Игры разума. Неверный ход

Кубик замер цифрой «четыре», обращённой к потолку. Андроид хмыкнул. В центре поля заклубилась зеленоватая дымка. Я невольно отшатнулся.

– Тебе страшно, писатель? – поинтересовался робот.
– Мне... Мне не по себе. Но, неужели ты ничего при этом не чувствуешь?! – я кивнул в сторону игрового поля.
– Я? Я было хотел сказать, что я – машина, но, всё–таки – нет. Во мне есть что–то человеческое. И, да: мне немного страшно, я не буду этого скрывать.
Зелёного тумана становилось всё больше и больше с каждой секундой, и, наконец, он полностью окутал комнату. Дымка была такой плотной, что я больше не видел Геральта.
– Эй, ты всё ещё здесь? – поинтересовался я, и пошарил рукой перед собой.
– Да, писатель. Я сижу там же, где сидел.
– Я тебя не вижу.
– Да, и я тоже тебя не вижу.
– Почему вы здесь? – прогремел чужой и неизвестный голос.
Я невольно съежился.
– В каком смысле?
– Почему вы здесь? – голос вновь повторил вопрос.

Внезапно перед глазами замелькали картинки. Вот я сижу перед своим ноутбуком и пытаюсь закончить книгу. Буквально заставляю себя. Вот уже которую неделю она не пишется от слова совсем. Никак. И в какой–то момент я принимаю решение: сажусь и пытаюсь из себя выдавить концовку. Я знаю, что я хочу сделать с героями и миром. Но, как это описать? Не представляю. В какой–то момент раздражение пересиливает желание закончить книгу: и, с шумом захлопнув ноутбук, я встаю рывком из–за стола.

– Всё, хватит, – говорю я кому–то. – Не буду я писать. Не нужна она мне.
Снова мелькают картинки. Вот я вижу, как в какой–то непонятной темноте сидит мой литературный герой – тот самый андроид Геральт. Сидит и не шевелится, поджав к груди ноги. Но в следующее мгновение робот поднимает глаза. В них стоят слёзы.
– Писатель, почему ты так со мной? Почему ты не даёшь мне финал? Что я сделал тебе плохого?
И снова мелькают картинки. Потом они смешиваются в непонятный коллаж после чего – вспышка – и всё пропадает.
Я снова сижу в той самой комнате без дверей. И перед глазами плотная зеленая дымка.
– Почему вы здесь?
– Потому что я отказался дописывать этот роман?
– Нет, – ответил голос. – Потому что ты наплевал на жизнь того, кого сам же и создал. Потому, что тебе было абсолютно всё равно, как он будет жить, если ты не дашь ему концовку. В твоих руках находятся возможность закончить то, что ты сам и начал.

Снова вспышка. И вот я опять сижу перед своим ноутбуком в своей комнате.
– Неужели, все закончилось? Неужели я свободен?!
На экране белый лист текстового документа, курсор замер в начале строки. Я не знаю, что писать. Внезапно вскакиваю со стула, хватаю компьютер и смаху бью его об пол. Кнопки и мелкие кусочки корпуса разлетаются в разные стороны по комнате.
– Хватит! Довольно! – кричу я в пустоту. – Если этот роман настолько сильно мешает жить мне, и если его не оконченность мешать жить моему герою – я отказываюсь его писать. Баста! Не хочу! Не буду!

Вдруг, снова вспышка. И опять эта зелёная дымка и та самая комната. И опять тот самый голос:
– А я думал, ты – умнее. Ты всё сделал неправильно.
Туман рассеялся – передо мной сидит мой литературный персонаж. Но... Но что-то в нем изменилось, что–то в нём исчезло.
Я пытаюсь понять, что случилось, как вдруг до меня доходит: его глаза стали абсолютно стеклянными. Из Геральта ушёл Геральт. Ну, то есть – совсем. Раньше это был симбиоз человека и синтетического разума. Теперь же человека нет, остался только синтетик. Видимо моё нежелание закончить историю, мой неверный ход после броска кубика привели к таким последствиям.
– Знаете, это – ваш выбор, и я вас не виню, – холодно проговорил Геральт, прервав мои размышления. Или, скорее всего, это был уже просто Эббот. – Но, давайте впредь попробуем рассуждать логически, и не совершать подобных опрометчивых поступков. Однако, моя очередь.

Андроид протянул руку, взял с поля кубик и практически сразу выбросил его обратно. Игровая кость прокатилась несколько десятков сантиметров, ударилась о борт игрового поля, отпрыгнула обратно и повернулась к потолку гранью с цифрой шесть.

Игра продолжалась.