Завоевание Испании арабами и её значимость

 
 
I. Завоевание Магриба и аль-Андалуса



          Арабское завоевание Северной Африки в VII-VIII веках стало значимым событием не только для самого региона, но и для всего североафриканского пространства. Оно оказало глубокое влияние на культуру, религию и политическую систему местного населения. И этот процесс завоевания и распространения ислама в Северной Африке начинается со времен правлением праведного халифа Умара ибн аль-Хаттаба. В те годы город Барка и Триполи считались провинцией Византийской империи, которые были завоеваны правителем Египта Амром ибн аль-Асом. Умар не позволил мусульманам продвинуться дальше этой точки, считая эти земли источником разделения и рассеяния для мусульман, поскольку они были им неизвестны и незнакомы, а вхождение на них было бы авантюрой с потенциально ужасными последствиями. Во время правления халифа Усмана ибн Аффана мусульмане продвинулись за Барку и завоевали всю римскую провинцию Ифрикия  (Проконсульская Африка и Нумидия, куда входят Тунис, восточная часть Алжира и Ливия). Завоевания на североафриканском фронте прекратились после убийства Усмана, поскольку мусульмане были заняты подавлением восстаний, возникших после этого и на протяжении всего правления халифа Али ибн Аби Талиба. Военные кампании против оставшихся византийских опорных пунктов в Северной Африке возобновились с установлением Омейядского халифата. Первоначально они носили осторожный характер, но с началом эпохи Марванидов (684-750) и после относительной стабилизации в стране, халиф Абд аль-Малик ибн Марван нашел достаточно времени для проведения военных операций в Магрибе (Северной Африке). Мусульмане продолжали наступление на запад на протяжении всего его правления и во времена его преемника, аль-Валида ибн Абд аль-Малика, пока весь Магриб не пал под натиском мусульман. Последние византийские гарнизоны отступили, и все берберские племена подчинились и перешли под знамя Омейядов.

          Завоевания в Северной Африке также повлияли на демографическую ситуацию на Аравийском полуострове, поскольку некоторые деревни и города в Хиджазе и Йемене опустели после того, как почти вес мужской пол мигрировал для участия в джихаде и поселились на вновь завоеванных землях, к которым позже присоединились их семьи. Среди наиболее известных из них были Бану Хилал из Кайсов. Со временем, в результате смешения культур, многие берберы, особенно те, кто жил в городах, арабизировались, в то время как другие берберы, особенно жившие в сельской местности, сохранили свою самобытную национальную идентичность.

         Политическая ситуация в Марокко накануне исламских завоеваний была неспокойной из-за беспорядков и войн, вспыхнувших на марокканской земле между германскими племенами, мигрировавшими с европейского континента, и византийцами, а также между византийцами и местным населением. В особенности серьезная обстановка сложилось в таких городах как, Танжер и Сеута. Эта города, благодаря своему расположению на стыке Средиземного моря и Атлантического океана, имели стратегическое значение для контроля над Гибралтарским проливом.

          После успешных военных кампаний под командованием  Муса ибн Нусайр и  Тарика ибн Зияда, Омеядское войско получил контроль над всем Магрибом Аль-Акса (Марокко). Влияние ислама Омейядов распространилось на эти регионы, которые затем стали частью исламского мира. Муса ибн Нусайр продолжал сражаться и завоевывать города, пока не достиг Аль-Хосеймы (центра берберских племен). В течение нескольких лет правления Мусы ибн Нусайра в Магрибе (Марокко) весь регион подчинился ему, за исключением Сеуты, благодаря ее сильной обороне. Городом управлял назначенный Византийской империей губернатор, известный как граф Юлиан, которого арабские историки называют Юлианом Христианином.

         Дабы отгородится от нападений Мусы ибн Нусайра граф Юлиан первым делом обратился за помощью к королю Испании,  так как вестготское правительство снабжало его провизией и припасами по морю. Муса обнаружил, что город хорошо подкреплен и оснащен всем необходимым и победа над ним требовал дополнительных  усилий. Поэтому войско Мусы вернулась в Танжер, и чтобы усилить осаду города, они начали совершать набеги на окрестности Сеуты. Но, и это оказалось безрезультатно, поскольку корабли вестготов продолжали доставлять провизию и припасы в Сеуту. После этих событий Муса отчаялся и назначил Тарика ибн Зияда губернатором Танжера, чтобы тот взялся за завоеванием города. Муса оставил в распоряжении Тарика девятнадцать тысяч берберов с полным комплектом оружия и снаряжения, а также небольшую группу хафизов (учащий наизусть), чтобы обучить их Корану и основам ислама и вернулся в Кайруан (Тунис) . В это время случилось событие изменивший всю ситуацию в этом регионе. Это событие связано с дочерью графа Юлиана по имени Флоринда ла Кава.

          У вестготской знати существовал обычай отправлять своих сыновей и дочерей в королевский дворец в Толедо (Испания), чтобы они служили королям и учились королевским манерам. Они оставались там некоторое время, пока не достигали брачного возраста. Когда было решено, что некоторые из них должны вступить в брак, король устраивал их свадьбы. Мужчин иногда отправляли на политические и военные миссии, в то время как девушки оставались во дворце. Граф Юлиан, как было принято, отправил свою дочь, Флоринду ла Кава, во дворец в Толедо, чтобы она воспитывалась при королевском дворе как принцесса. Король вестготов Испании Родерих был очарован ею, и когда она отказалась выйти за него замуж, он изнасиловал её. Поддавленная этим событием она сообщила об этом своему отцу. Прочитав письмо, Юлиан пришёл в ярость. Он отправился в Толедо, привёз дочь и сказал: “Я не вижу для Родериха никакого наказания или награды, кроме как натравить на него арабов”. Он поклялся: “Клянусь религией Христовой, я свергну его царство и похороню его заживо”. После этих событий, Юлиан обратился за помощью к Мусе ибн Нусайр и добился вступления его войска в Андалусию, чтобы свергнуть правление Родериха.

          Родерих пришёл к власти после смерти короля Витисы в 710 году в результате острого политического конфликта. Перед смертью он хотел передать престол своему сыну Ахил (Агиле II), и часть знати его поддерживала. Родерих, бывший герцог Бетики, опирался на другую группировку вестготской аристократии, которая не желала видеть на троне наследника Витисы. В итоге знать провозгласила королём Родериха, фактически отстранив Ахилу от власти. Между войсками Родериха и сторонниками сыновей Витисы произошло военное столкновение — армия Родериха одержала верх, тем самым укрепила свои позиции. Следует отметить, что эта внутренняя рознь серьёзно ослабила Вестготское королевство.

          Таким образом, граф Юлиан встретившись с Тариком ибн Зиядом в Танжере подчеркнул всю красоту, достоинства и богатые ресурсы Андалусии, также указав все слабости вестготов предложил ему реальный план завоевания. А во время подготовки военной экспедиции, Юлиан выступил посредником между мусульманами и оппозиционными силами во главе которых стояли потомки короля Витисы. Другие источники предполагают, что Юлиан, обращаясь за помощью к мусульманам, не предвидел их будущего поселения в Андалусии. По-видимому, он просто планировал, этим обращением за помощью, свергнуть Родериха и вернуть к власти других сыновей Витисы. Эта история предполагает, что Юлиан руководствовался личными мотивами, когда решил заручиться помощью мусульман.
 
          Получив добро от омеядского халифа, Муса ибн Нусайр для начала подготовил небольшой экспедиционный отряд для переправы через море в Испанию. Эта экспедиция состояла из пятисот солдат под командованием берберского военачальника Тарифа ибн Малика. Их миссия заключалась в обследовании испанских земель. Для этой цели Юлиан предоставил им четыре корабля. Они переправились через море и высадились в районе, который был назван островом Тарифа в честь командира экспедиции. Это произошло в начале апреле 710 года. Экспедиция исследовала Альхесирас, захватив много добычи и изучив условия жизни в Испании. Затем они вернулись в Марокко, и их командир представил Мусе ибн Нусайру результаты своей экспедиции. Вся эта информация подкрепило доверие к Юлиану, и Муса больше загорелся желанием завоевать Испанию. Он призвал к себе Тарика ибн Зияда и назначил его командиром семи тысяч берберов и трехсот арабов. Экспедиция отплыла из Танжера на четырех кораблях предоставленным Юлтаном в середине апреля 711 года. Эти корабли доставили солдат Тарика к горе Кальпе, позже известной как Гибралтар.

        Согласно преданию (зафиксированного Мухаммадом аль-Идриси в XII веке), после того как войско Тарика ибн Зияда переправилось через Гибралтарский пролив и высадились на южном берегу недалеко от Картахены, после чего полководец отдал приказ сжечь корабли, на которых армия приплыла. Этим самым Тарик хотел психологически сломать барьер для отступления. Он произнёс своим воинами следующее: “Позади — море, впереди — враг. У вас нет другого выбора, кроме победы”. Смысл был в том, чтобы показать, что пути назад нет, и теперь солдаты должны сражаться до конца. Отсюда и пошло устойчивое выражение «сжечь корабли» — то есть уничтожить возможности отступить, пойти на попятную.

          Известие о наступлении мусульманских войск на южное побережье Андалусии и их вхождения в крупный портовый город Альхесирас поразило Родериха как гром среди ясного неба. Он был встревожен и собрав огромное войско двинулся на Кордову, численность которой, по арабским оценкам, составляла около ста тысяч человек. Тарик написал Мусе с просьбой о подкреплении, сообщив, что он вошел в Альхесирас, обеспечил проход в Андалусию и захватил часть ее территорий вплоть до лагуны. Он также сообщил, что Родерих наступил на него с подавляющим превосходством в силах. Муса собрал подкрепление в пять тысяч мусульман, потом увеличив его численность до двенадцати тысяч и отправил Тарику.

          Первоначально целью высадки было укрепление контроля над стратегически важными территориями на побережье. Войска Тарика начали захватывать юго-восточные  прибрежные территории, вступая в стычки с местными лордами. Вскоре он понял, что местное население ослаблено внутренними раздорами и не желают сражаться на стороне вестготов, поэтому арабы не встречали серьёзного сопротивления. После захвата крупного порта Альхесирас, Тарик укрепился в этом районе. Он попросил у Мусы подкрепление, и тот предоставил ему ещё 5000 воинов и отряд под командованием Юлиана, графа Сеуты. С этими силами Тарик продолжил свои завоевания вглубь Иберийского полуострова. Захват Альхесираса стал важным этапом в его кампании. Этот порт обеспечивал контроль над важным морским путём и позволял контролировать передвижения по всему побережью. Тарик использовал Альхесирас как базу для дальнейших завоеваний, стремясь закрепить контроль над южным побережьем Испании. После этих побед Тарик продолжил своё продвижение вглубь полуострова, стремясь захватить столицу Толедо и укрепить свою власть на захваченных землях.

          19 июля 711 года у реки Гуадалете близ города Херес-де-ла-Фронтера встретились войско вестготов  с арабо-берберским соединением. Армии Родериха продвинулись и расположились лагерем к западу от Тарифы, недалеко от озера Джанда, вдоль реки Гуадалете, впадающей в море. Эту местность мусульмане называли Вади-Лакка. Тем временем Тарик начал готовиться к решающей битве. Он выбрал подходящую позицию в Вади-Лакка, фланги которой были защищены естественными укреплениями, и организовал свои силы.  Вооружившись военной стратегией Халида ибн Валида,  Тарик ибн Зияд сделал  ставку на мобильность, манёвр и психологическое давление.

          К этому времени, военные соединения состоящая из отрядов графа Юлиана и несколько высокопоставленных вестготских чиновников из врагов Родериха, присоединились к армии Тарика ибн Зияда. Две армии встретились у реки Гвадалете. Битва длилась восемь дней. Вестготы первоначально оказали ожесточенное сопротивление, но отступление двух из трех армии обратил100 тысячное войско Родериха в бегство.

          Битва началась с атаки мусульманской конницы, которая была более мобильной и лучше организованной, чем вестготская. Вестготская армия, построенная в традиционном для германских племён порядке, не смогла выдержать натиска. Основу мусульманской армии составляла мобильная лёгкая конница, которая наносила первые удары. Её тактика заключалась в стремительных атаках, обстреле противника из луков и быстром отходе, не давая вестготам возможности нанести контрудар. Прорыв строя и развитие успеха пехотой. После того как конница вносила сумятицу, в образовавшиеся разрывы в строю вестготов врывалась тяжёлая пехота. Это позволяло закреплять тактические успехи и развивать наступление. Ключевым фактором стал переход на сторону арабов части вестготской знати, которая, по данным арабских источников, заранее договорилась с Тариком о поддержке в обмен на сохранение владений. Фланги вестготской армии были ослаблены предательством, и Родерих оказался в окружении. Сам король Родерих, по преданию, погиб в ходе сражения, хотя его тело так и не было найдено. Битва закончилась полным разгромом вестготов.

          После победы при Гвадалете Тарик ибн Зияд не стал закрепляться на юге, а двинулся вглубь полуострова. Вестготское государство, лишённое короля и дезорганизованное внутренними распрями, быстро распалось. Уже к 712 году арабы заняли Кордову, Толедо (столицу королевства) и другие крупные города. Сопротивление оказывали лишь отдельные очаги, в основном в горных районах на севере.

          Опасаясь растущего влияния своего талантливого военачальника, Муса ибн Нусайр в июне 712 года лично возглавил крупное арабское войско (около 18 тысяч человек) и переправился в Испанию. Его войска осадили Севилью, которая длилась три месяца. Севилья пал после того, как Муса ибн Нусайр получил помощь изнутри, поскольку евреи в городе сыграли свою согласованную роль в интересах мусульман, и его епископ Опас также сыграл в этом свою роль, а его гарнизон бежал в соседний город Беджа и присоединился там к готским войскам. Завоевание Севильи обеспечило ей статус военного центра, Затем Муса двинулся на северо-запад, в Лузитанию, и после её захвата осадил столицу Мериду. После пятимесячной осады жители города отправили делегацию к Мусе ибн Нусайру для переговоров о капитуляции. 30 июня 713 года жители открыли городские ворота мусульманам, которые вошли и подняли знамя мира. Был заключен договор, на основании которого мусульмане гарантировали безопасность всех жителей, независимо от того, останутся ли они в Мериде или уедут в другое место. Им была гарантирована свобода вероисповедания и без каких-либо принуждения к принятию ислама. Мусульмане обязались защищать церкви христиан от разрушения, а также передаче жителям все имущество и деньги погибших в войне, а также имущество вестготов, бежавших в Галисию, и деньги, и драгоценности, находившиеся в церквях. Далее Муса направился в Толедо, где соединился с войсками Тарика. Вместе они продолжили наступление на север. На северо-востоке сопротивление оказывал провозглашённый вестготами король Ахил II. Муса двинулся в эту сторону и без боя овладел Сарагосой. Далее арабское войско продвинулось в земли басков и галисийцев, покорило Наварру. В 714 году Муса ибн Нусайр двинулся вверх по реке Эбро, чтобы овладеть западными баскскими районами и Кантабрийскими горами вплоть до Галисии. Всем замки были завоеваны без какого-либо сопротивления. В том же году были захвачены Сория (в западных баскских областях), Паленсия, Хихон и Леон. На этих территориях был назначен берберский губернатор.  губернатор.

          В период наместничества сына Мусы, Абд аль-Азиза ибн Мусы (714–716), сдались главные городские центры Каталонии. В последующие годы, а именно к 719 году арабы дошли до Тулузы, а к 720 году — до дельты реки Рона.1

          Таким образом после завоевания этих городов два полководца возобновили свою экспансию, двигаясь на северо-восток и проникая в провинцию Арагон. Они вошли в Сарагосу, Таррагону, Барселону, крепость Лодон на реке Роне и другие города. Затем они разошлись: Тарик двинулся на запад, а Муса — на север. Пока они расширяли свои владения и продвигались вперед, пришло сообщение от омейядского халифа аль-Валида ибн Абд аль-Малика с приказом вернуться в Дамаск. Экспансия остановилась на их нынешней позиции, и они вернулись в Дамаск, оставив мусульман в Аль-Андалусе под руководством Абд аль-Азиза сына Мусы ибн Нусайра, который также участвовал в завоевании, аннексировав прибрежный регион между Малагой и Валенсией и подавив восстания в Севилье и Бехе.

          После падения вестготского владычества вожди провинций перегруппировались в Галисии на северо-западе, и мусульмане позволили остаться тем, кто им помогал. Юлиан был восстановлен в качестве правителя Сеуты, и имуществу потомков Витисы было возвращено. В некоторых районах некоторым дворянам и землевладельцам было разрешено сохранить свои земли. Однако земли, покинутые их владельцами из-за бегства или гибели в бою, были конфискованы мусульманами и распределены между ними. Это, в свою очередь, имело значительные социальные последствия, поскольку конфискация имущества многих дворян, помимо имущества Церкви, привела к заметному увеличению числа мелких фермеров.

         Мусульмане предоставили жителям земли религиозную свободу, назначая судей и местных правителей из своего числа для разрешения споров и сбора налогов. Они хорошо относились к жителям, которые подвергались преследованиям при вестготах, позволяя фермерам продолжать свою сельскохозяйственную деятельность за свой счет при условии уплаты земельного налога. Многие крепостные и рабы быстро приняли ислам, как и большое количество людей из низших слоев общества. Мусульмане разрешили евреям заняться торговлей, гарантируя им безопасность, имущество и семьи. Они предоставили им свободу владения собственностью, и многие евреи специализировались в науке, литературе, медицине и философии, занимая важные политические и административные должности. Они были одними из групп, которые больше всего выиграли от завоевания. Мусульмане предоставили христианам Андалусии религиозную организацию под руководством своего духовенства: у них было три епархии в Толедо, Севилье и Мериде, а также восемнадцать епископств. Что касается монастырей, их было очень много, только вокруг Кордовы насчитывалось более пятнадцати монастырей.

          Мусульмане строили мечети везде, где селились. Однако иногда они превращали церкви в мечети в местах, где все жители, как готы, так и франки, приняли ислам, или делили церкви между теми, кто принял ислам, и теми, кто решил остаться христианами. Мусульмане также сносили ряд церквей, которые использовались в качестве опорных пунктов для ведения войны, а иногда разрешали строительство новых церквей. Со временем ислам стал самой распространенной религией в Андалусии благодаря обращению готов и других народов в ислам. Жители Андалусии во время завоевания и правители следовали мусульманской школе саляфов (праведных предков) и хадисов, то есть подражали сподвижникам, не будучи связанными какой-либо конкретной школой права, поскольку школы права еще не были созданы. В Андалусии царили благочестие и религиозность, а дух джихада глубоко укоренился в жителях, особенно среди вестготов, принявших ислам. Однако существовали группы вестготов, которые обращались в ислам только ради личной выгоды, и некоторые из них, проживавшие в Галисии, отступили от веры, когда подверглись вторжению христианских королевств с севера. Мусульмане предоставляли христианам в Андалусии значительную политическую свободу, позволяя им самостоятельно разрешать свои споры и определенную степень местной автономии. Несомненно, религиозная жизнь христиан, сохранение епархий и епископств в ключевых центрах Андалусии, а также использование ими языка, неизвестного мусульманам, способствовали созданию такого правительства. У христиан была своя судебная система, управляемая вестготским правом. Их судья назывался «Судьей христиан» или «Судьей неарабов», а их правитель — «Куммус». Аналогично, у евреев была судебная и административная система, подобная христианской.2
 
          В 713 году Абд аль-Азиз ибн Муса разгромил вестготского графа Теодемира (или Тодмира), который захватил юго-восточную Иберию из своей базы в Мурсии после определенного безвластия, возникшего после поражения короля Родерика. Затем Теодемир подписал условную капитуляцию, в результате которой его территории стали независимым вассальным государством под властью Омейядов. Договор Теодемира 713 года представляет собой форму косвенного правления, установленную Абд аль-Азизом ибн Мусой, омейядским губернатором Ифрикии, над вестготским правителем по имени Теодемир (Тадмур, на арабском языке). Договор предусматривал, что местный правитель, Теодомир, останется у власти до тех пор, пока будет признавать исламский суверенитет, воплощенный в Абд аль-Азизе, и платить дань. Кроме того, Абд аль-Азиз согласился, что его войска не будут грабить или «притеснять» город Теодомир или его жителей, и это соглашение распространялось также на семь других городов. Этот договор — яркий пример того, как в ходе завоевания Пиренейского полуострова мусульмане нередко предпочитали не разрушать всё до основания, а заключать локальные соглашения. Такой подход позволял обеспечить лояльность на местах, избежать затяжных и дорогостоящих конфликтов и постепенно интегрировать территории в состав Халифата. Договор с Теодемиром задал прецедент: похожие соглашения заключались и в других регионах. При этом важно помнить: хотя договор обеспечил Теодемиру определённую стабильность на какое-то время, со временем ситуация менялась. В конечном счёте иммиграция мусульман и постепенный переход местного населения в ислам привели к тому, что значение этого соглашения со временем сошло на нет. Сам Теодемир, кстати, правил долго и умер в 744 году.3
 
          Таким образом Муса ибн Нусайр перед тем, как покинуть Андалусию, предварительно создав там военные гарнизоны и закончив некоторые административные приготовления, отправляется в Сирию.  Затем он отправился в Кордову и Севилью, которые сделал столицей новообразованной провинции Андалусия. На время своего отсутствия он назначил своего сына Абд аль-Азиза губернатором провинции и приказал ему продолжить джихад для укрепления завоевания. В сентябре 714 года Муса ибн Нусайр и Тарик ибн Зияд двинулись на восток с большой свитой, многочисленными пленниками и богатой добычей. В декабре они прибыли в Тверии (Палестина), где его встретил гонец от наследного принца Сулеймана ибн Абд аль-Малика, попросивший его отложить поход до его прибытия и восшествия Сулеймана на престол. Поскольку халиф аль-Валид был неизлечимо болен и его смерть была неминуема, если бы предводители завоевания вошли в Дамаск, когда Сулейман был халифом, добыча и слава завоевания достались бы ему. Однако Муса ибн Нусайр отказался от этого и продолжил свой путь, пока не вошел в Дамаск и не встретился с аль-Валидом во время его болезни. Он представил ему подробный отчет о его достижениях, а также пятую часть наследства и добычу, и оставался с ним до смерти аль-Валида в Джумада до февраля 715 года. Как только его брат Сулейман унаследовал престол, он решил привлечь Мусу ибн Нусайра к ответственности за то, что он счел оскорблением, когда его просьба в Тверии была отклонена. Он обвинил его в растрате средств, приказал вернуть их, лишил титулов, поместил под домашний арест и был склонен избавиться от него, если бы не вмешательство Умара ибн Абд аль-Азиза и его заступничество за Мусу ибн Нусайра и других лидеров. Несколько человек из окружения халифа поступили так же, напоминая ему о жертвах, которые эти люди принесли ради ислама и мусульман. Таким образом, халиф отменил своё решение, помиловал Мусу ибн Нусайра, включил его в число своих советников и взял с собой в хадж совершенного в 716 году. Он умер в Медине, или, как говорят, в Вади аль-Кура. Что касается Тарика ибн Зияда, то после его прибытия в Сирию о нём ничего не известно, и сведения историков о его судьбе противоречивы.
 
Если Муса ибн Нусайра умер своей смертью, то его сын был пал от убийцы посланным халифом Сулейманом ибн Абд аль-Маликом. Следует отметить, что при правлении Абд аль Азиза влияние и власть мусульман была распространена на запад, вплоть до территории современной Португалии, а также достигла земель у подножия Пиренеев на севере. Находясь у власти, Абд аль-Азиз женился на красавице Эгилоне — вдове Родериха, последнего короля вестготов. После свадьбы она приняла имя Умм Асим. Брак Абд аль-Азиза с местной женщиной-вестготкой отражал распространенную в то время брачный союз, поскольку в Аль-Андалусе было мало арабских или берберских женщин. Эти женщины не сопровождали армию во время завоевательного похода. По мнению историков Эгилона оказывала слишком сильное влияние на Абд аль-Азиза. Она побуждала его вести себя как подобает христианскому королю. По ее настоянию Абд аль-Азиз приказал уменьшить высоту дверных проемов в своих покоях, что заставляло людей склоняться при входе, выказывая ему тем самым глубокое почтение. Такого рода влияние Эгилоны породили слухи о том, что Абд аль-Азиз принял христианство. Эти слухи дошли даже до халифа из династии Омейядов — Сулеймана, находившегося в Дамаске. Халифа встревожили эти слухи, и он приказал убить Абд аль-Азиза. Вероятно, слухи были распущены группой соперников. Эту группу возглавлял Хабиб ибн Аби Убайда аль-Фихри, под руководством которого было совершено убийство Абд аль-Азиза. До появления этих слухов Абд аль-Азиз был известен как ревностный мусульманин. В марте 716 года заговорщики напали на Абд аль-Азиза во время молитвы в мечети (которая раньше была церковью Санта-Руфина). После убийства голову убитого доставили в Дамаск.4
 
II. Построение Кордовского халифата

          В 750 году в Арарбском халифате завершилась третья гражданская война, которая привела к крушению правящей династии Омейядов. Во главе мятежников стояли Аббасиды, сильная династия, у которой были претензии на власть. В том сражении погибли почти все представители царского семейства Омейядов. В 756 году Абд аль-Рахман I, оставшийся в живых представитель свергнутой династии Омейядов, высадился в аль-Андалусе и захватил власть в Кордове и Севилье. Он провозгласил себя эмиром или маликом (правителем) и исключил любое упоминание аббасидских халифов из пятничной молитвы. После этих событий южная Иберия получила юридическую и практическую независимость от Аббасидского халифата. Хотя это не было признано за пределами Аль-Андалуса и тех североафриканских территорий, которые находились под его контролем, Абд аль-Рахман, и особенно его преемники, считали себя законным продолжением Омейядского халифата, то есть их правление было более легитимным, чем правление Аббасидов. С первых дней объединения Аль-Андалуса под руководством Абд аль-Рахмана до его смерти в 788 году Аль-Андалус прошел медленный, но устойчивый процесс централизации и гомогенизации. Независимый статус многих городов и регионов, согласованный в первые годы завоевания, был отменен к 778 году, а в некоторых случаях гораздо раньше (например, Памплона к 742 году). Жители Аль-Андалуса, особенно местная знать, стремившаяся к доле власти, начали принимать ислам и перенимать арабский язык. Однако большинство населения оставалось мосарабскими христианами, и латынь (мосарабский язык) оставалась доминирующим языком до XI века. Историк Джессика Кобб из Университета Небраски-Линкольна утверждает, что досовременные исламские завоевания отличались от христианизации тем, что они «были навязаны всем в рамках согласованной капитуляции и, следовательно, не содержали элемента личной убежденности, необходимого для современных представлений о религиозной вере». Однако завоевание Дар аль-Харба (земли войны) было мотивировано не целью обращения населения в ислам, а убеждением, что всем будет лучше под исламским правлением. Абд аль-Рахман I основал независимую династию, которая просуществовала до XI века.
 
          До провозглашения Кордовского халифата Андалусия страдала от внутренних конфликтов и широкомасштабных восстаний, которые едва не свергли правление Омейядов. Когда Абд аль-Рахман III пришел к власти в 911 году, он приступил к амбициозному плану объединения страны и укрепления основ государства. Провозглашение халифата было не просто символическим жестом, а политической необходимостью для противодействия экспансии Фатимидов в Северной Африке (Магрибе) и претензиям Аббасидов на Востоке. По этой причине Абд аль Рахман III (891–961) считается одним из выдающихся правителей Андалусии. Он превратил ослабленный Кордовский эмират в могущественный и процветающий Кордовский халифат. Его заслуги охватывают политику, военное дело, экономику и культуру. Когда он пришел к власти значительная часть территорий Аль Андалуса не подчинялась центру. Местные правители и мятежники действовали самостоятельно. Абд аль Рахман методично подавил сепаратизм, тем самым заложил основание халифата. В 929 году Абд аль Рахман принял титул халифа, тем самым заявив о полной политической и религиозной независимости от багдадских Аббасидов и противопоставив себя конкурирующей династии Фатимидов в Северной Африке. Это укрепило престиж и легитимность его власти внутри и за пределами Аль Андалуса. Абд аль Рахман провёл многочисленные походы против Леона, Наварры и Кастилии, добиваясь как территориальных приобретений, так и признания своего верховенства. Например, в 920 х годах он взял Памплону. Его политика сочетала силу и дипломатию: ряд правителей были вынуждены платить дань и заключать выгодные для халифата соглашения. Чтобы нейтрализовать угрозу со стороны Фатимидов, Абд аль Рахман укрепил влияние халифата в Магрибе. Халифат Кордовы и его господство над Магрибом: Магриб (Северная Африка) представлял собой стратегическую глубину халифата Кордовы. Омейяды вели ожесточенную борьбу с Фатимидами за контроль над Магрибом аль-Акса (дальний запад) и Магрибом аль-Авсат (центральный Магриб). Кордова приняла стратегию союзов с племенами Магриба, особенно с зенатами, чтобы противостоять экспансии шиитов Фатимидов. Благодаря этой политике такие города, как Фес, Сеута и Танжер, попали под влияние Омейядов, и проповедники стали произносить имя омейядского халифа с кафедр Марокко, тем самым воплощая редкое географическое и политическое единство между двумя сторонами Гибралтарского пролива.

            При Абд аль Рахмане активно совершенствовались системы орошения, распространялись новые культуры (цитрусовые, рис, сахарный тростник и др.), что повышало продуктивность земель и доходы казны. В стране процветали текстильное производство, металлургия, изготовление керамики и стекла. Кордовский халифат стал важным торговым узлом Средиземноморья, поддерживая связи с Византией, Северной Африкой и другими регионами. Была налажена эффективная система сбора налогов и контроля за расходами, что позволило финансировать масштабные проекты и содержать сильную армию. Доходы государства достигали огромных по тем временам сумм (до 6,2 млн динаров в год).

          Город Кордова значительно расширился, благоустроился и стал одним из крупнейших и самых благоустроенных городов Европы. Здесь были сооружены водопровод, канализация, уличное освещение, многочисленные бани, рынки и дворцы. Блестящим архитектурным наследием считается строительный комплекс Мединат аль Захра. Этот роскошный дворцовый комплекс, начатый по приказу Абд аль Рахмана, стал шедевром архитектуры и символом богатства халифата. В нём сочетались передовые инженерные решения, изысканное убранство и продуманная планировка. Также по всей стране строились и реконструировались оборонительные сооружения, что повышало безопасность государства и облегчало контроль над территориями. Особое внимание уделялось науке и искусству. При дворе Абд аль Рахмана собирались учёные, поэты, врачи и философы. Развивались филология, история, география, медицина.

          Несмотря на исламский характер государства, в нём сохранялась значительная доля христианского и еврейского населения, представители которого активно участвовали в экономической и культурной жизни. Это способствовало обмену знаниями и расцвету уникальной андалусской культуры.
 
          Заслуги Абд аль Рахмана III заключаются в том, что он не только спас государство от распада, но и превратил его в одну из самых сильных, богатых и культурно развитых держав своего времени. Если скажете, какая сторона его деятельности вам интереснее (например, архитектура, войны или экономика), могу рассказать подробнее и привести конкретные примеры.

          Правление второго халифа Омейядов в Андалусии, Аль-Хакама II (Аль-Мустансира Биллаха), характеризовалось расцветом науки и архитектуры, а также большой политической стабильностью. Он вступил в должность в возрасте более 46 лет. Он унаследовал стабильное и богатое государство, которое он еще больше укрепил. Он вёл войны с Фатимидами, где главным образом исповедовалась шиизм. В особенности конфликт разворачивался в Северном Марокко — регионе, где интересы двух держав сталкивались.
 
          Ключевое событие произошло в 974 году в Северном Морокке, войска аль-Хакама II нанесли Фатимидам поражение. После этого столкновения влияние Кордовского халифата в Магрибе укрепилось. Параллельно аль-Хакам II боролся и с другой силой в регионе — династией Зиридов. Так что ситуация в Северном Марокко при нём представляла собой сложный узел противоречий. Он также сражался против европейских королей и князей, жаждавших завладеть его владениями, полностью покорив их в 966 году. В 971 году он отразил нападение викингов на Севилью и сжёг их флот.

          В целом при аль-Хакаме II халифат стремился балансировать: помимо военных кампаний, он активно использовал дипломатию (например, заключал брачные союзы), чтобы поддерживать мир с христианскими королевствами Северной Испании и сосредоточить ресурсы на внутреннем развитии. Он значительно улучшил Великую мечеть Кордовы и завершил строительство царского дворца Аль-Захра близ Кордовы. На самом деле, невозможно говорить о Кордовском халифате, не упоминая Мадинат аль-Захру. Этот город был построен на окраине Кордовы, чтобы служить резиденцией халифата и символом его величия. Для его строительства использовался мрамор, импортированный из Северной Африки и Рима, а сам город был украшен золотом и драгоценными камнями. Мадинат аль-Захра была дипломатическим центром, где халифы принимали делегации из Византии и европейских королевств, которые были впечатлены точностью его архитектуры и красотой зданий.

          Во время его правления процветали сельское хозяйство, животноводство и промышленность. Правление аль-Хакама II, представляет собой зенит Кордовского халифата. В этот период Кордова превратилась в «жемчужину мира», располагая сотнями мечетей, рынков и общественных бань. Город славился своей системой ночного уличного освещения и великолепной библиотекой.
 
          В Кордовском университете хранились сотни тысяч книг, охватывающих все области знаний. Аль-Хакаме II был известен как «ученый халиф», и в его эпоху наблюдался огромный интерес к коллекционированию книг и созданию обширных библиотек в Кордове.

          Он успешно управлял государственными делами, защищал границы и обеспечивал безопасность и стабильность по всей Андалусии. Архитектурный расцвет: Он завершил расширение Великой мечети Кордовы и добавил великолепные архитектурные и художественные элементы, которые сохранились до наших дней. Он был известен своей справедливостью, заботой о своих подданных, благочестием и мудрой политикой.

          Кордовский халифат остается уникальным образцом государства, которому удалось сбалансировать военную мощь с интеллектуальным процветанием. Он служил настоящим мостом, через который сокровища знаний текли из исламского Востока и Северной Африки в Европу, и его наследие в Андалусии и Северной Африке до сих пор свидетельствует о величии той эпохи.

          В 975 году он перенёс инсульт и назначил своим преемником сына, Хишама Младшего. Следует отметить, что, признаки слабости Кордовского халифата начали проявляться после смерти аль-Хакама аль-Мустансира и восшествия на престол его сына, Хишама аль-Муайяда, который был еще ребенком. Аль-Мансур ибн Аби Амир, камергер, воспользовался этой ситуацией, чтобы создать своего рода государство Амиридов в рамках Омейядского халифата. Аль-Мансур провёл ряд реформ, сделав армию профессиональной: заменил славянских наёмников на берберских. Он также предоставил африканским территориям автономию под сюзеренитетом Кордовы, что позволило сократить отток ресурсов. Главной задачей его внешней политики стала борьба с христианскими королевствами севера Пиренейского полуострова. Аль-Мансур предпринял 57 походов, значительно расширив влияние халифата. Он нанёс поражения войскам христианских правителей, в том числе в битве при Пьедрасильяда в 995 году. В 997 году его войска разорили Сантьяго-де-Компостела — важный христианский центр Несмотря на военную мощь, продемонстрированную Аль-Мансуром, маргинализация династии Омейядов впоследствии привела к ожесточенным внутренним конфликтам, известным как «Великая фитна» (или «Фитна Тайфы»). Эта фитна закончилась в 1031 году, официальным упразднением халифата и распадом Андалусии на небольшие государства, известные как «Королевства Тайфы». Это ослабило мусульманский фронт и открыло путь для христианских движений Реконкисты на севере. Его уважали не только военные, но и народ, учёные и аристократия. Аль-Мансур фактически управлял государством от имени номинального халифа. Он погиб в сражении с христианами на севере около    в 1002 году. Таким образом, после смерти аль Мансура и его сына в 1008 году в халифате началась затяжная смута: за несколько десятилетий сменилось множество халифов, многие из которых были лишь номинальными правителями, а реальная власть находилась в руках военных лидеров и региональных элит.
          В 1009 году в Кордове при поддержке городской толпы и военных отрядов так называемых «славянских» гвардейцев — сакалиба произошёл государственный переворот (Сакалибы –  военные рабы и наёмники славянского происхождения, важная сила в армии Кордовского халифата). За преданность к определенной касте сакалибы  часто становились ключевыми игроками в дворцовых переворотах. Руководил этим переворотом правнук Абд ар-Рахмана III  Мухаммад аль Махди. Он сверг Хишама II и был провозглашён халифом. Сразу после воцарения Мухаммада II обострился конфликт между сакалиба (его опорой) и берберскими частями. Берберы не признали нового халифа и поддержали возвращение Хишама II. В результате столкновений город дважды подвергался штурму и разграблению, сначала берберами, а затем — силами сакалиба во главе с Вадихом.6

III. Распад Кордовского халифата

          Правление Мухаммада аль Махди стало ярким симптомом распада Кордовского халифата. За считанные месяцы власть в Кордове несколько раз переходила из рук в руки, а претенденты на трон опирались на внешние силы. После его гибели борьба за власть продолжилась, и уже к 1031 году халифат окончательно распался на множество мелких эмиратов (так называемые «мулук ат таваиф»). Правление Мухаммада II аль Махди
            
          В 1027 году столичная аристократия Кордовы и провинциальные эмиры после продолжительных переговоров согласились провозгласить халифом Хишама III – другого  правнука великого Абд ар Рахмана III. Его кандидатура рассматривалась как компромиссная, способная примирить враждующие группировки. С самого начала власть Хишама была номинальной: он зависел от поддержки влиятельных визирей и военных командиров, а его авторитет в провинциях был крайне низким. Фактическое управление государством была сосредоточена в руках визиря Хакама ибн Саида (ранее бывшего ткачом), что вызывало сильное недовольство знати и духовенства: происхождение визиря считалось недостаточно благородным для такой высокой должности. В период глубокого кризиса Кордовского халифата (так называемая «фитна») шла ожесточённая борьба за власть между разными группировками. Али ибн Хаммуд изначально был назначен эмиром Сеуты халифом Сулейманом ибн аль Хакамом. Воспользовавшись хаосом, он расширил своё влияние: захватил Танжер, затем Альхесирас и Малагу, после чего двинулся на Кордову. В июле 1016 года он взял город, разгромил войска Сулеймана, а самого халифа сначала заключил в тюрьму, а затем казнил. После этого Али ибн Хаммуд был провозглашён халифом под именем ан Насир.

          Надеясь на облегчение своих бед, жители Кордовы с радостью приветствовали прибытие нового халифа, принявшего титул Мутад Биллах, и подтвердили ему свою верность. Однако Хишам, человек с благими намерениями, но нерешительный, ленивый и любящий удовольствия, не был государственным деятелем, способным оправдать возложенные на него надежды; более того, он передал управление аль-Хакиму ибн Саиду аль-Каззазу, мавали (неарабскому мусульманину), которого он назначил камергером. Действия этого человека, включая давление на торговцев под предлогом увеличения доходов казны с помощью собранных им авантюристов, а также его попытка увеличения налогов, а также  захвата доходов мечетей по совету непопулярного юриста Ибн аль-Джайяра, усугублялись отношения с кордовской элитой. Хишам, поглощенный удовольствиями и развлечениями, совершенно не осознавал трудностей, с которыми сталкивались люди и элита. В результате жители Кордовы подняли восстание, стремясь заменить Хишама его совершенно невежественным кузеном Умайей ибн Абд аль-Рахманом. Убив камергера аль-Хакама ибн Саида, они привели Умайю во дворец и посадили его на халифский трон, хотя никто еще не присягнул ему на верность. В то время как часть дворца была разграблена, вмешательство визиря Абу Хазма Джахвара остановило беспорядки. Пока разворачивались эти события, Хишам, всё ещё предававшийся разврату, увидел окружающих его людей и, умоляя сохранить ему жизнь, вместе со своей семьей укрылся в башне дворца. Однако после этого события собравшиеся в мечети знатные люди решили, что халифат утратил свой авторитет и стал инструментом для удовлетворения политических амбиций, а значит, больше не нужен. Они приказали его упразднить, изгнать из города всех членов династии Омейядов и доверить управление совету, который должен был быть создан под руководством визиря Абу Хазма Джахвара. Решение было немедленно исполнено, и все члены династии, включая Омейю ибн Абд аль-Рахмана, которого народ возвёл на трон, были изгнаны из города. Таким образом, Омейядский халифат Андалусии рухнул.

          После 1031 года Аль-Андалус был разделён на несколько независимых государств, называемых тайфами (небольшими королевствами). Среди них были тайфа Кордовы, тайфа Севильи, тайфа Толедо и тайфа Гранады. Такого рода раздробленность ослабила мусульманский мир Аль Андалуса перед лицом растущей христианских королевств севера (Леон, Кастилия, Наварра), сделала тайфы лёгкой мишенью для завоеваний и даннической зависимости и предопределила дальнейший ход Реконкисты — постепенного отвоевания Пиренейского полуострова христианами.7

         Таким образом, крах Кордовского халифата стал результатом накопившихся внутренних проблем и отклонения от центральной власти, что привело к фрагментации и расколу государства.

IV. Аль-Андалус до арабского завоевания
 
          До исламского завоевания иберийское общество было разделено на несколько социальных классов, которые подразделялись на дворянский, духовенство, средний и низший класс. Главным образом к дворянскому классу относилась вестготская элита во главе с королем, состоящая из остатков римских военачальников. Этот класс был немногочислен и представлял собой правящую и привилегированную аристократию. Они владели обширными поместьями и большими землями, а отсутствие интеграции с остальным населением привело к разобщенности между ними. Крупные землевладельцы управляли своими имениями и фермами через агентов и администраторов в своих провинциях. В действительности, представители этого класса были очень богаты, сколотив свои состояния за счет обедневших слоев населения, и некоторым удалось сохранить свое богатство до исламского завоевания.
          Духовенство использовало свое привилегированное религиозное положение и пользовалось значительным влиянием и властью. Они приобрели обширные земли, имения и дворцы, полные рабов, и стали невероятно богатыми. Они забыли о высоких идеалах, которые отстаивали, будучи бедными. Духовенство занимало престижное положение у правителей, что давало им влияние, позволявшее формировать законы и правила таким образом, чтобы обеспечить сохранение своей власти и привилегий. Они также имели возможность вмешиваться в политические и военные дела и формировать интеллектуальную и социальную жизнь в соответствии с указаниями и целями Церкви. Они участвовали в национальных собраниях, которые рассматривали общественные дела, утверждали выборы короля и даже заявляли о своем праве свергнуть его, если он откажется подчиняться их решениям.

          Средний класс состоял из купцов, мелких землевладельцев и свободных земледельцев готского и римского происхождения. Они жили в сельской и городской местности и включали городских рабочих, которые были организованы в гильдии и не имели права покидать свои места или переезжать в другой город. Им также было запрещено вступать в духовенство и судебную систему. Из-за трудных экономических обстоятельств многие сельские жители и свободные земледельцы были вынуждены уступить свои земли знати и согласиться работать и оставаться арендаторами в обмен на их защиту; их называли «защищенным народом». Этот класс был обязан платить десятую часть своего урожая в качестве арендной платы, а также оказывать определенные личные услуги дворянину и платить подушный налог или дань. Они несли бремя содержания государства, что привело к их слабости и банкротству, погрузив их в нищету и лишения.

          Низший класс, главным образом состоял из простых земледельцев и крепостных, привязанных к земле и ограниченных рамками имения. Лорд обладал властью над ними, решая их жизнь или смерть. Все эти люди эксплуатировались ради комфорта высших классов — знати, правящей семьи и высшего духовенства — и были заняты как сельскохозяйственным, так и домашним трудом. Они страдали от лишений и нищеты, будучи лишены всех гражданских прав. Их было больше, чем других классов, но при этом они обладали меньшими правами.

          Христианство распространилось по Пиренейскому полуострову со времен Римской империи. Первоначально готы придерживались арианства, которое постулирует единую природу Христа. Однако среди неготического населения было распространено халкидонское христианство, утверждающее две природы Христа. Толедский собор, созванный в 587 году н.э., объявил об отказе Рекареда от арианства и его принятии халкидонского вероисповедания. Остальные вестготы последовали его примеру, и испанская церковь была объединена под властью вестготской монархии. За этим доктринальным сдвигом последовало принятие латыни в качестве официального языка Испании, и, следовательно, отношения с папством укрепились, что дало папству значительное влияние на дела страны. Епископ Толедский также достиг положения, сравнимого с положением самого короля.

          Помимо христианства, в Иберии по-прежнему проживало множество язычников, но они подвергались преследованиям в попытке заставить их обратиться в христианство. Третий Толедский собор в 589 году н.э. постановил, что каждый епископ должен сотрудничать с местным магистратом в борьбе с язычеством в своем регионе. Баски были одними из языческих групп, проживавших в северо-восточном регионе, граничащем с Пиренейскими горами, и духовенству не удалось обратить их в христианство на протяжении всего вестготского периода.
 
          В Испании проживала большая еврейская община, составлявшая значительную часть населения вестготского общества. По-видимому, они обосновались на Пиренейском полуострове на раннем этапе, мигрировав с Востока после многочисленных преследований, которым они подвергались в Палестине со стороны римлян. Они расселились по странам вдоль средиземноморского побережья, называя себя сефардами и связывая свое происхождение с царским племенем Иуды. Евреи были распространены во многих частях Пиренейского полуострова, но концентрировались в развитых городских центрах, таких как столица Толедо, в южных регионах и вдоль восточного средиземноморского побережья. Они владели обширными поместьями и занимались сельским хозяйством, торговлей и банковским делом, накопив значительное богатство, которое позволяло им контролировать экономическую жизнь и, через нее, политические дела.
 
          Третий Толедский собор постановил, что евреям запрещено занимать государственные должности, а рабы не могут быть приобретены у христиан. Кроме того, было введено обязательное крещение для детей от смешанных браков. Царь Сеспут (612–621 гг. н.э.) пошёл ещё дальше, издав в 613 году н.э. указ, согласно которому евреи должны были быть крещены в течение года, иначе им грозило изгнание и конфискация имущества. Многие лицемерно обратились в христианство, а те, кто отказался, бежали в Галлию и Африку.

          В обыденном сознании ислам связывается с невысоким уровнем развития культуры, а христианский мир — с высоким. Когда в XIII веке захватываются территории мусульманского юга, на всю эту сложно организованную систему выращивания растений кастильцы пригоняют отары своих овец, и они все это просто сжирают. В 1236 году Фернандо III захватывает Кордову, центр области, где палку воткни буквально — она прорастет, и они ее разграбили. Через год он уже занят поставками продовольствия туда. Территория, кормившая огромные прилегающие регионы, оказалась на грани голода. Эта проблема в том или ином виде в Испании будет сохраняться столетиями, но уже окончательно все это будет преодолено только при Бурбонах в XVIII веке.8
 
V. Арабское влияние на Испанию

Арабское влияние на Испанию — это не простая терминология, а живая реальность, которая проявляется каждый день. Это можно увидеть в словах, которые испанцы произносят, в зданиях, мимо которых они проходят, в еде, которую едят, в музыке, которую слушают. Восемь веков совместной жизни не прошли даром.
Когда говорят об арабском влиянии на Испанию, первое, что приходит на ум, — это архитектура. Альгамбра в Гранаде, Мескита в Кордове, Хиральда в Севилье — эти здания не просто красивы. Они — живая история, застывшая в камне и мозаике.
Арабское влияние видно не только в музыке, но и в поэзии. Андалузские поэты эпохи Аль-Андалус писали на арабском, иврите и романсе (ранней форме испанского). Одна из самых известных форм — заджаль (zajal), народная поэзия на разговорном арабском, которая повлияла на испанские романсы и копласы. Другими поэтическими формами являлись: мувашшах (muwashsha;), сложная поэтическая форма с чередующимися рифмами и харджа (jarcha) — короткой строфой на романсе или иврите. Jarcha считается одним из первых образцов романской поэзии, дошедших до нас. То есть арабская поэзия помогла сохранить раннюю испанскую литературу.
С момента завоевания Андалусии арабы работали на благо коренных жителей. Во время своего долгого правления, которое длилось почти столько же, сколько Римская империя, они были примером терпимости, доброты и свободы. Когда христиане вернулись и завоевали Гранаду, последний оплот ислама в Европе, они не ответили взаимностью на терпимость, которую арабы проявляли к ним на протяжении веков. Напротив, несмотря на договоры, заключенные с мусульманами, они жестоко преследовали их. А когда арабы завоевали Испанию, то они никогда не принуждали местных христиан к обращению в ислам. Когда испанцы захватили Гранаду, кардинал Сиснерос хотел обратить в христианство всех арабов, движимый религиозным рвением или стремлением создать новый народ, подвластный его власти. Он заставил пятьдесят тысяч арабов носить символ религии, в которую они не верили. Бледа, доминиканец, говорит, что он убил три четверти арабов, бежавших по пути в свои новые дома. Он убил сто тысяч человек из одной кампании, в которой участвовало 140 000 человек, на пути в Африку, и Испания потеряла миллион своих подданных за несколько месяцев. Седильо и большинство историков утверждают, что Испания потеряла три миллиона человек в результате завоеваний Фердинанда и окончательного изгнания арабов. Вариети (2), один из величайших испанских историков, утверждал, что два миллиона евреев и три миллиона арабов и морисков (обращенных в христианство арабов) были изгнаны из Испании на протяжении веков. Он добавил, что примерно сто тысяч морисков погибли или были обращены в рабство во время этой трагедии. Ле Бон говорил, что если сравнивать Варфоломеевскую ночь с этими массовыми убийствами, то это будет считаться незначительной стычкой. Даже самые жестокие и бессердечные завоеватели никогда не совершали акта, сравнимого с этими тремя резнями. К несчастью для Испании, эти три миллиона подданных, которых Испания предпочла лишить себя, составляли элиту в науке и промышленности.
Когда франки стремились уничтожить государство Альмохадов в Андалусии в 1208 году (605 г. хиджры), Папа призвал к священной войне. Христианские армии из Италии, Франции и Германии мобилизовались и объединились с Испанией, и испанцы достигли своей цели. Испанцы искоренили все следы арабов в Андалусии, разрушив их дома собственными руками. Среди наиболее значительных вещей, которые они уничтожили, были арабские книги. (5) Кардинал Сименес, самый ярый враг ислама и цивилизации, в 1511 году, после того как сжег на площадях Гранады множество арабских книг, особенно рукописные Кораны, приказал уничтожить арабские книги на всей территории Испании.

          Египетский историк и путешественник Абд аль-Басит ибн Халил аль-Ханафи, посетивший Северную Африку в начале XVI века и наблюдавший за положением дел в Марокко в тот период, писал: «…и бедствия, войны, раздоры, ужасы, великая коррупция, опустошение и разрушение земли, а также гибель её жителей постигли Фес и его окрестности. В те времена франки захватили несколько городов Магриба, таких как Танжер, Асила и другие… и раздоры и злодеяния продолжаются на этих землях уже много лет, даже по сей день…»9
 
          В данном случае хочу напомнить, что все вышеприведенные факты об истории аль-Андалуса приведены из мусульманских источников, так как европейские историки больше всего уделяли внимание событиям и достижениям, связанным с христианскими государствами и династиями. Европейские хроники часто сосредотачивались на Реконкисте — длительном процессе отвоевания Пиренейского полуострова христианскими королевствами у мусульман. Современный европейский национализм, зародившийся в эпоху Возрождения и Просвещения, основывался на идее западной цивилизации, простирающейся непосредственно от Греции и Рима, через христианское Средневековье, до современной эпохи. Введение восточно-исламского элемента как важнейшего звена в передаче науки и аристотелевской философии угрожало чистоте этого националистического нарратива. В отличие от европейцев взгляды и подход русских историков к этому вопросу был в целом объективным и многоаспектным, с акцентом на анализ как позитивных результатов, так и внутренних противоречий Кордовского халифата. Также следует отметить, что в последние десятилетия интерес к истории Кордовского халифата значительно возрос. Современные исследователи всё чаще обращают внимание на его вклад в науку, культуру и экономику, подчёркивая его значимость для развития европейской цивилизации.

VI. Исламская историография Кордовского халифата
 
          Доктор исторических наук Казанского университета Макарова М. А в своей статье пишет: Архитектурное наследие Аль-Андалуса представляет собой синтез вестготских, византийских и арабских традиций, достигший совершенства в памятниках Кордовы. В статье  «Формирование испанской культурной модели под влиянием арабского наследия: исторический и социокультурный анализ» Рюкуа (2016) говорится: “…архитектура Аль-Андалуса стала материальным воплощением культурного синтеза, где достижения античности были переосмыслены через призму исламской эстетики”. Особенно показателен пример Толедской школы переводов (XII в.), где архитектурные трактаты Витрувия изучались параллельно с арабскими строительными руководствами. Это научно-архитектурное наследие не только определило развитие испанской культуры, но и оказало существенное влияние на европейский Ренессанс, став важным каналом передачи античного знания через арабские интерпретации…Арабское завоевание Пиренейского полуострова привело к глубокой трансформации сельского хозяйства и ремесленного производства, заложив основы экономического процветания Аль-Андалуса. В сельском хозяйстве произошла настоящая революция благодаря внедрению новых культур, таких как цитрусовые, рис, хлопок и сахарный тростник, которые не только обогатили местный рацион, но и стали важными статьями экспорта. Арабские агрономы усовершенствовали ирригационные системы, создав разветвлённую сеть каналов (аcequias), которые обеспечивали высокую эффективность водопользования. Эти инновации позволили значительно увеличить продуктивность земель, особенно в засушливых регионах, таких как Валенсия и Мурсия…В ремесленном производстве наблюдался не менее впечатляющий прогресс. Кордова и Толедо стали центрами текстильной промышленности, где производились роскошные шёлковые ткани и тончайшие кожи, известные по всей Европе. Металлурги Толедо славились своими клинками из дамасской стали, а керамисты Малаги разработали уникальные техники декорирования, включая люстровую роспись. Эти ремёсла не только удовлетворяли местные потребности, но и активно экспортировались, способствуя экономической интеграции Аль-Андалуса в средиземноморские торговые сети…Экономический расцвет Аль-Андалуса в X веке был обусловлен сочетанием аграрных инноваций, ремесленной специализации и развитой торговли. Кордова, крупнейший город Европы того времени, стала символом этого процветания. Её рынки, такие как знаменитый zoco, предлагали товары со всего известного мира: шёлк и специи с Востока, золото и слоновую кость из Африки, оружие и кожи из христианских королевств Севера. Единая денежная система на основе дирхама облегчала торговые операции, а сеть караван-сараев и дорог обеспечивала безопасность и эффективность товарообмена…Городская инфраструктура Аль-Андалуса поражала современников. Мощёные улицы, освещение, общественные бани и система водоснабжения создавали комфортные условия для жизни, способствуя росту населения. Кордова, с её 300 банями и тысячами мастерских, стала образцом городской культуры, где соседствовали различные этнические и религиозные группы. Этот экономический подъём способствовал формированию среднего класса, включавшего ремесленников, купцов и представителей интеллигенции, что было редкостью для средневековой Европы…Этот уникальный социально-экономический опыт Аль-Андалуса не только определил развитие Испании, но и оказал влияние на всю средневековую Европу, став мостом между античной традицией и современной экономикой…Проведённое исследование позволяет утверждать, что арабское наследие стало фундаментальным элементом в формировании уникальной культурной модели Испании. На протяжении почти восьми веков присутствия на Пиренейском полуострове арабо-мусульманская цивилизация Аль-Андалуса создала сложную систему культурного синтеза, где органично переплелись традиции трёх мировых религий. Как показывает анализ, этот синтез проявился не только в материальной культуре – архитектуре, сельском хозяйстве и ремёслах, но и в интеллектуальной сфере, образовании и социальных практиках. Особенно значимым представляется тот факт, что культурное взаимодействие происходило в условиях относительной религиозной терпимости, что было исключительным явлением для средневековой Европы.

          Развитие науки и образования в Кордовском халифате.                Кордовский халифат (929-1031 гг.) стал интеллектуальным центром средневековой Европы, создав уникальную модель научно-образовательной системы. По данным Глика (2020), в X веке Кордова превосходила все европейские столицы по уровню грамотности населения и развитию научной мысли.                Ключевые научные достижения:                Медицина: разработка хирургических инструментов (Абуль-Касим аз-Захрави)                Астрономия: усовершенствование астролябии (Маслама аль-Маджрити)                Математика: внедрение десятичной системы и алгебры (Ибн Муад аль-Джайяни) Философия: синтез аристотелизма и исламской теологии (Ибн Рушд)                Библиотечная система:                Кордовская дворцовая библиотека (400 тыс. томов) с 70 отделами                - Специализированные библиотеки при мечетях и больницах                - Институт переписчиков с ежегодным выпуском 60-70 тыс. рукописей (Леви-Провансаль, 1967).10

VII. Отношение Европейских историков к достижениям Кордовского халифата

          Когда мы слышим словосочетание «Кордовский халифат», в памяти сразу всплывает целый клубок ярких образов правителей, выдающихся ученых; красивейшие города Европы; уникальная культура в котором участвовали арабы, берберы, местные иберо-романские жители, а также евреи и христиане; Кордова стала центром интеллектуальной жизни, где действовали школы и библиотеки, где сохраняли и переводили труды античных авторов (Аристотеля, Сократа , Платона, Галена и других). Именно все эти труды заложили основу для последующего европейского Возрождения; архитектура кордовского халифата это соединение исламские традиции римским и вестготским, наследием и этот период считается золотым веком для городов аль Андалуса, символами которых являются Великая мечеть Кордовы (Мескита) и загородную резиденцию халифов Мадинат аль-Захра.

          Великая мечеть Кордовы была великолепна по своему строительству и инженерному мастерству, став крупнейшим арабским университетом в средневековой Европе. Папа Сильвестр II учился там, будучи монахом, и многие христиане в Аль-Андалусе получали там высшее образование. Мечеть в Аль-Андалусе была основным центром преподавания исламского права и лингвистики, а также других наук.11

          Арабская народная песня оказала влияние на европейскую поэзию, известную как провансальская поэзия, которая исполнялась метробадурами (странствующими певцами) на юге Франции, в Италии, Испании и других европейских странах. Они также разработали другую форму искусства, называемую «заджал», включающую необычные элементы. Этот стиль заджаля был искусством простых людей в Андалусии, которые сочиняли его в пятнадцати метрах, используя разговорный арабский язык.12

          Андалусия славилась своими великолепными архитектурными памятниками. Великая мечеть Кордовы, построенная во II веке хиджры/VIII веке н.э., и некоторые здания в Толедо считаются реликвиями раннего периода арабской архитектуры в Андалусии. Севильский маяк (также известный как «Воздушный театр»), возведенный Альмохадами в VI веке хиджры/XII веке н.э., и Алькасар Севильи являются примерами среднего периода арабской архитектуры. Дворец Альгамбра в Гранаде, построенный в VIII веке хиджры/XIV веке н.э., представляет собой вершину арабской архитектуры, и Ле Бон утверждает, что различия в их стилях демонстрируют их арабское происхождение.13
 
          Торговля между арабской Испанией, Востоком и Византией оставалась постоянной. Именно по этим каналам арабское культурное наследие передавалось в Европу в Средние века. Значение влияния арабов на Запад можно оценить только в том случае, если рассматривать состояние Европы в то время, когда они принесли туда цивилизацию. Ле Бон утверждает: «Если мы вернемся к IX веку нашей эры и далее, когда исламская цивилизация в Испании достигла своего апогея, мы увидим, что центры культуры в Европе были башнями, населенными варварскими правителями, которые гордились своей неграмотностью. Самыми знающими людьми были бедные монахи, которые проводили время в своих монастырях, благоговейно изучая книги древних. Варварство Европы сохранялось до XI века, когда появились люди, стремившиеся сбросить тяжелый покров невежества и обратившиеся к арабам, которые были единственными хозяевами своей области».14

          Арабские науки проникли в Европу через Андалусию после того, как арабы открыли путь через Пиренейские горы во Францию и Италию. Арабская наука и философия проникли в Европу через культурный мост, созданный на Иберийском полуострове. Арабское влияние очевидно в архитектуре Андалусии и Европы. Хотя до освобождения Испании доминирующим стилем была готика, города, мечети и дворцы в Андалусии в XIII и XIV веках строились в арабском стиле. Это позволяет нам сделать вывод, что Запад перенял основы своей архитектуры у арабов, поскольку между арабским и готическим стилями нет сходства. Влияние арабской архитектуры очевидно во многих французских церквях, таких как церковь в Маглоне (1178 г. н.э.), которая была… связью с Востоком, церковью Кандела и церковью Гамаш и т. д. Месье Шарль Блан намекнул на то, что европейцы заимствовали у арабов в архитектуре, сказав: «Я считаю, без преувеличения, что одна нация оказывает глубокое влияние на другую, вопреки распространенному сегодня мнению. Крестоносцы, увидев арабское искусство машрабий, минаретов и зубчатых стен, привезли во Францию сторожевые башни, киоски, башни, парапеты и зубчатые стены, которые широко использовались в гражданской и военной архитектуре в Средние века».15
 
          Астрономия процветала среди арабов в Андалусии из-за их потребности в определении направления молитвы (киблы) и установлении времени молитв ы. Эта наука развилась в изучение небесных движений, что привело к появлению астрологии. Они изобрели солнечные часы для определения времени. Аббас ибн Фирнас создал первое подобное устройство (инновационный тип часов).16
 
          Арабы первыми в мире начали заниматься хирургией, написав книги по этой теме, методам её проведения, болезням, которые необходимо искоренить, а также используемым инструментам и приспособлениям. Они первыми открыли методы анестезии, основали больницы и разделили их на два отделения: одно для мужчин и одно для женщин.17
 
          Андалусия дала миру самого известного арабского хирурга, Абу аль-Касима аль-Захрави, в 427 году хиджры/1035 году н.э. Он был врачом, специализирующимся на простых и сложных лекарствах, и автором нескольких работ по медицине, лучшей из которых является его великая книга, известная как «Аль-Захрави». Аль-Думайли упоминает, что он был «самым известным врачом Андалусии, а также величайшим из мусульманских врачей… и величайшим из хирургов.18
 
          Аль-Захрави был первым, кто перевязал артерии и удалил камни из мочевого пузыря у женщин вагинальным путем. Он был первым, кто остановил кровотечение и успешно выполнил трахеотомию. Он исследовал артрит и изобрел инструмент для расширения шейки матки для хирургического вмешательства. Его прозвали «отцом хирургии».   Андалузские врачи также славились своим опытом в стоматологии и челюстно-лицевой хирургии, а также в приготовлении лекарств. Самым выдающимся среди них в этой области был Ибн аль-Байтар. 19

          В области астрономии, геометрии и математики в целом арабские ученые в Андалусии совершили новаторские научные открытия. В астрономии (науке о небесных телах) одним из таких ученых был Абу Убайда аль-Баланси (ум. 295 г. хиджры/907 г. н.э.), который утверждал о сферичности Земли и изменении климата на ней. регионы.20
 
          Арабо-исламское наследие в его научном, политическом, социальном, экономическом и духовном аспектах распространилось политически, культурно и в военном отношении по всей Южной и Западной Европе. Арабы создали там центры своей цивилизации, и в этих центрах процветала профессия переводчика, передававшего важные аспекты арабо-исламского наследия на свои языки. Толедо, Севилья, Гранада и Кордова были одними из самых известных центров перевода с арабского языка. В Севилье существовал арабо-латинский колледж, занимавшийся переводом арабских философских текстов. Некоторые европейцы пытались преуменьшить роль арабов в европейском Возрождении и его расцвете, забывая, например, что Аль-Идриси и Аль-Хазин предшествовали Ньютону в теории гравитации, что Ибн ан-Нафис предшествовал Харви в открытии кровеносной системы, что Ибн Мискавайх предшествовал Дарвину в теории эволюции, что Ибн Халдун предшествовал Ламарку в обсуждении влияния окружающей среды на живые организмы, что Ибн Сина предшествовал западным ученым в медицине, минералогии, ботанике и зоологии, что Ибн Юнус и Ибн Хамза проложили путь к пониманию логарифмов и исчисления благодаря своим открытиям, и что Аль-Хорезми был первым, кто систематически и научно писал об арифметике и алгебре, и первым, кто использовал числа в вычислениях. Огромный объем арабского научного наследия подтверждается книгами, которые они оставили после себя в библиотеках по всему миру, а также сохранностью их имен в книжных каталогах, свидетельствующих о величии арабской цивилизации в различных областях науки и знаний. Таким образом, арабо-исламская цивилизация оказала глубокое влияние на Европу и стала важным фактором ее возрождения.21   

Рафик шейх Гюльбала оглы.                г. Ширван.  Октябрь 2026.

Список литературы:
1. Мусульманское завоевание Андалусии                https://ar.wikipedia.org/wiki/ ;;;;;_;;;;;;;;_;;;;;;;
2. Мусульманское завоевание Андалусии. https://ar.wikipedia.org/wiki/ ;;;;;_;;;;;;;;_;;;;;;;
3. Государство Теодемира. Материал из Википедии — свободной энциклопедии.
4. Абд аль-Азиз ибн Муса. Из Википедии, свободной энциклопедии.
5. Кордовский эмират. Материал из Википедии — свободной энциклопедии                ;;;;; ;;;;;. ;;;; ;; ;;;;-;;;;; - ;;;;;;;; ;;;;;
6. Кордовский халифат: Золотой век господства Омейядов в Андалусии и Марокко Материал из Википедии — свободной энциклопедии               
7. Доктор Махмуд Макки. Тарих аль-Андалус мин аль-Фатх хатта Сукут аль-Хилафа История Андалусии от завоевания до падения Халифата.
8. Древнейшая Испания. География, климат, население                9. Материал из Википедии — свободной энциклопедии. Падение Андалусии. https://ar.wikipedia.org/wiki/;;;;_;;;;;;;
10. Макарова М. А. ФОРМИРОВАНИЕ ИСПАНСКОЙ КУЛЬТУРНОЙ МОДЕЛИ ПОД ВЛИЯНИЕМ АРАБСКОГО НАСЛЕДИЯ: ИСТОРИЧЕСКИЙ И СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ АНАЛИЗ. 11. Анхель Гонсалес Паленсия: История андалузской мысли, перевод Хусейна Мунеса, с. 221, с. 421.
12. . Науфал Абдул-Раззак (Мусульмане и современная наука), Бейрут, 1973.
13. Ле Бон: Цивилизация арабов, с. 283.
14. Ле Бон: Цивилизация арабов, стр. 566-567.
15. Ле Бон: Цивилизация арабов, стр. 572-573.
16. Аль-Маккари: Нафх аль-Тайиб, том. 4, с. 345 и последующие
17. Абдул-Раззак Науфаль, аль-Муслимун ва аль-Ильм аль-Хадис, с. 64.
18. Среди других его работ — «Аль-Тасриф» Ибн Аби Усайбиа, Табакат аль-Атибба, с. 501.
19. Хикмат Наджиб, Там же, с. 58.
20. Там же, с. 84; Ибн аль-Фаради, Тарих Улама аль-Андалус, т. 2, с. 126.
21. Ле Бон: Цивилизация арабов, стр. 576.