Тормозной парашют

Знаешь, я никак не мог понять, почему дед мне не доверяет настоящую работу. То есть, перебрать клубнику – это мне, пойти пасти гусей – это мне, чистить горох – это мне, а вот косить траву, красить забор это не мне. А мне хотелось косить траву и красить забор! Сидеть с ведром клубники и убирать с неё зелень – скучнейшее занятие, а вот косить!
В общем и целом, как только речь заходила о чём-то серьёзном, меня вежливо, но настойчиво переключали на что-нибудь другое.
И тут однажды подходит запыхавшийся дед и говорит:
- Слушай, дел по горло, бежать надо, а у нас бычок на выпасе. Сходи за ним, а? Ты ж видел где?
Я несколько раз ходил с дедом выводить и забирать бычка Борю, конечно, я знал где он.
Нужно отметить, что мне тогда было лет 12 и Боря был чуть ниже меня. Это был добродушный бычок, по сути, ещё совсем маленький с огромными глазами. В общем, красавчик. Спокойный, уравновешенный симпатяга.
Выпас был не далеко. Выходишь за ворота, поворачиваешь на права и топаешь по асфальтированной улице мимо 5-6 деревенских домов. Потом через гравийную обочину сходишь на тропинку, ведущую через луг и в центре луга стоит Боря, привязанный к колышку. Он был настолько спокойный, что колышек забивался условно. То есть захотел бы – легко вытянул. Но Боря никогда так не делал, понимая, что верёвка натягивается, он просто ходил по кругу пощипывая траву.
Вот к нему то я и подошёл. Быстро отвязал верёвку от колышка и стал наматывать её на руку от ладони к локтю. Дед всегда так делал. Только дед потом снимал её с локтя и нёс кольцами в ладони, как сумку. А я что-то про этот момент как-то запамятовал и оставил верёвку как есть нат согнутой руке от локтя к ладони….
Боря идти не хотел. К тому моменту мы с ним контактировали не часто. Может заподозрил меня в чём-то, а может просто не хотел домой. В общем, Боря сказал «Му-у-у-у!» и за мной не пошел. Я дёрнул за верёвку, он на это внимания не обратил от слова совсем. Тогда я подошел к нему и не сильно, вот честное слово, тихонечко, хлопнул его по спине. Боря возмутился очень сильно и в его «Му-у-у-у!» появились нотки досады и сожаления, но шаг вперёд он сделал и тут же встал.
Я не придумал ничего лучше, как хлопнуть ещё раз чуть-чуть посильнее. Боря высказался по этому поводу более радикально, но пошел в сторону дома. Я двинул следом.
Не знаю, что пришло в голову Боре. Может подумал, что я хочу его обидеть? В общем, шагов десять спустя, Боря оглянулся, посмотрел на меня, хлопнул длиннющими ресницами, сказал уже по настоящему радикально своё «Му-у-у-у!» и побежал!
В моей голове мелькнула радостная мысль о том, что дома окажемся быстро и я побежал.
Тот снова оглянулся и больше ничего не говорил. Просто втопил на максимуме. Я успел сделать два прыжка и отправился в полёт, осознавая, что привязан к Боре намертво так как верёвка уже затянулась основательно и что со стороны первые метры полёта, должно быть, я был похож на супермена. Ну, рука выставлена вперёд, тело вытянутое в струнку…
Шмякнулся на землю, благо трава смягчила. И тут до меня дошло! Он бежит в сторону дома! Вроде ж нормально? Прокатимся и всё хорошо… И тут как молотом осознание – закончится луг и Боря выбежит на асфальтированную дорогу с высокой гравийной обочиной… И тут я как-то забеспокоился и пару раз даже постарался вступить в переговоры с Борей, который в сознании стал уже тупой скотиной.
Скотина прибавила ещё и гравий обочины реальной угрозой замаячил впереди. Я дёрнулся в попытке остановить Борю, но он этого не заметил и в прыжке вылетел на асфальт.  Я на пузе преодолел гравий, асфальтовую дорогу в две полосы и по инерции вторую обочину. Боря же сменил вектор направления и двинул по дороге к дому. Меня вынесло на асфальт и движение выровнялось, но мне было уже не до того. В голове стучала мысль – сотрусь в ноль… доедет привязанная рука.
Боря топил по полной, а я уже просто надеялся, что доеду. И тут новая угроза – поперёк всей дороги аккуратно какая-то сволочь разложила коровьи лепёшки! Мне тут же представилось, что приезжает моё полустёртое тело к дому, бездыханное, в крови и дерьме и этот момент сильно мне не понравился. Я стал вращаться вокруг оси, чтоб скатиться через обочину в траву и мне удалось до неё добраться, но скотина Боря, почувствовав, что груз тянет его в сторону, дёрнул в противоположную, обратно вытянув меня на асфальт... Напомню, через гравийную обочину, чтоб ему… Хорошо хоть дерьмо осталось позади, проскочили.
В общем доехали к зелёным воротам бабушкиного дома. Боря встал перед калиткой, а я лежал сразу за ним. Тут уже не было гравия, а только земелька, которая показалась мягкой. Я просто лежал. С пустой головой и ни о чём не думал.
Боря сказал «Му-у-у-у!» спокойно и миролюбиво. После чего открылась калитка и раздался удивлённый бабушкин голос: «А Миша где?».
А Миша только и смог выдавить из -за бычка: «Ы-ы-ы-ы».
В общем итог. На мне был костюмчик из желтой футболки и шорт. От него остались полосочки желтовато-красные по всей длине. Верёвка перетянула руку до кости… Но ни капли дерьма на мне не оказалось, и я счёл это победой. К деду с работой больше не приставал, что скажут, то и делал. Дед был умный. Он просчитывал, всегда просчитывал и один раз со мной рискнул…
За эту историю я на Борю не злился. Он был классный. Два месяца спустя Боря пасся напротив дома на небольшой лужайке. Отвязался, пошел домой. В этот момент по дороге на бешенной скорости нёсся грузовик. Он снёс Борю к чертям. Два мужика выскочили из машины, и попытались увезти умирающего Борю. Дед не дал. Он успел. С вилами в руках и тяжёлым взглядом. Мужики прыгнули в машину и уехали. Потом мы узнали, что это у них такой бизнес был… Ездить по деревням и давить скотину…. 90-ые.