?

Старик посмотрел на море.

— Вы думали, что путешествуете по Вселенной Проза.ру.

Он повернулся к Сергею.

— А теперь пора выяснить, зачем Вселенная всё это время путешествовала по вам.

Следующая глава:

Глава 58. Берег до первой главы