Котам можно всё. Глава шестьдесят вторая

ГЛАВА 62. РАСКРУЧЕННЫЙ КЛУБОК

Конечно мне можно было так не спешить, потому что репортаж был отнюдь не прямой. Силовая операция завершилась еще ранним утром. Но мне неприятна была сама мысль, что наш староста, точно какой-то конченный урка, будет вынужден сидеть за решеткой эти лишние часы. И все эти часы его будут считать преступником, а не героем, рискнувшим ради друга, чтобы вызволить того из плена. Что с того, что Илья немного ошибся? И его приятеля освободили совсем другие люди? Важен порыв. Пожертвовать собой ради других. Вывести на чистую воду грязных дельцов. Это было круто.

Ольга подняла на ноги и на уши всех, кого только можно, даже декана оторвала от какого-то семейного торжества. Вся наша группа бросила все свои дела. И все, даже Темников, ускользнувший от собственных многочисленных родственников под предлогом покупки майонеза, абсолютно все были под дверями полицейского участка, куда доставили подозреваемых.

– Вы понимаете, – говорила Ольга в кабинете большого полицейского начальника, – наш однокурсник не просто так оказался среди ваших задержанных. Он провел большую работу прежде, чем соваться к преступникам.

– Можете убедиться сами, – раскрыл Абуховский ноутбук Никита и, поколдовав с паролем, открыл видеофайлы с записями того самого объекта, где размещалось производство фальсификата. Похоже, наблюдение велось и днем, и ночью. Илья установил камеру в каких-то развалинах и старательно фиксировал все прибывающие машины. И фургоны, в которые грузили конечную продукцию, и легковушки, подвозящие смену охранников. И даже визиты «начальства». Порою съемка велась с квадрокоптера, легко преодолевавшего высоченный забор с колючей проволокой.

Если бы я с самого начала отдала ноут Ильи Громову, и он открыл бы эти запароленные файлы, освободить нашего однокурсника удалось бы еще раньше. И почему мне пришло в голову, будто мой сосед ведет какую-то свою игру, и ему нельзя доверять в полной мере? Может меня ввел в заблуждение его настойчивый ко мне интерес, ничем на мой взгляд не оправданный, а потому весьма подозрительный в свете происходящих событий? В итоге я потеряла время и переиграла сама себя, ища подвоха там, где его изначально не было. Досадно.

– Если вы заметили, товарищ генерал, – продолжал между тем Никита, – парень следил за зданием заброшенной фабрики. На его записях четко видно каждого, кто когда-либо посещал объект. Люди, номера машин – здесь все, что нужно для доказательств. Обратите внимание, Абухов позаботился, чтобы эти файлы были переданы в правоохранительные органы, если он будет отсутствовать больше месяца. Прошло уже больше четырех месяцев. Это значит, сведения были отправлены по адресу, только почему-то никакой реакции властей не последовало.

– О чем это говорит? – Задала риторический вопрос Ольга.

– Наверное о том, что информация попала не в те руки. – Сделал вывод Громов. – Кто-то из ваших закрыл глаза на это сообщение, а может быть и получил кругленькую сумму, лишь бы не давать делу ход.

– Давайте воздержимся от голословных обвинений. – Призвал тут же заерзавший на кресле важный полицейский чин с генеральскими погонами. – Позвольте нам самим разбираться со своими сотрудниками. Если кто-то из них получил взятку и предпочел не заметить анонимное сообщение…

– Но вы же можете сейчас не закрывать глаза на конкретные представленные вам факты. – Кивнула я на экран ноута, где доказательств преступной деятельности было выше крыши. А также доказательств того, что наш однокурсник вел слежку, а значит не мог быть с бандитами заодно. – Наш друг внедрился в группу, чтобы узнать, где скрывают подопытных. Когда от полиции нет толку, человек, если желает докопаться до правды, имеет право провести частное расследование. Вы вообще в курсе, сколько за последние месяцы пропало народа?

– Может быть три сотни для города милионника – это капля в море, – мрачно заметил Никита Громов, сверля настойчивым взглядом одутловатую генеральскую физиономию.– Только не забывайте, что это три сотни ни в чем не повинных жизней.

– И коты. Еще пропали коты. – Добавил Сеймур, высунувшись-таки из моего рюкзака, который я предпочла не снимать с собственной спины, даже находясь в кабинете высокого начальника.

– У нас просто не хватает ресурсов вести поиски такого количества пропавших. – Пытался оправдаться генерал. – Что же касается котов, – он скользнул взглядом по упрямой серой мордочке, торчащей из-за моей спины. – С котами у нас дело обстоит получше. Спецотдел по розыску пропавших разумных работает в штатном режиме. Накрыли центр передержки, куда свозили всех украденных. Все они живы, и сейчас им ничто не угрожает.

 «Просто отлично, – тут же подумала я и явственно ощутила, как еще один камень падает с моей попавшей под камнепад души, – значит Никиткиной Снежинке больше нет нужды скрываться, и она может снова стать белоснежной».

– Отрадно слышать. – Подал голос Сеймур, высовывая из рюкзака, кроме ушастой головы, свой шикарный хвост, раскрывшийся надо мной, точно пушистый серый цветок, мохнатый зонтик или знамя кошачьей революции. Или все вместе взятое – три в одном.

– Это что? Хвост? – Вытаращился генерал, с трудом владея эмоциями. – Как такое может быть?

– Это шампунь с кератинами и двойным объемом. ¬– Отчеканил Сеймур, покачивая своим главным достоинством, чтобы переливающиеся в свете ламп шерстинки заиграли волшебным чарующим блеском, а генеральская физиономия вытянулась от удивления еще больше.

– Вы запишите, пожалуйста, название шампуня. – Оторопело попросил важный полицейский чин. А потом, вроде бы очнувшись от наваждения, уже обычным голосом известил:

– Парня вашего мы отпускаем. Правда, под подписку. Потому что нам еще понадобятся его показания.


– Еще бы его не отпустили. – Говорил Никита, пряча довольную улыбку, словно сытый кот, отведавший бесплатных сливок.  Мы спускались по лестнице, покинув генеральский кабинет, шли по коридорам с видом триумфаторов, положивших на обе лопатки какого-нибудь смертоносного дракона. И все-то нам было по плечу, с любой проблемой мы могли справиться. – Еще бы его не отпустили. – Хмыкнул Громов. – Тут достаточно выглянуть в окно и посмотреть на эту толпу встречающих, жаждущих справедливости. Человек пятьдесят собралось точно. Еще и журналисты с местного ТВ подтянулись. Вон, декан ваш интервью дает. Хорошо, что мы не стали медлить и потребовали разговора с руководством.

– Не собери мы такую толпу, фиг бы кто с нами разговаривал. – Сказала Ольга, когда мы вышли на свежий воздух и присоединились к группе поддержки.

– Ума не приложу, как нас еще не обвинили в несанкционированном митинге? – Удивлялся мой сосед, по собственной инициативе взявший на себя роль основного переговорщика.

– Главное, чтобы против Ильи Абухова не выдвинули никаких обвинений. – Высказала я наше общее пожелание. – Что еще сказать? Мы молодцы. – Оглядела я лица друзей.

– Не мы, а я. – Тут же послышался самодовольный кошачий голос. Сеймур снова отодвинул молнию и высунулся из моего рюкзака. – Если бы не я, сидеть бы вашему Абухову в кутузке, не пересидеть…

– А ты-то, Сеймур, здесь каким боком? – Изумленно вопросил Никита, картинно вздернув левую бровь.

– Так я же генерала хвостом загипнотизировал. – Услышали мы неожиданный ответ. – Против хвоста ни один генерал не устоит. Как-то так…

– Вот он, вот он идет! – Закричали все вокруг, завидев выходящего из стеклянной двери Абухова. Вместо белого рабочего халата на нем красовалась камуфляжная форма. Статный и высокий наш вновь обретенный однокурсник спускался по ступенькам крыльца, гордо расправив плечи, и, улыбаясь, махал всем нам рукой.

– И чего вы все, как с ума посходили? – Проворчал кот, игнорируя всеобщее ликование. – У вашего Абухова даже нет хвоста…