Котам можно всё. Глава пятьдесят девятая

ГЛАВА 59. ДЕЛО ГОРСКОГО

– Когда проснется твоя совесть, Сеймур? – Пристыдила я сонного кота, выуживая из-под его мохнатой тушки собственный, исходящий трелью будильника телефон. Я тщетно пыталась его нащупать под подушкой, рыскала под одеялом и даже шарила руками по полу, думая, что ненароком спихнула вниз свою многострадальную, расцарапанную когтями «трубу». А тут, оказывается, мой пушистый-распушистый постарался: героически накрыл собственным телом, чтобы приглушить звук будильника. И не проснулся же от этого вибромассажа. Даже усами не дернул, ушами не повел. Как будто так и надо.

Я решительно отодвинула разбросанные в беспорядке безвольные лапы. Нырнула рукой под мягкое податливое пузико со смешными кудрявыми завитушками. И выдернула из-под этой горы шерсти изрядно нагревшийся смартфон, продолжавший упорно пиликать, пока его не заткнули.

– Господи, Сеймур. Так недолго добить аккумулятор. – Прошептала я, не зная, как расценивать столь глупый кошачий поступок – спать на телефоне. Как случайность или старательно продуманный шантаж? Помнится, вчера он сказал мне – своей мамочке, что если я не куплю ему тот широко разрекламированный гаджет для котиков, он будет высиживать мой телефон до тех пор, пока из него не вылупится «Смарткот», как в рекламе. Вот что в голове у моего кота? «Наверное то же самое, что в головах придурков, которые сняли эту самую рекламу. – Подсказал мой внутренний голос и предложил подать на рекламодателей в суд. Пока кто-нибудь реально не пострадал…»


– Ольга, – говорила я в телефонную трубку спустя примерно полчаса, когда охладился телефон, да и я сама остыла и поняла, что мои умозаключения по делу Горского требуют независимой экспертизы, а ждать, пока за окном посветлеет основательно, больше нет никаких сил. – Ольга, прости за столь ранний звонок. Я понимаю, воскресенье – хочется поваляться подольше, но у меня назрел один вопрос…

– Так назрел, что требуется хирургическое вмешательство? – Язвительный голос подруги был довольно-таки бодренький. А это значило, что она уже давно на ногах. Может даже успела обработать ногу Андрюшеньке.

– Хирургическое вмешательство? Да, что-то вроде того. Ты же у нас специалист по резаным ранам? – Не осталась я в долгу. – Разреши наш спор. Мы тут подумали с Сеймуром, что Горского никто не похищал. Выкупа от родителей его не дождешься, да и сам он не мог накуролесить настолько, чтобы какие-нибудь отморозки решили свести с ним счеты. А значит – парень сбежал сам. Он, в конце концов, давно совершеннолетний. Имеет право на личную жизнь. Смущает одно. Почему Кристина не в курсе? Сеймур уверен, что смылся Макс именно от своей подружки. А я говорю – дело в родителях. И Кристя – в курсе. А ты, Оль, в курсе, куда время от времени мотается Кристина? Что-то слишком часто она пропускает лекции. Подозрительно это.

– К тетке она мотается. – Тут же выдала Ольга. – Вроде бы тетка у нее совсем плоха. Живет где-то в Подмосковье. Других сердобольных родственников, кроме Кристи, у нее не осталось. Вот та и гоняет машину туда-сюда. На один бензин всю степуху ухает. Совсем девчонка рехнулась. Сто раз ей говорили: забери тетку к себе – дешевле выйдет. Так нет же, каждую неделю мотается по выходным. Еще и пятницу прихватывает, а то и четверг. За наследство, наверное, переживает. Думает, квартиру отпишет родственница. – Вздохнула подруга и добавила весьма заинтересованным тоном. – Думаешь, врет, как сивый мерин? А мотается к своему Максиму?

– Как вариант. ¬– Не стала скрывать я. – Как бы это проверить?

– Припереть к стенке Кристину, чтобы перестала ломать комедию, и призналась. – Жестко проговорила Ольга. – Мыслимо ли дело водить за нос целый универ, полицию и родителей? Надо ей сказать, что мы обо всем уже знаем, и если она не признается, заложим папаше Горского.

На том и порешили.


Перезвонила Ольга буквально через час, когда в окна заглянуло хмурое декабрьское утро, не обещавшее ничего хорошего.

– Представляешь, Владка!  – Радостный голос моей подруги ворвался в мой дом, словно благословенный солнечный луч, озаряя все вокруг нежданным-негаданным светом надежды. – Ты только представь, я дозвонилась до Кристины и выложила все, что о ней думаю. Говорю: «Я все конечно понимаю. Ради любимого человека можно пойти и не на такие жертвы. Гонять по ночной междугородней трассе с риском заснуть за рулем – в том числе. Но зачем же ты, свинья ты эдакая, от собственных однокурсников скрываешь Горского. Мы ведь его почти что похоронили, молебен во здравие заказываем, полиции пороги оббиваем. Владка так вообще криминальные версии отрабатывает, ночами не спит. Володуха в похищении подозревает. Ты, говорю, сволочь – каких свет не видывал, только о себе думаешь, а то, что люди переживают… Молчу уже о несчастных Максовых родителях… Владку хоть пожалей…

– А что Владка-то? – Тут же вопросила Кристина. – Ей-то какое до Горского дело?

– Ей-то может быть и не следует так по Горскому убиваться, – отвечала Ольга. – Только вбила себе в голову Владка, что твой Макс не просто так с горизонта испарился. Похитил его господин Володух, чтобы отомстить за увольнение. А значит Владка – следующая на очереди. Тут по любому начнешь кумекать. Вот Владка и напрягается. Так искала Горского, что Темникова нашла. Но на этом не успокоилась. Теории заговора строит, а половина группы страдает, потому что с курсовиками помочь некому. Владка за Володухом день и ночь следит, все пытается место, где он Горского прячет, вычислить. Уже собирается подстеречь изверга в темном переулке и под угрозой пистолета выпытать, куда он Макса подевал. Теперь ты, Кристя, понимаешь, насколько все серьезно? Упекут Владку за решетку – полпотока из универа вылетит только так. Как фанера из Парижа. Людей пожалей. Скажи честно, Горский сейчас с тобой? Слово даю, родителям его даже не заикнусь. Ни тебе, ни ему ничем это не грозит. Просто признайтесь, зачем вам все это?

И вот тут-то Кристина не выдержала. Все рассказала.

– Ромео и Джульетта, блин. – Откомментировала я, выслушав душещипательную историю влюбленных. Нет, родители не были против их союза, они просто не сошлись во взглядах на то, где и как будет проходить сама церемония бракосочетания. Одни собирались арендовать ресторан в нашем городе, набрав кучу кредитов, а другие предлагали дешево и сердито закатить пир на весь мир в деревне. Молодым же не было нужно ни то, ни другое. Они планировали обойтись скромными посиделками с близкими друзьями, а подаренные деньги потратить на свадебное путешествие.

– И только ради этого стоило скрываться от родителей? ¬– Удивлялась Ольга Кристинкиным откровениям.

– Да это все родители Макса. – Вздохнула Кристя. – Они припомнили ему, как  оплачивали из своего кармана первые два года учебы в универе, пока сын не перевелся на бюджет. И поэтому возомнили, будто Максим перед ними в неоплатном долгу, вплоть до того, что обязан жениться на дочери друга семьи, потому как с моими предками не удалось достичь консенсуса по поводу свадьбы.

Вот тогда Горский психанул по-настоящему. Впрочем, закатывать сцену родителям к его чести он не стал. Просто решил кардинально поменять свою жизнь. Переехал в столицу, поступил на актерский, где сейчас учится и ждет, когда Кристина покончит с учебой и переберется к нему.

– Макс давно сомневался в выборе профессии. – Рассказывала его подруга. – В универ его впихнули родители, а он с детства бредил театром и кино. Сейчас подрабатывает в массовке. Иногда даже попадаются роли покрупнее. Повезло, что он очень похож на Залесского. Пару раз довелось быть его дублером. В последнем фильме, когда Залесский резко сорвался на съемки в Таиланд, а у режиссера горели все сроки, Максиму пришлось вообще заменять главного героя. Крупные планы с Залесским доснимали потом, а издали даже не разобрать, кто из них в кадре. Так что, все у Макса хорошо.    
   
– Кристина дала его новый номер. – Сообщила мне  Ольга. – Только под страхом смертной казни запретила давать телефон родителям Горского. Они уже поняли, что перегнули палку с женитьбой, и не сомневаются: никто их сына не похищал. Даже полиция им сказала: парня нашли, но когда он захочет выйти с ними на связь – это его личное дело. Правоохранительные органы в такой ситуации бессильны.

У меня реально камень упал с души, настолько стало легко и свободно. «Дело Горского», казавшееся сложным и запутанным, разрешилось  к моей вящей радости, не успела я даже в него как следует углубиться. Может мне стоило побольше времени тратить на сон, чтобы решать во сне все возникающие проблемы?