100 лет вещанию на Востоке России

…Всего 126 лет назад  эфир  Российского Дальнего Востока  был  чист- лишь  грозовые разряды изредка   нарушали тишину. Ни одного передатчика (и приемника)здесь не было. Но осенью 1900 г. из Кронштадта  отправились на Дальний Восток два эскадренных броненосца, «Полтава» и «Севастополь», и крейсер «Громобой». На них были установлены станции  импортного производства Дюкрете.
Это были первые штатные радиостанции на боевых кораблях русского флота.  Мобильные станции, говоря современным языком. С 1905 г. на Дальнем Востоке начинается строительство и  стационарных ведомственных  радиостанций. Первой такой радиостанцией стала небольшая станция в Имане (ныне Дальнереченск). В 1906 г. радиостанции военного министерства были открыты во Владивостоке и Харбине. Эти станции, изготовленные фирмой «Телефункен», были того же типа, что и открытая в апреле 1905 г. владивостокская береговая радиостанция морского министерства.
С 1907 г. начали работу радиостанции в Хабаровске, Николаевске-на-Амуре и Нижне-Тамбовке. А  в  сентябре 1927 года в эфир вышла первая  в регионе широковещательная  станция имени М.В.Фрунзе. В 2027 году  будет отмечаться 100-летие начала  работы  этой  широковещательной станции, которая  выдавала в эфир сводки новостей, музыкальные передачи, погоду, общественно-политические материалы,  очерки о людях  и репортажи с предприятий…   
Так что же сделано за век существования радио  на Дальнем Востоке, какова его роль в настоящем и будущем?
С позывным RNL
Самым молодым и самым передовым видом электрической связи на Дальнем Востоке в начале 20-го столетия явилась радиосвязь, или, как тогда называли, радиотелеграф. А инициатором внедрения этого изобретения на Дальнем Востоке явилось Морское министерство, которое в июле 1904 г. приняло решение о строительстве на восточной окраине России трех мощных береговых радиостанций. Первая из них была построена во Владивостоке и в апреле 1905 г. вступила в строй. Затем дело строительства радиостанций на Дальнем Востоке взяли в свои руки военные, так как на деле убедились в эффективности работы радиостанций в военное время.
Основным толчком для строительства военных радиостанций на Дальнем Востоке явился печальный опыт ведения военных операций в период русско-японской войны, когда между военными частями иногда отсутствовала любая связь. Учитывая ошибки минувшей войны, военное ведомство с 1905 г. начинает на Дальнем Востоке строительство стационарных радиостанций военного образца: в 1905 году начинает действовать военная радиостанция в г. Имане (Дальнереченск), в 1906 г. заработали станции во Владивостоке и Харбине, в 1907 г. начинают они функционировать в г.Хабаровске, г.Николаевске и в селе Нижне-Тамбовское.
Остановимся подробнее на Николаевской радиостанции. Выстроена она была за городом, в предкрепостном районе на левом берегу реки Верхняя Патха, недалеко от ее устья. До основных крепостных сооружений было несколько километров. Официально радиостанция подчинялась штабу крепости и носила название "Станция искрового телеграфа Николаевской-на-Амуре крепости".
На территории станции были воздвигнуты две решетчатые деревянные мачты по 35 метров высоты. Мощность передатчика составляла 2 киловатта. Станция поддерживала связь с береговыми, военными и гражданскими радиостанциями в Хабаровске, Нижне-Тамбовском, Имане, Керби, Охотске и т.д., а также с теми военными кораблями Тихоокеанского флота, на которых были установлены корабельные радиостанции. Руководил станцией искрового телеграфа штабс-капитан Десницкий М.В.
В сентябре 1918 г. она была полностью захвачена японскими оккупационными войсками. В течение 1918-1919 годов японские специалисты сменили часть радиоаппаратуры на более современную, деревянные мачты были разобраны и вместо них смонтированы долговременные металлические решетчатые радиомачты. Устанавливая металлические мачты, оккупанты, вероятно, рассчитывали не на один десяток лет пребывания на российской  земле. Но эти мечты не оправдались. 5-7 февраля 1920 г. во время штурма партизанами крепостных укреплений, занятых японцами, оккупанты, не выдержав натиска партизан, взорвали "искровой телеграф" до основания и начали отступать к городу.
От станции остались лишь дымящиеся развалины, частично сохранившийся фундамент. Обе мачты, искореженные и изогнутые мощными взрывами, лежали рядом- Впоследствии "искровой телеграф" больше уже не восстанавливался. Русско-японская война показала всю уязвимость российских дальневосточных владений. Если Верхний, Средний, Нижний Амур, Приморье и даже Сахалин были связаны между собой Амурским телеграфом и военными радиостанциями, то Охотоморье, Камчатка, Крайний Северо-Восток не имели никакой современной связи и были перед лицом общего врага или природного катаклизма совершенно беззащитны.
Положение стало настолько тревожным, что в 1908 году этим вопросом вынужден был заинтересоваться и сам царь, и Совет Министров. Ознакомившись с положением на Охотском побережье и Камчатке, подробно описанном в записке председателя Совета Министров Столыпина П.А., Николай II накладывает следующую резолюцию: "На Восточную Сибирь и на Охотско-Камчатский край в особенности следует обратить самое серьезное внимание и приступить к живой деятельности там немедленно".
Имея царскую поддержку, Совет Министров принимает решение: "Незамедлительное установление связи с городом Петропавловском-Камчатским есть дело настоящей важности. Необходимо прибегнуть к помощи беспроволочного телеграфа и соорудить телеграфные станции в городах Николаевск-на-Амуре и Петропавловск-на-Камчатке". Разработка проекта радиотелефонной связи между устьем реки Амур и югом полуострова Камчатка, между которыми лежит одно из самых неспокойных морей на земном шаре - Охотское, а потом и осуществление этого проекта на практике явились первым крупномасштабным опытом Главного управления почт и телеграфа в радиотелеграфном строительстве.
Одним из главных организаторов строительства этих станций и ее разработчиком был талантливый инженер Николай Александрович Скрицкий.  22 апреля 1909 г. он выступает с главным докладом на 14-й общероссийской конференции Телефонно-телеграфного технического общества, где ставит вопрос ребром: станцию в устье Амура и на Камчатке надо строить в самое ближайшее время.
За основу было предложено радиооборудование системы "Телефункен" с использованием "звучащей искры". В отличие от обычного искрового метода, применялись разрядники с малым искровым промежутком и источники тока - альтернаторы (электромашинные генераторы) - с большой частотой вращения, что позволяло посылать в эфир музыкальный тон большей или меньшей продолжительности, как точки и тире, в зависимости от длительности нажатия на телеграфный ключ. Такой сигнал было гораздо легче выделять радистам на фоне атмосферных помех.
 В своем докладе Скрицкий привел предлагаемые цифры: мачты установить высотой не менее 75 метров, альтернатор мощностью 8 кВт должен был приводиться во вращение бензиновым двигателем. Все это, по выверенным Скрицким цифрам, позволит установить регулярную связь на расстоянии не менее 1650 верст (1760 км). Доклад Скрицкого с проектом радиосвязи Николаевск-на-Амуре - Петропавловск-Камчатский был одобрен научной общественностью и получил высокую оценку в научных кругах и в печатных изданиях.
А 11 мая 1909 г. специальная комиссия Главного управления почт и телеграфов под председательством полковника А.Л. Эйлера подписывает контракт с обществом "Сименс и Гальске" на поставку и устройство радиотелеграфного сообщения по системе "Телефункен" между Николаевском-на-Амуре и Камчаткой.
3 февраля 1910 г. Скрицкий отправляется в командировку в Берлин для оформления радиоаппаратуры для Петропавловска-Камчатского и Николаевска-на-Амуре. В соответствии с контрактом, общество обязывалось "изготовить, испытать, доставить в Николаевск и Петропавловский порт с открытием навигации 1910 г. все необходимые приборы двух радиотелеграфных станций, устроить затем таковые и установить радиотелеграфное между ними сообщение". В июне 1909 г. был решен и  вопрос о финансировании строительства зданий радиостанций: в Николаевске - 8 тысяч рублей, в Петропавловске - 10 тысяч рублей.
Смета, кроме жилых зданий, предусматривала строительство двух служебных зданий из дерева площадью по 40  кв.сажен (182 м2). Но чиновники и здесь решили сэкономить. В одном здании проектировались и операторская, и машинный зал, и аккумуляторная, и даже склад горюче-смазочных материалов. И хотя в Николаевске трагедии не произошло, через 50 дней Петропавловская станция во время шторма сгорела дотла, так что пришлось уже позднее, в процессе эксплуатации, пристраивать к основному зданию "несгораемый шкаф" - постройку, целиком выполненную из бетона, где разместился моторный зал.
Также для огнеопасных веществ была выстроена отдельная пристройка, снабженная всеми необходимыми средствами на случай пожаротушения. Жилой дом для сотрудников радиостанции выносился за территорию станции. Кстати, при проектировании этих жилых зданий учитывались климатические условия и Нижнего Амура, и Южной Камчатки: ветры, обилие снега, низкие температуры. Поэтому жилые дома при обеих радиостанциях имели вместительные тамбуры, крытую застекленную веранду, колодец, хозяйственные постройки, огород и т.д.
Летом 1909 г. в Николаевск из Петропавловска прибыли два инженера-электрика для выбора места под будущую станцию. Выбрали территорию в районе села Патха (ныне село Красное) между Амуром, крепостной дорогой, идущей на верхние форты крепости Чныррах , и левым берегом реки Нижняя Патха. Жилой дом проектировался в южной части участка, у дороги, недалеко от устья реки Нижняя (или Малая) Патха.
Место для радиостанции и мачт было вынесено на безопасное расстояние от жилых построек, в лесную зону. Строительство жилого дома и здания радиостанции началось осенью 1909 г., а затем было продолжено весной и летом 1910 г. В конце июля в Николаевск прибыл германский пароход, на котором была доставлена заказанная аппаратура и приехали два инженера-наладчика.
Строительство обоих зданий было закончено осенью 1910 г., и тогда начался монтаж аппаратуры внутри служебного здания. Снаружи на территории станции летом того же 1910 года были установлены две металлические башни решетчатой конструкции, на трех независимых бетонных фундаментах каждая. Высота башен - 75 метров, база основания (разнос между фундаментами) - 24 метра по каждой грани. Такие пропорции гарантировали устойчивость высотных сооружений.
В октябре 1910 г. монтаж обеих радиостанций был завершен. 23 октября начались их испытания и закончились 9 ноября подписанием документа по окончательной приемке, после которой правительство России выплатило обществу "Сименс и Гальске" 107254 рубля. Радиопередатчики, установленные фирмой "Телефункен", работали по принципу "звучащей искры" и имели мощность по 5 киловатт.
Источником питания служили керосиновые двухцилиндровые двигатели Гарднера мощностью в 20 лошадиных сил. Обе станции работали на длинной волне в 2000 метров. Прием текста производился как на слух - 15 слов в минуту, так и на запись на ленту - 5 слов в минуту. Дальность действия станций: днем 1200 км, ночью - 2400 км. 75-метровые мачты обеспечивали прием. Расстояние между мачтами - 175 метров. Антенная сеть состояла из 12 бронзовых проводников диаметром 3 миллиметра. Общая протяженность всех проводов, образующих антенную систему, достигала почти трех километров.
Каждая станция была снабжена аппаратурой для приема радиограмм на слух и на ленту телеграфного аппарата Морзе, а также аппаратами для автоматического приема сигнала вызова. Для связи с морскими судами, находящимися в радиусе действия станций, все береговые станции (в том числе и Николаевская) были оснащены дополнительными радиопередатчиками мощностью 1 киловатт, дальность действия которого не превышала 450 верст (480 км.).
10 ноября 1910 г. между Николаевском-на-Амуре и Петропавловском-Камчатским открылось радиотелеграфное сообщение общего пользования. Николаевск и Петропавловск впервые обменялись радиограммами. Через бурное Охотское море летели электросигналы, неся человеческие слова и мысли. Так удаленный северо-восток стал намного ближе к Приамурью и Восточной Сибири. Первым заведующим Николаевской-на-Амуре радиотелеграфной станцией стал отставной штабс-капитан Слюсарев, ранее служивший на радиостанции военного ведомства.
Кроме заведующего, в штате Николаевской станции числилось три почтово-телеграфных чиновника 3-го разряда, 2 машиниста (надсмотрщика) и 2 сторожа. Прошло буквально несколько лет, и в строй действующих дальневосточных станций общего пользования вошла еще целая группа радиостанций - Охотская (21.10.1912 г.), Наяханская - недалеко от Гижиги (21.10.1912 г.), Анадырская (21.10.1912 г.), Кербинская (7.12.1912 г.), Сахалинская (20.02.1916 г.).
Все названные радиостанции производили свой обмен в основном с Николаевском. Поэтому неудивительно, что Николаевская радиостанция была сильно перегружена. По интенсивности обмена она не знала себе равных в России. В 1913 г. радиотелеграфный обмен Николаевской станции превысил 1 млн. слов в год, хотя штат станции увеличился на самый минимум. Так, в 1914 г. общий штат станции составляли всего 11 человек.
До 9 сентября 1918 г. Николаевская радиостанция работала стабильно, снабжая информацией и представителей всех существующих в тот период правительств, и местное население: 1910 г. - март 1917 г. царское правительство, март 1917 г. - январь 1918 г. - представители Временного правительства, январь 1918 - начало сентября 1918 г. - областной Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. 9.10.1918 г. радиостанция была захвачена японским десантом и взята под контроль оккупационным командованием. Некоторые из сотрудников станции, симпатизировавшие советской власти (например, Дубицкий), были японцами арестованы.
Во время штурма партизанами японских позиций в районе крепости и прилегающей к крепости территории оккупанты, не выдержав натиска партизан, бросились отступать в Николаевск. Вот тогда они успели взорвать полностью военную радиостанцию ("искровой телеграф"), а гражданскую успели только поджечь. Ворвавшись на территорию станции, партизаны снегом сбили, а потом совсем потушили пламя. Станция была спасена.
Уже 8 февраля полетела первая радиограмма об освобождении крепости и установлении здесь советской власти. Но работала она всего три с небольшим месяца. За эти 115 дней непрерывной работы были отправлены тысячи радиограмм в Охотск, Керби, Петропавловск, Владивосток, Хабаровск, Иркутск, Читу, Москву о положении на Нижнем Амуре, о вероломном выступлении японской военщины в ночь с 11 на 12 марта 1920 г. и его разгроме, о декретах Советской власти, телеграммы с отчаянными призывами о помощи и т.д. 1 июня 1920 г. в эфире последний раз прозвучали позывные RNL.
С восстановлением Николаевска встал вопрос о строительстве городской радиостанции. Исполком горсовета выделил земельный квадрат, а в  связи с тем, что за эти годы изменились условия приема радиоволн, отпала необходимость строить несколько башенных мачт и натягивать обширное антенное хозяйство. В 1924 г. Николаевская радиостанция вполне выполняла свои задачи с помощью одной антенной мачты. Металлическая ажурная мачта была не ниже 35 метров.
В течение 1924 года Николаевскую радиостанцию общего  пользования  смонтировали, опробовали и ввели в эксплуатацию. В 1924-1926 г.г. перед станцией стояла главная задача - прием и передача телеграмм Охотской, Сахалинской и Камчатской радиостанций. Телеграммы, адресованные за пределы Николаевского округа (например, в Амурскую область, Сибирь или европейскую Россию), из этих пунктов передаются на Амурский телеграф и отправляются уже проволочным телеграфом на запад.
В свою очередь, телеграммы, полученные Амурским телеграфом с запада на Охотское побережье, Камчатку, Сахалин и далее, передаются на радиостанцию и отправляются адресатам по эфиру. Так как для радиостанции была доставлена новейшая аппаратура, сбоев и перерывов в работе Николаевской радиостанции не было. График работы станции - два раза в сутки по 3 часа.
Задача по радиовещанию для населения перед коллективом станции в этот период не ставилась, хотя в те годы (т.е. 1924-1926 г.г.) Николаевская радиостанция осуществляла уверенный прием всех европейских столиц. Особенно отчетливо в Николаевске были слышны, причем постоянно, радиостанция Науен (Германия), Эйфелева башня (Париж). Москва тоже была слышна прекрасно, но ее удавалось включить очень редко, так как часы работы московской станции совпадали с рабочими часами дальневосточных станций. Но когда бывала редкая возможность связаться непосредственно с Москвой (например, с связи с профилактическими работами на Охотской радиостанции), то телеграммы на запад передавались непосредственно московской радиостанции.
С 1927 г. перед Николаевской радиостанцией была поставлена еще одна важнейшая задача - организовать в городе и округе регулярное радиовещание. 19 сентября 1927 г. состоялась первая передача на край радиовещательной станции из Хабаровска. Хабаровская коротковолновая станция "РВ-15" начала строиться еще в 1922 году. К 1927 году она считалась, как коротковолновая, самой мощной в стране. В Николаевске ее слышали отлично.
 Осенью 1927 года на улицах Хабаровска, а позднее Николаевска, Охотска, Богородска, Керби, Аяна были установлены первые громкоговорители. В тридцатые годы началась широкая радиофикация всех населенных пунктов Нижне-Амурской области. Во всех учреждениях на стенках появились черные тарелки репродукторов, в большинстве квартир и домов Николаевска и в районных центрах репродукторы также заняли свое место.. Кстати, тридцатые и начало сороковых годов - это время расцвета и солидных радиостанций.
В эти годы построили себе мощные радиостанции Николаевский морпорт (ул. Островского), Охотско-Аянский госрыбтрест, Нижнеамурский госрыбтрест, Амурское речное пароходство, военные моряки, трест "Приморзолото" и т.д. Первоклассные радиостанции стояли на военных кораблях Тихоокеанского флота и Амурской флотилии. В экстремальные периоды на помощь Николаевской государственной радиостанции спешили все ведомственные: военных моряков, авиаторов, рыбников и портовиков.
Так было во времена кулацкого мятежа в Чумикане в 1927 г., во время спасения челюскинцев в 1934 г., во время посадки чкаловского экипажа на самолете АНТ-25 на безвестном тогда острове Удд в 1936 г.