Мачо

        Мачо... Какие мысли при слове «мачо» приходят Вам в голову? Что-то брутальное, красивое, сексуальное...  Этакий Антонио Бандерас, томно глядящий в глаза танцующей рядом с ним женщине. Так, ведь? Ладно, оставьте свои варианты  при себе.
 
        Вообще-то, сам термин «мачо» в русской литературе появился ещё в 1965 году (в романе Михаила Анчарова «Теория невероятности»). Тогда это слово было экзотическим и нуждалось в пояснении. Например - «как говорят в Латинской Америке, он – мачо, то есть сильный человек, супермен». Широко это слово в русском языке стало употребляться в конце восьмидесятых – начале девяностых, когда на наши экраны, в нашу жизнь пришли, ворвались яркие, полные страстей латиноамериканские сериалы. И под словом «мачо» стал скрываться не просто сильный мужчина, а мужчина с ярко выраженной сексуальной привлекательностью.

        Мачо бывают разные.

        В семье мой подруги Иры тоже жил мачо. Это был Мачо «с большой буквы». Громкий, шумный, яркий, темпераментный и любвеобильный ... волнистый попугайчик. А Вы что подумали?

        Мачо жил не один. Вместе с ним в огромной клетке проживала светленькая, тихая, нежная самочка. Кажется, её звали Мила. Чудесная птичка. Хотя, надо сказать, немного затюканная, подавленная буйным темпераментом Мачо. Изначально у Мачо была другая кличка, но его характер внёс свои коррективы. Родители подруги работали на киностудии «Мосфильм», и были,  как говорится, «в теме» новинок киноиндустрии в нашей стране. Однажды, шутливо обратившись к попугаю: «Что шумишь, мачо ты наш?», они поняли, что это имя как нельзя лучше подходит птичке. Так мачо стал Мачо.

        Клетка с попугаями всегда стояла на кухне, на холодильнике, рядом с окном. Тепло, светло. Иногда птичек выпускали полетать. При этом дверь на кухню и форточка плотно закрывались, чтобы птицы не вылетели.  Лови их потом. Попугаи были независимыми и в руки не давались, но всё же достаточно сообразительными - полетав по кухне, они всегда возвращались в клетку. И все были довольны. Так и жили.

        Если бы не пытливый ум младшей сестры моей подруги. Леночка училась в начальной школе и была вполне научно подкованной девочкой. Тем более, что родители выписывали для неё журнал «Юный натуралист».
 
        Как – то раз подумала Леночка: «Что будет, если я  выпущу попугайчиков из клетки, а дверь кухни оставлю открытой? Форточки закрою, конечно, чтобы не вылетели на улицу,  а по квартире пусть полетают, разомнут крылышки». Сказано – сделано.
 
        Леночка распахнула дверцу клетки. Радостно чирикнув, птички выпорхнули «на свободу». Облетев, как обычно, кухню, они заметили открытую дверь, уселись на неё, немного «побеседовали», вероятно, обсуждая ситуацию и ... Вперёд!  В неизведанную даль! Мачо отважно вылетел из кухни в коридор. Подружка за ним. Следом выскочила Леночка – интересно же, что будет.  Долго лететь не пришлось. Через несколько секунд птицы влетели в гостиную (она же Зал, она же Большая комната – кому как нравится). К счастью, дверь была открыта лишь в одну из комнат небольшой трёхкомнатной квартиры. Но и в одной комнате  места для полётов было предостаточно!

        Неожиданно дверь смежной комнаты приоткрылась и оттуда осторожно выглянула старшая сестра Ира. Она делала уроки и не догадывалась о том, что происходит по соседству. Лишь услышав топот ног, вопли птиц и хлопанье крыльев, поняла, что  в квартире происходит что-то интересное и необычное.

        В комнате же началось светопреставление!  Мила вспорхнула к потолку и уселась на люстре. Перед ней, с громкими воплями, летал Мачо. Почти по Барто - «Я и прямо, я и боком, с поворотом, и с прискоком...»... и хвостом вперёд могу, кувыркаясь на лету!» Мачо старался! Он хлопал крыльями, надсадно крича выполнял фигуры высшего пилотажа, падая вниз и резко взмывая вверх. Одним словом - выпендривался! Ещё бы – у него был благодарный зритель – Милочка благосклонно смотрела на своего героя и что-то нежно бормотала.  Кроме Милочки был ещё один не менее благодарный зритель – Леночка, которая в полном восторге смотрела это попугай-шоу.
 
        Ире шоу не очень понравилось. Она быстро закрыла двери в комнату и крикнула Лене: «Ты с ума сошла! Зачем попугаев выпустила? Лови их теперь!» Лена послушно начала подскакивать, пытаясь поймать птиц. Увы! Мила сидела высоко, Мачо был очень шустрым. Но голова у юной натуралистки работала хорошо. С криком: «Я сейчас их сачком поймаю!», она бросилась на балкон, где хранились папины рыболовные снасти, чтобы взять подсак (Лена помнила, что, когда она с папой ездила на рыбалку, таким сачком папа вытаскивал из воды рыбу).  Если подсаком можно вытащить рыбу, значит, и птичку можно поймать! Какая разница?

        Ира эту идею отвергла сразу: «Ты что? Крылья им переломаем!» Пока девочки занимались «мозговым штурмом» и пытались придумать, как поймать птиц, под потолком продолжалось цирковое представление. Мачо наслаждался полётом, менял траекторию, ловко сворачивая из стороны в сторону, обходя препятствия. Постепенно он переместился от люстры в сторону мебельной стенки.

        Помните? В семидесятых мебельная стенка была важным и модным атрибутом квартиры, своеобразным свидетелем достатка семьи. Венгерские, польские, югославские... (у нас дома была ГДРовская)). Их «доставали», на них стояли в очереди. В небольших квартирах, в которых не было кладовок, или, как сейчас принято говорить, гардеробных, мебельные стенки были настоящим спасением. Высокие, почти до потолка, они вмещали очень много всего самого необходимого. Были секции для одежды, белья, книг, посуды, техники. Стенка всегда состояла из нескольких секций, составленных вместе.  В целях безопасности и, чтобы стенка выглядела монолитной, без щелей, как единая конструкция, владельцы скрепляли эти секции между собой стяжками или простыми винтами.

        Между потолком и верхом стенки было сантиметров двадцать, не больше. То ли Мачо совсем одурел от своих спортивных успехов, то ли от чувства пространства и свободы полёта, то ли от избытка гормонов (подруга-то любуется), он почему-то решил, что лучшего места для его пилотажных экзерсисов, как эти двадцать сантиметров, не найти. Тут-то всё и началось.

        Недооценив всю опасность выбранного для виражей места, а, скорее всего, переоценив свои возможности, Мачо не сумел развернуться в узком пространстве и... со сдавленным криком рухнул в узкую щель между стеной и мебельной стенкой (в отличие от мебельной стенки, стены квартиры были не очень ровные, так что между стеной и стенкой оставался небольшой зазор). Тут и наступило второе действие этой трагикомедии.
Очутившись на полу в узкой щели, в темноте и пыли (кто же будет стенку двигать,  даже и для генеральной уборки) Мачо начал вопить ещё громче. Бедная птичка. Он бился, пытаясь выбраться на свободу. Увы! Вот уж точно – «Замуровали, демоны!»

        Увидев, что произошло, Лена разрыдалась. Кто птиц выпустил? Она-а-а-а! Следовательно, кто виноват? Она-а-а-а-а-а-а! А если попугай умрёт? А-а-а-а-а-а-а!

        Милочка невозмутимо сидела на люстре, чистила пёрышки и нежно попискивала.

        Поняв, что самим не справиться, Ира позвонила маме на работу. Уже через 15 минут та была дома. Хорошо, когда работа – в шаговой доступности! Кое-как успокоив Лену, мама вместе с Ирой попытались отодвинуть стенку. Ха! Вы когда-нибудь пробовали сдвинуть  с места монолит?

        Тем временем напряжение нарастало. Только представьте - Мачо надсадно вопит, Лена продолжает рыдать, Ира тоже начинает плакать – виноватой, ведь, её сделали – не уследила за младшенькой.

        Что делать? Пора вызывать «тяжёлую артиллерию» - папу.

        Папа добрался до дома ещё быстрее мамы. Вопли, сопли, уже не кричащий, а сипящий, всё ещё скребущийся Мачо за шкафом. Одна Милочка совершенно спокойна.
Папа попытался сдвинуть стенку – не получилось. Подключилась мама. Пыхтели вместе - безрезультатно.

        И тут с дивана раздался всё ещё всхлипывающий голос Лены: «Папа, помнишь, ты скручивал стенку?» 

      - Что же ты раньше не сказала? - Леночка тут же была прощена!

Папа метнулся на балкон, к шкафчику, где хранил инструменты. Вернулся с отвёрткой. Мама в это время быстро вытряхивала вещи из шкафа прямо на пол, освобождая доступ к крепежам. Держись, Мачо!

Пара минут и крепежи были сняты. Свободную секцию выдвинули вперёд.

        Небольшое шебуршание, и, в полной тишине, из-за шкафа, с независимым видом, вышел Мачо. Пыльный, всклокоченный, но абсолютно целый!

        Увидев питомца живым и невредимым, все расслабились, счастливо выдохнув, и забыв о разгромленной комнате.

        Мачо позволил взять себя в руки. Физическая, и, скорее всего, психическая нагрузки, сделали своё дело - он не клевался и не трепыхался, пока его торжественно возвращали в клетку. Милочка последовала за ним сама. 

        Несколько дней семья наслаждалась тишиной на кухне – Мачо молчал.
Но потом, природа и темперамент взяли своё.

        Мачо вернулся!!!