Убей свинью, Чарли!

     До своего брака с Романом Полански Шарон Тейт жила с Джеем Себрингом. Буглиози Хелтер - Скелтер. Правда о Чарли Мэнсоне
     - И это не свинья ? Это не потаскуха ?!
     Разгневанный Харви Вайншток, прижав объёмистым пузом перетрусившего Тарантину к стене мужского туалета театра Груммана, пёр буром, как командировочный, не обращая внимания на пытавшегося оттащить его от режиссёра за фалды смокинга Скорсезе.
    - Скачет по постелям, тварь поганая, залетела хер пойми от кого - и это не свинья ?!
    Тарантино отталкивал продюсера, умоляюще глядя в зловеще мерцающие очки Скорсезе.
    - Сволочь ты, Квентин, - произнёс Скорсезе, плюнув в лицо режиссёра. - Из проклятой свиньи делаешь культ.
    - Из Мэнсона надо культ делать ! - взорвался Вайншток, тоже заплёвывая лицо Тарантины мелкой и злобной слюной. - Взяли, понимаешь, манеру из говна конфеты лепить. Вот ещё какая - то мразь писательская смастырила насквозь лживую книжонку, даже не указав, что трупы были голыми. Голыми ! Ты понимаешь, что это значит ?
   Тарантино осторожно предположил, что жертвы разделись для игры в бинго. Или решили позаниматься среди ночи баскетболом. Или ожидали комету Галлея на ночном небе.
   - Трахаться они собирались ! - заорал Харви, больше всего уважающий и ценящий народную правду. - Там у них ещё кокса горы были рассыпаны, о чём сраный писака тоже не упомянул.
   - Зато мусоров обосрал, - вмешался Скорсезе. - Они, конечно, привычно некомпетентны, но сор из избы всё равно выносить нельзя.
   - Короче, - решил Вайншток, вытаскивая из кармана армейский сорок пятый, - и жить вам всем дальше не надо.
   Горячая, но справедливая пуля, прервала наконец - то и так неоправданно затянувшуюся творческую жизнь ублюдка Тарантино, а поганую книжонку поганого писателя коала удалит прямо вот сейчас вот.