Первый круг Ада. Свитчер

05 января 1942 года

Лодзь/Лицманштадт, рейхсгау Вартеланд

Вернувшись к Хорьху, Колокольцев уселся на заднее сиденье, рядом с Борисом (передние занимали Винтер и Шульц). И тут же осведомился у Шульца:

«Какие у тебя отношения с начальником фельджандармерии округа?»

«Отличные» - улыбнулся обер-лейтенант. «Просто отличные». И объяснил:

«Он ближе к нам, чем к своему начальству, ибо из семьи потомственных прусских военных, поэтому всё это безумие ему не по душе совсем…»

Колокольцев удовлетворённо кивнул:

«Очень хорошо. Скажи ему, что послезавтра утром тебе будут очень нужны автомобиль… любой, лишь бы крытый, даже убирающейся крышей… и внедорожник. Обязательно с номерными знаками фельджандармерии»

Шульц кивнул: «Есть такой. Mercedes-Benz 320WK должен завтра быть окончательно отремонтирован. Я попрошу ребят из армейского гаража его для меня попридержать… ну, а с Фогелем договорюсь… как-нибудь»

Колокольцев добыл из кармана и протянул обер-лейтенанту купюру в сотню рейхсмарок: «Купи ему что-нибудь что ему нравится… так будет легче договориться…». Обер-лейтенант купюру взял. А Колокольцев добавил ещё пятьдесят марок:

«Пусть ещё мотоцикл подгонит. Тоже с их номерными знаками и MG-34…»

Шеф абвергруппы кивнул: «Сделаем». Колокольцев выразительно посмотрел на Бориса. Тот усмехнулся: «Машину и мотоцикл мне. Я потом скажу куда…»

А Колокольцев задал следующий экзистенциальный вопрос: «Автобусами в городе кто заведует?». Шульц пожал плечами: «Как и везде – начальник транспортного управления. Подчиняется обер-бургомистру…»

«Вернеру Вентцки?» - уточнил Колокольцев. Хотя, разумеется, прекрасно знал, что именно этот персонаж (что характерно, унтерштурмфюрер СС) с восьмого апреля прошлого года был обер-бургомистром (главой) Лодзи.

Шульц кивнул: «Да». Колокольцев вздохнул:

«Тогда поехали… хотя нет, подожди пока». И тут же кивнул Борису: «Выйдем».

Они выбрались из Хорьха и отошли немного в сторону. «Ценю твою иронию» - усмехнулся Борис. «Никогда не думал, что стану таким свитчером…»

Борис снимал чудовищный, запредельный стресс, как и многие люди экстремальных профессий – в БДСМ. Несколько модифицировав навыки, полученные в Спецкурсе 7 учебки Иностранного отдела ОГПУ (что сделало оные безопасными для физического и психического здоровья объекта), он стал одним из самых уважаемых (и самым таинственным) из верхних БДСМ-сообщества в Дублине, Берлине, Париже, Лондоне и Риме.

Хотя обычно доминаторы по жизни для снятия стресса «уходят вниз», становясь сабмиссивами/нижними в С/М и Д/С отношениях, Борис «снимал подобное подобным». Иными словами, оставаясь «сверху» и на отдыхе.

Его безгранично уважали и потому, что он мог превратить в законченную мазохистку или сабу (по сути, покорную рабыню) абсолютно любую женщину (Борис был строго гетеросексуален – гомосеку запросто мог и в морду дать просто за неправильную сексуальную ориентацию). Причём хорошо так дать – от души.

И потому, что он умел (спасибо инструкторам Спецкурса 7) довести нижнюю до предела физических возможностей… и возможностей человеческой психики. А именно этого и желает каждая мазохистка и каждая саба.

«Считай, что это твоя епитимья» - усмехнулся Колокольцев. «Очень скоро ты спасёшь больше, чем отправил в мир иной…». И лукаво осведомился:

«Сколько ходок тебе потребуется, если по семьдесят в каждой?»

«Без комментариев» - бесстрастно ответил киллер. Колокольцев достал из внутреннего кармана пальто и протянул Борису толстый конверт: «Это задаток».

Забрав конверт, тот убрал его во внутренний карман шинели гауптштурмфюрера и вздохнул: «А я-то надеялся, что премию мне Гейдрих выпишет. Было бы что потом внукам рассказать – как начальник Главного управления имперской безопасности Третьего рейха выписал премию ликвидатору НКВД за спасение семидесяти евреев из газвагена лагеря смерти…»

«Не вопрос» - улыбнулся Колокольцев. «После того, как ты официально зачислен в состав отдела IV-H, я просто включу тебя в список подлежащих премированию после… да какой угодно операции. Хоть отдела, хоть моей зондеркоманды…»

Затем рассмеялся: «Но Химик платит лучше. Намного лучше…»

«Это я уже понял» - усмехнулся Борис. А Колокольцев вздохнул:

«Теперь о следующих шагах. До послезавтрашнего утра свободен… правда, не уверен, что в этом городе ты найдёшь нормальный донжон…»

«Нормальный донжон есть в любом приличном городе» - спокойно ответил киллер. «Нужно просто знать, где искать и у кого спрашивать… главное, чтобы было чем платить за информацию»

Колокольцев рассмеялся: «С этим у тебя полный порядок… спасибо Химику»

«Ты с него берёшь задаток?» - улыбнулся Борис. Колокольцев покачал головой:

«У меня кредитная линия в банке Валленбергов под поручительство Химика. Я беру транш, трачу деньги, выставляю счёт Химику – он гасит кредит…»

«Не без прибыли для себя и рейхсфюрера?» - усмехнулся ликвидатор.

«Для тебя новость, что СС делает деньги на торговле евреями?» - удивился Колокольцев. Борис покачал головой:

«Да нет, конечно. Я никогда не сомневался в том, что Гиммлер законченный прагматик… и циник»

Колокольцев пожал плечами: «Это Гейдрих за идею работает… в смысле евреев уничтожает. А Гиммлеру всё это навязали сверху… в некотором смысле…»

«… и он старается выжать из этого безумия максимум профита для себя и СС?» - улыбнулся Борис. Колокольцев покачал головой: «Не для себя – рейхсфюрер предпочитает спартанский лайфстайл. Для СС… хотя больше для Германии…»

«Нефть-в-обмен-на-евреев?» - усмехнулся ликвидатор. Колокольцев кивнул:

«И нефть тоже. Но далеко не только нефть…»

Продиктовал номер и продолжил: «Послезавтра утром позавтракаешь и позвонишь Войцеху. Если у него всё нормально, спросишь, куда доставить транспорт и где будет рандеву. Перезвонишь Шульцу, скажешь, куда отправить автобусы и всё остальное. Встретишься…»

Борис кивнул: «Дальше я понял». И тут же спросил: «А автобусы ты где возьмёшь? У обер-бургомистра?»

«Конечно» - усмехнулся Колокольцев. «Он же лейтенант СС, так что для него мандат Гиммлера – закон…»

Кивнул ликвидатору, затем поднялся в свой… по сути, гостиничный номер, переоделся в форму СС – и вернулся в Хорьх, на заднее сиденье. Удовлетворённо вздохнул: «Теперь можно и в ратушу… то есть, в мэрию… в офис обер-бургомистра, в общем…»