Когда загораются окна

созвонились на днях с другом детства Юрой, договорились погулять по родному району. а район наш золотой осенней порой просто восхитителен: весь утопает в жёлто-оранжево-красных тонах. в нашем детстве деревья были ещё молоденькие, почти саженцы, под стать нам. а сейчас как всё разрослось!

пока ждал товарища у его подъезда, увидел, что на лавке напротив сидит курит кто-то очень знакомый. присмотрелся: не иначе Ваня. подошёл поближе, опять присмотрелся: а нет, вроде бы Женя (а зрение у меня с возрастом тоже не улучшается). подошёл совсем близко, и мужик поднял на меня глаза - ну совсем незнакомое лицо.

тут вышел из соседнего подъезда мой товарищ. говорю ему:
- у первого подъезда мужик сидит. похож то ли на Ваню, то ли на Женю, а оказалось ни тот, ни другой.

Юра, присмотревшись:
- так это ж Денис.
- с девятого этажа?
- ну да.
- ты уверен?
- сто процентов, я же тут живу.

как-то нехорошо, думаю, получилось. подошёл к нему снова:
- Денис, ты?
- привет, я.

тут я его узнал, конечно - последний раз виделись ещё в юности. поговорили втроём о том о сём, вспомнили за былое. посмотреть со стороны: три дядьки не первой свежести о чём-то судачат около подъезда. потом к нам ещё четвёртый подошёл, из соседней компании, на пару лет младше. не видел его лет тридцать, а узнал сразу, несмотря, что седой.

прогулялись с Юрой по нашему лесу - лес практически не изменился с тех пор. только поляна, где мы гоняли в футбол, полностью заросла.

и я подумал, что однажды не будет нас - друзей детства, а район, вместе с которым мы выросли, будет стоять точно так же, как ни в чём ни бывало. и лес наш тоже останется, и озеро. разве что поле за кольцевой застроят окончательно. в общем жизнь будет продолжаться - но продолжаться уже без нас.

люди будут по-прежнему рождаться и умирать, влюбляться и расставаться, смеяться и горевать - а жизнь, как это было тысячи и тысячи лет до нас будет идти своим чередом. вечером в домах будут загораться окна: голубые, оранжевые, зелёные, а за окнами будут пить чай, смотреть телевизор, ссориться и мириться.

и дай Бог, чтобы всё было именно так. чтобы ничто и никогда не нарушало этот привычный, будничный ход жизни. возможно жизни не самой лучшей, не самой радостной или счастливой, а просто самой обычной - мирной - человеческой жизни.