Победа отчетности над здравым смыслом

На лесной верфи, где сосны пахнут смолой, а комары — трудовым потом, собрались как-то звери чинить общий корабль. Корабль тот видал и лучшие времена: борта рассохлись, паруса мыши съели, а в трюме поселился хор лягушек, который отказывался платить аренду и требовал райдер с мошками.

— Пора, — сказал старый Бобр, хлопнув хвостом по воде. — Не то к зиме он не просто развалится, а ещё и напишет заявление на увольнение по собственному желанию.

Согласились все. Медведь лапу поднял. Выдра головой кивнула. Даже Ёж, который вечно ворчал, что «всё не так», и тот пробурчал что-то одобрительное — но с оговоркой, что «раньше и трава была зеленее, и корабли крепче, и бухгалтеры честнее».

Решили так: заявки собирает Контора Выдры. Она у нас самая хозяйственная — всё знает, всё учтёт и даже в курсе, сколько весит кубометр мха в полнолуние. А Бобровая Бухгалтерия — та, что в омуте под корягой, — будет эти заявки проверять и сводить в смету. Бобр-бухгалтер, седой, в очках из речного стекла, слыл существом суровым, но справедливым. И очень любил порядок. Прямо до дрожи в хвосте.

1. Заявка первая, от которой хочется уволиться

Выдра писала старательно, лапой выводила, местами — слезами:

«На ремонт борта правого требуется: брёвен дубовых — сорок, смолы еловой — два ведра, мха сухого — три корзины, гвоздей — мешок. Сроку — до полнолуния».

Бухгалтерия заявку приняла, в книгу учётную занесла, печать поставила. А потом перечитала. И ещё раз. И на четвёртый раз у Бобра дёрнулся глаз.

— Позвольте, — говорит, поправляя очки. — Брёвен сорок? В прошлом году на весь корабль ушло двадцать. И то половину мыши утащили на личные нужды.

— У меня запас, — гордо отвечает Выдра.

— Запас — это когда одна избыточная единица. А тут — вторая бухгалтерия. Вы вообще слышали про нормирование?

— Я слышала про то, что вы вечно всё режете! В прошлый раз из-за вас корабль чуть не утонул!

— Он не утонул, — холодно заметил Бобр. — Он временно находился в водной среде ниже уровня ватерлинии. В отчётности это проходит как «плановое погружение».

— А смолы два ведра — это на что? Мы что, корабль смолить будем или блины печь?

— А вдруг зима лютая? Я, может, утепление хочу!

— Утепление? Вы, часом, не хотите камин с трубой и библиотеку с подшивкой «Вестника Лесной Верфи» за прошлые сто лет?

— А что, можно? — оживилась Выдра.

— Нет. И знаете почему? Потому что в смете нет статьи. А где нет статьи — там, извините, анархия и капитализм.

2. Явление Агента

И тут появляется Лис. Хвост трубой, глаза хитрые, на плече — портфель кожаный, в зубах — бумага с печатью. А за спиной у него тень. Большая такая. Похожая на Главную Контору Леса.

— Здравствуйте, я ваш Агент. Представляю интересы Главной Конторы. И я вам официально заявляю: заявки от Выдры — верные.

Бобр лапу к сердцу приложил:

— Как верные?! Тут же всё не по форме!

— А вы в приказе № 47-Л от прошлой весны смотрели? Там чёрным по белому: «Нормы расхода материалов определяются заказчиком самостоятельно». Выдра — заказчик. Она так видит. А вы что, против заказчика?

— Да я не против. Но сорок брёвен — это же в два раза больше, чем нужно! Это не заявка, это фэнтези!

— А вы считали? У вас есть акт выполненных работ? Нет акта. А без акта — кто доказал, что двадцать хватило? Может, у вас в прошлом году просто корабль плохо чинили. Вот он и течёт. А Выдра хочет хорошо. С запасом. Чтоб как у людей — с размахом!

— У каких людей? Мы вообще-то звери.

— Тем более. У зверей размах — это святое. Это, я бы даже сказал, национальная идея.

Ёж из-за кустов высунулся:

— Так это что же, мы теперь вдвое больше леса заготовим? А кто рубить будет?

— Вы, уважаемый. Вы же колючий. Вам и валить.

— А если я откажусь?

— Тогда мы оформим это как отказ от выполнения трудовых обязанностей. И передадим дело в Сусликовую Инспекцию по Труду. А у них очереди. Лет на пять. Вперёд. И ещё на пять — назад, для проверки.

Ёж задумался. И, кажется, впервые в жизни пожалел, что он не вымер вместе с динозаврами.

3. Бухгалтерия против всех

Бобр открыл смету. Толстую. Такую, что в неё можно было завернуть Медведя. Целиком. С запасом.

— Так. Брёвен сорок. По три желудя за штуку. Итого — сто двадцать. У нас в бюджете — восемьдесят. И то половина — в долгах.

— Возьмите кредит, — пожал плечами Лис.

— У кого? У Белки? Она даёт под двадцать орехов в месяц. Это грабёж! Я на такое не подписывался!

— Тогда сократите расходы. Откажитесь от мха.

— Как откажитесь?! — взвыла Выдра. — Мох — это основа! Без мха корабль потечёт!

— Вот видите, — Лис развёл лапами. — Заказчик против. Я умываю лапы.

— А вы вообще кто по профессии? — Бобр прищурился. — Юрист? Экономист? Или просто Лис с портфелем?

— Я — Агент. Это выше профессии. Это призвание. Я связующее звено между теми, кто хочет, и теми, кто не может. Я голос Главной Конторы. И, между нами, я ещё и процент получаю. Но это неважно.

— А что важно? — спросил Ёж.

— Важно, что вы все должны работать. А я — координировать. И это, поверьте, тяжёлый труд. Вы даже не представляете, сколько энергии уходит на то, чтобы убеждать вас, что вы хотите то, что нужно мне.

4. Кто в лес, кто по дрова

Слово за слово — пошёл сыр-бор.

Медведь говорит:
— Мне бы мёда за работу. А то я что-то в последнее время на брёвнах экономлю. Лапа не та. Спина не та. Настроение — вообще не то.

Выдра:
— Мне бы запруду построить. А корабль — потом. У меня, между прочим, личные цели! Самореализация! Вы что, против самореализации?

Бобр:
— Мне бы плотину. А не корабль. Я вообще-то бухгалтер, а не корабел. Я считать должен, а не вот это вот всё.

Лис:
— Мне бы процент с продажи мха. И с брёвен. И с гвоздей. И с воздуха. Воздух, кстати, тоже ресурс. Мы его пока не учитываем, но это вопрос времени.

Ёж:
— А мне бы просто поспать. Я, между прочим, всю зиму спал. А вы меня разбудили ради этого?

Медведь лапу заломил — моя работа самая тяжёлая. Выдра хвостом бьёт — мой заказ самый важный. Бобр книгу листает — мой учёт самый точный. Лис портфелем трясёт — мой процент самый законный. Ёж иголки топорщит — мой сон самый священный.

А корабль стоит. Борта рассохлись. Паруса мыши доедают. Лягушки в трюме уже второй альбом записали — «Квак и точка».

5. Совещание

Решили провести общее собрание. Чтобы всё обсудить. И прийти к консенсусу.

Собрались. Медведь сел на пенёк. Пенёк треснул. Медведь переселился на другой. Тот тоже треснул. Медведь решил стоять.

— Итак, — начал Бобр. — Повестка. Первое: заявки. Второе: смета. Третье: кто виноват. Четвёртое: что делать. Пятое: кто виноват в том, что мы не знаем, что делать.

— А можно я первым? — поднял лапу Лис.

— Можно. Но только по существу.

— Я по существу. Предлагаю увеличить смету на двадцать процентов.

— Зачем?! — хором спросили все.

— Для повышения эффективности. Это же очевидно. Чем больше смета, тем больше эффективность. Это аксиома. Это закон рынка.

— Это не закон рынка, — устало сказал Бобр. — Это закон джунглей.

— Ну, — Лис улыбнулся, — мы же в лесу.

Бобр вздохнул так, что у него запотели очки. Снял их, протёр, надел обратно. И сказал:

— Знаете, что я понял? Мы тут не корабль чиним. Мы имитируем бурную деятельность. А это, между прочим, разные вещи. В отчётности — тоже разные. Но у нас почему-то всё проходит по одной строке.

— Это как? — не понял Медведь.

— А вот так. У нас есть строка «Прочее». И в неё можно записать всё. И корабль. И запруду. И мёд. И сон Ежа. И процент Лиса. И даже конец света. Всё пройдёт. Всё согласуется. Всё подпишется.

— Так это же отлично! — обрадовался Лис.

6. Зима

Пришла зима. Лёд сковал реку. Корабль вмерз в берег, как памятник всеобщему старанию.

Собрались звери снова. Смотрят — а чинить-то уже и нечего. Одно название осталось — «корабль». И то по документам. А по факту — набор досок, представляющий историческую ценность.

— Ну что, — говорит Бобр. — Выполнили план?

— Выполнили, — кивает Лис. — Бумаги подписаны. Отчётность сдана. Печати на месте. Всё чин-чинарём.

— А корабль? — спрашивает Ёж.

Тишина. Такая, что слышно, как где-то вдалеке Сусликовая Инспекция составляет очередной протокол.

— А корабль, — вздыхает Выдра, — так и не поплыл.

— Но мы же всё сделали правильно! — воскликнул Лис. — Мы же по регламенту!

— По регламенту, — кивнул Бобр. — Только регламент был на написание регламента. А не на корабль. Мы, уважаемый, регламентировали процесс регламентирования. И достигли в этом выдающихся успехов. Нас, наверное, наградят. Посмертно.

И стояли они — Медведь, Выдра, Бобр, Лис и Ёж. И каждый понимал, что виноват. И каждый знал, что виноват не только он.

А корабль так и остался стоять. Только теперь уже не в снегу, а в протоколе. Потому что всё остальное — согласовали.

Послесловие

Если вам показалось, что это про вас, —
Не волнуйтесь. Это про всех.
Просто у кого-то это проходит по статье «прочее»,
А у кого-то — по статье «жизнь».