Котам можно всё. Глава пятьдесят четвертая

ГЛАВА 54. ЛОВУШКА ДЛЯ АЛЁНКИ

– А ничего так вышло. Креативненько. – Улыбнулась во все тридцать два зуба моя подруга, разглядев как следует дело моих рук.

Поработать в фотошопе и приклеить физиономию Абухова на фотографию загорелой парочки на фоне бухты с двумя братьями-утесами, вырастающими прямо из воды, было совсем не сложно. Я еще не такие фокусы выделывала. Обожаю графический дизайн. Наложить лицо Ильи на фотку атлетически сложенного мачо, стоящего в обнимку с загорелой блондинистой красоткой, оказалось делом десяти минут. Для большей достоверности я переделала таким же макаром еще полтора десятка фотографий, чтобы ни у кого не закралось ни малейших сомнений в подлинности путешествия нашего старосты по городам и пляжам Юго-восточной Азии. Бунгало на берегу, море без конца и без края, тропическая растительность, красоты буддийских храмов, кричащий колорит местных рынков и на переднем плане неизменно милующаяся парочка, снимающая это непотребство с помощью выдвинутой до предела селфи-палки. Последним штрихом я изобразила на песке надпись: «Илья и Вероника – вместе навеки» на фоне эпохального поцелуя и огромного песчаного замка с ракушками вместо крыш. Это уже тянуло на контрольный выстрел в голову Алены. А уж подписи под выложенными на странице Абухова снимками призваны были убедить всех и каждого: амур пронзил своей стрелой его сердце и заставил совершить невообразимое сумасбродство – сбежать с любовью всей жизни туда, где вечное лето, ослепительное солнце, пальмы и ласковый прибой и не надо думать ни о каких экзаменах.

«Вылетели на родину, будем в нашем любимом городе в самое ближайшее время. Готовьте торжественную встречу». – Набрала я последнее сообщение. Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы заставить Аленку действовать?


– Авантюра. Это чистой воды авантюра. – Говорил Андрюшенька, постукивая пальцами по рулевому колесу.  Он уже битый час отбивал известную только ему мелодию, хмуро поглядывал в лобовое стекло, по которому лупил дождь, и еще отчитывал нас – двух заполошных дур, которым «в такую непогоду дома не сидится». Не одобрял он наших действий. Отнюдь не одобрял.

Еще бы. Мы с Ольгой вытащили его из-под теплого пледа с больной ногой под холодный зимний дождь и пронизывающий ветер, заставили бежать под безжалостными тугими струями к машине, поскальзываясь на мокром асфальте, и везти нас в другой конец города – к Абуховской хрущовке, чтобы устроить засаду на Аленку, моментально увидевшую всю галерею фотографий на его страничке и даже успевшую отпустить едкий комментарий. Якобы он растолстел на азиатской кухне. По мне, так тот парень, чей торс мы использовали для фабрикации снимков, был вполне нормального телосложения, не такой, конечно, мускулистый как качок, но вполне себе ничего. Как говорится, в пределах нормы. Без неохватных бицепсов и ярко выраженных квадратиков накачанного пресса.

– Авантюристки, блин. – Злился Ольгин муж в большей степени на себя, чем на нас, включал и снова выключал несчастные дворники, поглядывал исподлобья на ржавую подъездную дверь с поломанным замком, которая ходила ходуном под порывами ветра, скрипя на всю ивановскую. – В такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выгонит, а вы возомнили, что эта ваша «хищница» придет сюда учинять разборку. Как бы не так.

– Ой, – страдальчески вздыхала Ольга, бросая снисходительные взгляды в зеркало заднего вида, где отражались недовольные глаза Андрюшеньки, метавшие гром и молнии. Будто громов и молний на улице не хватало. – Для бешеной собаки погода – не помеха. И семь верст – не крюк. – Поучительным тоном высказалась моя подруга, сидевшая рядом со мной на заднем сидении машины. – Торжественную встречу надо готовить загодя, чтобы сюрприз офигенный получился.

– Не зря же мы подкинули Алене идею о торжественной встрече? – Пояснила я. – Она будет не она, если не клюнет.

– Уже клюнула. Рыбка наша золотая. – Возликовала Ольга, кивая на золотистое авто цвета «металлик», подрулившее прямо к подъезду. Люксовая модель – не иначе. Про такую говорят – цены не сложешь.

– А это еще кто? – Задался вопросом Андрюшенька, потому что из машины бывшая девушка Ильи – стройная в обтягивающих стрейчевых брючках, золоченых сапогах на высоченных шпильках и в чем-то светлом и воздушном, вышла не одна, а со своим нынешним поклонником – длинным чернявым парнем с зачесанными назад волосами и с бородой. Он тут же раскрыл над головой своей пассии пестрый зонтик, чтобы не замочилась короткая пушная шубка из белого искусственного меха.

– А вот это ее оруженосец. – Проговорила я, во все глаза разглядывая огромную спортивную сумку в правой руке Аленкиного спутника. – Похоже, ребята прибыли во всеоружии. – Вынесла я вердикт, прикинув примерный вес сумочки. – Там, по меньшей мере, гранотомет. Не иначе.

– Не думала, что бывают такие гигантские сумки. ¬– Округлила глаза Ольга. – Они что? Собираются вынести из квартиры труп Абухова целиком?

– Не говори ерунды, Оль. – Поморщился Андрюшенька, провожая взглядом парочку, с трудом протиснувшуюся в дверь с зонтом и сумкой. – Никакой труп туда не поместится, а если и поместится, то оборвутся ручки. У меня такая сумка была – хлипкая как зараза. По швам разъехалась в первый же день после покупки.

– И что ты туда запихивал? – Почему-то стало интересно мне. Наверное не давали покоя лавры той самой любопытной кошки, которую сгубило то самое любопытство.

– Что запихивал? А ничего особенного. – Сразу замялся Ольгин муж, но под подозрительным взглядом жены вздохнул и признался. – На пейнтбол я с этой сумкой ходил. Ружья прекрасно помещаются, но материал – дерьмо полное, рвется сразу.

– Хочешь сказать, Аленка наняла киллера с оптической винтовкой? – Ужаснулась Ольга. Вот с какого, скажите, перепугу она сделала такой вывод? Парень в черном пальто с зонтиком и сумкой на наемного убийцу совсем не тянул. Не тот типаж. Хотя многих ли киллеров мне довелось увидеть? Разве что в кино.

– Сейчас и проверим. – Сказала я, решительно открывая дверцу.

Конечно я никого не боялась. Худощавый парень, длинный как глиста, даже с бородкой не прошел бы кастинг на наемника. Да и не способна была Алена – эта блондинка с непомерным эго и одной извилиной в голове, кого-то там нанять. Она и сама была в состоянии собственными наманикюренными ручками раскатать Илью, как тесто в плоский блин, и не стала бы вмешивать посторонних. Чтобы не портить удовольствие. Но Андрюха воспринял угрозу всерьез, рванул вперед нас с Ольгой, громко бухая башмаками, тут же загрохотавшими на весь подъезд. Как будто по лестнице мчалась целая группа захвата. Мы едва за ним поспевали. Не скажешь, что у парня на ноге штопаная рана и немного лишнего веса. Взлетел на последний этаж, будто на реактивной тяге. Я порядком запыхалась, догоняя его, Ольга так вообще отстала на целый пролет, несмотря на разряд по легкой атлетике.

– И чем это мы тут занимаемся? – Услышала я Андрюхин голос, полный саркастического ехидства. – По какому это праву вы, господа мазурики, вскрываете чужую квартиру?

Я добралась наконец до последнего этажа и заметно успокоилась, увидев представшую передо мною картину маслом. Тяжелая, почти неподъемная сумка стоит на полу, в двери торчит ключ, а двое незадачливых мстителей испуганно жмутся к соседской квартире и стараются стать как можно более незаметными. У Аленки и без того большие глаза с накладными заламинированными ресницами от страха выпучились до такой степени, что стали похожи на бильярдные шары, болтающиеся в лузе. Обколотое ботексом личико, напоминающее кукольное – такое же неподвижное и лишенное эмоций, казалось белее мела, по сравнению с ярко-алыми губищами, раздувшимися донельзя, точно после укусов целого роя пчел. А парень, слишком хлипковатый для того, чтобы связываться с плотно сбитым Андрюшенькой, стоит в расстегнутом черном пальто и смотрит широко распахнутыми карими глазами, точно Бэмби из Диснеевского мультика, и нервно сглатывает, будто решил похоронить в собственной глотке все те слова объяснений, которые теперь уже никогда не вырвутся из его рта.

– Капитан Буреломов. Ленинский РОВД. Отдел убийств. – Представился Андрей, сунув под нос парню с побелевшей рожей, купленное в переходе удостоверение. Почти как настоящее. Если особо не приглядываться к печатям.  – Вы задержаны по подозрению в убийстве Ильи Абухова. Попрошу пройти в квартиру для следственных мероприятий.

Такой поворот был сюрпризом не только для меня, но и для Ольги, раскрывшей рот от удивления.

– Вы не имеете права…Карен, что ты молчишь? – Обратилась блондинка, пойманная с поличным, к своему молчаливому и чересчур дерганому спутнику. Впрочем, я несправедлива. Дергался у него только кадык, все остальное же застыло, точно алебастр под шпателем истинного мастера штукатурных дел. – Мы ничего не знаем ни о каком убийстве. – Попыталась воспротивиться твердой Андрюхиной руке Аленка, норовившая вывинтиться из собственной шубки. Штукатурка на ее лице явно дала трещину, обнажив натуральную рожу кирпичом. Но мент, который до поры до времени дремал в Ольгином муже, был непреклонен:

– Незнание, гражданочка, не освобождает от ответственности. Вы что? Фильмы не смотрите? Ленты новостей не читаете? Проходите, проходите, не стойте, как неродная. Следствие разберется в степени вашей вины. И вы, понятые, тоже проходите. – Подмигнул нам доморощенный сыщик, втаскивая в квартиру вслед за нами неподъемную поклажу, об которую я уже успела отбить палец на ноге.

– Откуда Андрюшенька знает, как ведут себя сыскари? – Шепотом спросила я Ольгу в темном коридоре пыльной Абуховской квартиры. «Мент» с подозреваемыми уже успели пройти в гостиную.

– Андрюшенька ни один детективный сериал не пропустил. – Тихо сказала моя подруга с величайшей гордостью в голосе. – С детства мечтал сыщиком стать, бегать с пистолетом за бандитами. Просто сейчас вынужден сидеть в офисе. Строительная фирма –  такая тоска. Ты не мешай ему. Ладно? Пусть оттянется по полной. Он вмиг Аленку раскрутит.

Да я как-то и не сомневалась.


– И что это тут у нас в сумочке? – Измывался над трясущимися мелкой дрожью взломщиками Андрей, уже успевший ознакомиться с документами «задержанных». – Понятые подойдите поближе, фиксируйте на видео. Банка красной краски, три лотка яиц, аэрозольные баллончики… Вы что тут, придурки, акт вандализма решили совершить?

– Да, да. Мы просто хотели подшутить над бывшим Алены. – Прорвало доселе молчавшего сообщника этого блондинистого чуда – мстительной бестии, воспылавшей жаждой крови. – Он возвращается завтра домой. Хотели ему организовать теплую встречу. А с чего вы взяли, что он убит? Он в социальных…

– Вопросы здесь задаю я. – Грубо перебил злой мент. – И мне решать по какой статье вас закрывать: за вандализм или за убийство. Когда в последний раз вы, гражданка Алленория Скрыпник, видели вашего знакомого Илью Абухова?

– Алленория? – Переглянулись мы с моей подругой. Бывают же имечки? Это кто же из ее родителей так выпендрился, что язык сломаешь?
– Так когда вы видели своего знакомого?

– Да, вот сегодня он появился в социальных сетях… – Выдавила из себя Аленка, шокированная звучанием собственного официального имени. – Я хочу домой. Можно хотя бы папе позвонить?

– Как скоро вы пойдете домой, будет зависеть от ваших ответов. Итак, я повторяю вопрос. При каких обстоятельствах и когда вы видели Абухова последний раз воочию, а не в сети?

– Тогда же, когда и все. – Пожала плечами Алена. – В конце летней сессии. Он искал приятеля, а еще раньше пропала его машина. Только мне об этом ничего не известно.

– Машина и приятель уже нашлись. ¬– Милостиво сообщил «полицейский».– Что еще вам известно о пропаже Абухова? О чем он говорил с вами до своего исчезновения?

– Он порвал со мной накануне. Придрался к какой-то мелочи. Типа, я лезу не в свое дело. А я всего-навсего спросила, что за схемы он рисует на стене под ковром.

Я сразу посмотрела на единственный ковер на стенке в соседней комнате, висящий возле окна вертикально. Совсем неподходящее место для толстого шерстяного ковра. Такие обычно вешают над кроватью или кладут на пол, но никак не над одиноким кособоким стулом с надорванной обивкой.

– И как Илья объяснил эту схему? – Решил додавить Алену Андрюха.

– Он сказал, что готовит прикольный квест для своей группы. Подарочек за успешно закрытую сессию. – Пояснила бывшая девушка старосты с непроизносимым именем, моментально вылетающим из головы. – Я пылесосила ковер и почувствовала, как щетка за что-то цепляется, за что-то на оборотной стороне. Что-то там шуршало. Я полюбопытствовала и отодвинула кусочек ковра. Там были чьи-то фотки, снимки номерных знаков машин, надписи, стрелочки… В общем, что-то в этом роде. Илья сказал, что это не мое дело. Он самостоятельно разрабатывает квест. Я засмеялась и спросила, зачем столько мучиться, если можно заказать готовый. Он сказал, цена не устраивает. И вообще, я сую нос, куда не след. Он староста и лучше знает, что нужно его группе. Я вспылила и собрала вещи. Он сказал: «Вали, скатертью дорога!» Я и свалила. А что мне еще было делать?

«Высокие, однако, отношения. – Тут же подумалось мне. Любовью там наверное и не пахло».

– Пару раз приходила, чтобы забрать свои вещи, но Илья пропал. Близился срок оплаты за аренду жилья, и я подумала, что квартирная хозяйка этого идиота непременно выселит. Даже радовалась, что его шмотки окажутся на мусорке. Так вы думаете, его уже нет в живых?

– Ничего я не думаю. Идет следствие. – Нахмурившись, сообщил фальшивый следак. – И вы, гражданочка  Алле… Хм…Скрыпник, и вы, – ткнул он пальцем в предпочитающего помалкивать парня, – надеюсь не станете этому следствию мешать. Возвращайтесь домой и ведите себя как ни в чем не бывало. Понадобитесь – вызовем повесткой. А не явитесь по повестке – приведем под конвоем. Все понятно? Свободны. – Отпустил «мент».

Те обрадовались, Алена так даже прослезилась. Парень ее порывался забрать сумку с краской и яйцами, но Андрюшенька не дал, сказал, что это вещественные доказательства готовящегося преступления, поэтому изымаются следствием.

– Ишь какие. Сумку им отдавай. – Разошелся  Ольгин супруг. – Другие бы на седьмом небе от счастья были, что вообще под арест не пошли, а эти… Сумочку им вернуть… Оборзели вконец преступные элементы.

– Ну и отдал бы им сумку. – Выговаривала мужу моя подруга, когда за вандалами-неудачниками захлопнулась входная дверь. – Ты же сам говорил, что материальчик хлипкий?

– Материальчик хлипкий, – не спорил Андрюшенька, разом выйдя из образа сурового мента и превратившись в мягкого и пушистого «тюфячка», глядящего на Ольгу бесконечно влюбленными глазами. – Сумку эту только на выброс, – продолжил он, – но целых три упаковки яиц по тридцать штук в каждой на дороге не валяются. Тем более такие свежие. Дату производства я уже посмотрел. Балончики с краской – вообще находка. У меня велосипед два года некрашеный в подвале стоит. Чего добро пропадать будет? Оставлять краску дебилам, чтобы какую-нибудь хрень по стенам намалевали? Мне просто совесть не позволяет.

– Ладно. – Кивнула Ольга. – Совестливый ты мой. Будем считать, что предотвратил преступление, но не думай, что я позволю тебе одной яичницей питаться. Мысли твои обжорские насквозь вижу. Пару лотков пусть Влада забирает. У нее кот несовершеннолетний, а у соседа Темников поселился – тот еще проглот. Такой и кошачьим кормом не побрезгует…

– Да ладно тебе, Оль, ворчать. Заберу я часть Андрюхиной добычи. – Не стала я отказываться от продуктов. – Если в моем холодильнике появится хоть что-то помимо кошачьих консервов, я буду только «за».

«Надо же, какой у Ольги Андрюшенька домовитый и запасливый. – Тут же подумалось мне. – Совсем как мой кот. Все в дом, в кладовочку – запасы на зиму делать. Сразу видно – мышей ловить умеет…»

– Давайте посмотрим, что там за схемы рисовал ваш Абухов. – Сбил меня с мысли этот самый Андрюшенька, порядком заинтригованный и вовсе не собирающийся самоустраняться от нашего расследования.

А я-то планировала заглянуть под ковер без свидетелей. Как же, заглянула. И Ольга, и ее муж уже настроились довести дело до конца. И я при всем своем желании не могла им препятствовать в удовлетворении их любопытства.

– Сейчас посмотрим, что за «квест» наш староста прятал под ковром. – Приговаривала моя подруга, направляясь в комнату, где на стене в совершенно несуразном месте висел бордовый пылесборник с восточным орнаментом. Тяжелый плотный и насквозь пропахший пылью веков. Хотя по уверениям Алены не чистили его только полгода.