Три жизни. Часть 43. Глава 90

Забытые розы «Виру».

 В ту ночь мне совершенно не спалось. В голове всё ещё отчётливо и громко звучали взрывные аккорды оркестра, перед глазами то и дело мелькали яркие перья кордебалета и отчётливо слышался хмельной, весёлый смех иностранных туристов. Приходилось беспокойно ворочаться с боку на бок в густой темноте своей однушки, как вдруг меня словно обухом по голове осенило: мы ведь не взяли розы со стола! Мы просто-напросто забыли этот роскошный, пышный букет в ресторанной суете, оставив его сиротливо стоять в высокой стеклянной вазе посреди подземного зала.
Боже мой, какая неловкость! Внутри от этой внезапной мысли всё перевернулось. В ту же минуту пришло твёрдое решение: никаких домашних дел с самого утра! Первым же делом побегу к Азалии, искренне извинюсь за нашу общую оплошность, а потом сама поеду в город, прямо в гостиницу «Виру», чтобы любыми путями отыскать и забрать наши свадебные цветы. Как-никак, я ведь являлась официальной цветочницей этой необычной свадьбы и лично отвечала за букет!

 Утро настало почти мгновенно, словно вся ночь пролетела в один короткий миг. Сейчас уже и не вспомнится, что тогда наспех пришлось приготовить на завтрак. Проводив любимого сына на работу, удалось решительно отложить запланированную важную поездку на рынок и бегом броситься к дому Азалии и Урхо, мысленно надеясь, что молодожёны ещё не успели расстроиться из-за нашей досадной пропажи.

 Весенний ветер надежды дул прямо в лицо, когда пришлось поспешить по знакомому маршруту. В воздухе отчётливо пахло талой свежестью и чем-то необычно, непривычно чистым. Поднявшись на лифте на девятый этаж, удалось робко постучать в массивную дверь. Подруга как будто бы специально ждала этого визита — открыла сразу, в то же самое мгновение.

  — Привет, цветочница! Ты вчера забыла взять со стола цветы! — резко, с ходу оборвала она меня, даже не приглашая пройти внутрь прихожей.

  — Аза! Я сейчас же, сию минуту поеду в «Виру»! Они обязательно отыщут и отдадут мне этот букет, я всё верну... — испуганно и торопливо заговорила я, пытаясь оправдаться.

  — Нет! — жёстко и безапелляционно перебила Азалия. — Не нужны нам больше эти розы! И вообще, больше ко мне не приходи!

 Из-за её плеча в этот момент испуганно и растерянно выглядывал Урхо, совершенно не понимая, в чём дело и почему его новоиспечённая жена так внезапно разгневана.

  — Аза! Ну прости меня, пожалуйста! — взмолилась я, чувствуя, как сердце до боли сжимается от горькой несправедливости.

  — Не-ет! Иди! — коротко отрезала она и с глухим, хлёстким стуком захлопнула тяжёлую дверь прямо перед моим носом.

 Пришлось остаться стоять в полном одиночестве на пустой лестничной площадке. Чувствуя себя опустошённой и растерянной, удалось медленно спуститься вниз по лестнице и выйти на улицу. На дворе дул всё тот же ласковый весенний ветер, и теперь казалось — это какой-то особенный, хрустально чистый ветер, который бережно и мягко уносил прочь эту внезапную, злую чужую обиду.

 Азалия осталась там, за своей закрытой дверью, наедине со своими вечными страхами, подозрениями и капризами, а передо мной снова во всей красе открывался огромный, чистый и свободный мир. В конце концов, заветный штамп в паспорте у неё стоял, её долгожданная новая жизнь с Урхо официально началась, а моя роль «цветочницы» на этом была окончательно, честно и благородно сыграна.

 Знаешь, дорогой мой читатель, эта пробивная, знающая себе цену эстонская женщина в те переломные годы сделала для меня не только плохое, но и много по-настоящему хорошего. У неё везде имелся самый настоящий, прочный и надёжный блат. Она могла буквально по одному щелчку пальцев достать любую дефицитную, импортную вещь, так как постоянно крутилась среди людей, которым привозили и присылали товары из-за границы. Да, она часто бывала ко мне несправедлива, капризна и резка, но именно Азалия научила меня выживать по суровым, безжалостным правилам тогдашней Эстонии.

  — Таня! — всегда уверенно и громко повторяла она мне в минуты моей растерянности. — Строй свою жизнь сама, никогда не сиди дома на месте! Никто к тебе сам просто так не придёт и ничего на блюдечке не принесёт!

 Во мне ведь тогда ещё вовсю жила та, былая деревенская робость, сковывал подсознательный страх и бедность родной семьи перед лицом могучего, чужого города со всеми его суровыми правами. А тут Азалия своими руками решительно открывала для меня тот закрытый мир, о существовании которого раньше и подумать не могла. Вместе с ней полностью перестала бояться незнакомого эстонского языка — буквально на лету, жадно впитывала чужую речь, послушно повторяя за подругой хлёсткие фразы и обороты. Благодаря её связям я, простая женщина из далёкой русской глубинки, вхожа была в те элитарные эстонские круги, куда обычному русскому человеку в то непростое время тотального слома систем ходу не было. Это была жёсткая, местами безжалостная, но поистине бесценная школа жизни.

 Сейчас, спустя десятилетия, даже не представляю, как бы вообще повернулась моя судьба, если бы не встретила на своём жизненном пути тех людей, которые снова и снова преподносили мне такие трудные, но спасительные уроки. В те суровые годы со всеми житейскими экзаменами удалось справиться на отлично. И сегодня, во многом благодаря именно им, их науке и той давней закалке характера, у меня наступила по-настоящему спокойная, защищённая и достойная старость.

              Продолжение тут: