Глава 4. Очередь до горизонта

Первым в очереди стоял старик в потёртом пальто. Он пришёл в девять. За час до открытия. Просто потому что проходил мимо, увидел вывеску и решил, что если уж русские открывают блинную, надо зайти. Он был русским. Из тех, кто уехал давно, но так и не смог забыть вкус домашнего.
Второй была женщина с двумя детьми. Третий — таксист, который всю ночь работал и хотел есть. Четвёртый — американец в клетчатой рубашке, который просто увидел слово «блины» и решил, что это что-то новое.
К десяти утра очередь заворачивала за угол.
— Я же говорил, — сказал Лёха, выглядывая в окно. — Я же говорил, что объявления сработают!
— Ты написал «дешевле, чем у буржуев», — напомнила Соня. — Это не объявление, это манифест.
— И что? Работает же!
Алиса стояла у плиты. Первый блин она испекла ровно в десять ноль-ноль. И понеслось.
Соня принимала заказы. Она оказалась прирождённым администратором — улыбалась, но так, что никто не смел спорить. Лёха с Максимом жарили. Егор выносил. Кот-мореход сидел на прилавке рядом с кассой и наблюдал.
Первым подошёл старик.
— Мне, — сказал он, — с творогом. Как бабушка делала.
Соня кивнула, передала заказ на кухню.
Через минуту перед стариком лежал блин. Тонкий, золотистый, с творогом и капелькой мёда. Старик посмотрел на него долго. Потом отрезал кусочек. Положил в рот. И замер.
Все замерли тоже. Даже кот перестал моргать.
Старик медленно прожевал. Потом закрыл глаза. И по его щеке потекла слеза.
— Простите, — сказал он тихо. — Я просто... сорок лет не ел такого. Сорок лет.
Алиса вышла из-за плиты.
— Приходите ещё, — сказала она. — Первый — за счёт заведения.
Старик покачал головой.
— Нет, — сказал он. — Я заплачу. С удовольствием заплачу. За такое — не грех.
Он положил на прилавок монету. Больше, чем стоил блин. И вышел, унося с собой запах дома.
Очередь притихла. А потом женщина с детьми сказала:
— А можно нам тоже... с творогом?
— И с вишней! — закричал младший.
— И с мясом! — добавил старший.
Соня улыбнулась.
— Всем хватит, — сказала она. — Не толкайтесь.
К полудню в блинной не было ни одного свободного места. Лёха с Максимом сбились с ног. Алиса не отходила от плиты. Егор метался между столиками и кухней, как курьер, у которого пятки загорелись. Соня принимала заказы, считала сдачу и умудрялась при этом шутить с посетителями так, что те смеялись.
А кот-мореход... Кот-мореход стал звездой.
Все хотели его погладить. Все хотели с ним сфотографироваться (Максим предусмотрительно прихватил из будущего полароид, так что фотографии были моментальными и очень дорогими). Дети тыкали в него пальцами и спрашивали:
— Мам, а это чей кот?
— Это кот-мореход, — отвечала мама. — Он тут главный.
— А он умеет говорить?
Кот смотрел на ребёнка таким взглядом, будто решал: объяснять или не стоит. Потом мяукал. Ребёнок визжал от восторга. Кот довольно жмурился.
Американец в клетчатой рубашке попробовал блин с мясом. Потом второй. Потом третий. Потом посмотрел на пустую тарелку и сказал:
— Это... это лучше, чем бургер.
— Что? — не понял Лёха, который как раз проходил мимо.
— Я говорю, — повторил американец громче, — это лучше, чем бургер!
В блинной на секунду стало тихо. А потом все русские (а их было большинство) зааплодировали. Американец смутился, но было видно, что ему приятно.
К вечеру они закрылись. Уставшие. Счастливые. Голодные (сами так и не поели). И сели прямо на пол в пустом зале.
— Сколько мы сделали? — спросил Лёха.
Соня посмотрела в блокнот.
— Триста блинов. Плюс-минус.
— И сколько заработали?
Она назвала сумму. Повисла пауза.
— Это... — Егор присвистнул. — Это больше, чем мы потратили на ремонт.
— Это только первый день, — сказала Алиса.
Кот-мореход подошёл к кассе. Сел рядом. И посмотрел на поддон с деньгами (тот самый, от Мавроди, который сегодня использовался вместо кассового ящика). Морда у него была задумчивая.
— Мяу, — сказал он.
— Что он сказал? — спросил Егор.
Максим перевёл:
— Он сказал: «Неплохо для котов, которые ничего не смыслят в бизнесе».
— Это он так хвалит?
— Это он так хвалит, — кивнул Максим.
Алиса рассмеялась.
— Ладно, — сказала она. — Завтра работаем с утра. И знаете что?
— Что? — спросили все хором.
— Завтра мы открываем вторую точку.
— Вторую? — Лёха вытаращил глаза. — Мы же только сегодня открылись!
— И что? — Алиса пожала плечами. — Очередь до горизонта. Люди хотят блины. Мы дадим им блины. Много блинов.
Кот-мореход встал. Подошёл к Алисе. Потёрся о её ногу. И посмотрел на остальных с видом, который можно было перевести так: «Вы слышали? Работаем».
— Мяу, — сказал он.
И все поняли. Завтра будет новый день. Новые блины. Новая очередь.
А где-то далеко, в штате Иллинойс, в городе Дес-Плейнс, в маленьком здании с двумя золотыми арками, никто пока не знал, что у них появился конкурент. Маленький. Пушистый. И очень голодный.