Полуостров. Глава 266

Глава 266
Сидя за прилавком, Эмиль совершал расчёты на калькуляторе, место которому, по моему предвзятому мнению, давно должно было сыскаться в Политехническом музее. На носу у него сидели очки в металлической оправе, по-видимому, до этого он использовал контактные линзы, не исключено, что они и делали его взгляд абсолютно непроницаемым.
Во всяком случае, сейчас он выглядел вполне безобидно.
Я постоял возле стойки с книгами, взглядом по очереди их пролистывая. Некоторые из них меня заинтересовали, и я даже подумал о том, чтобы их приобрести.
- Ищите что-то конкретное? - Эмиль, наконец, счел возможным обратить на меня свое внимание.
- Хочу обнаружить упоминание одной детали...
- Боюсь, что эти книги вам не помогут. Литература, в которой подробно раскрываются легенды Города, находится у меня в подсобке. А то всякий решится пройти по описанным в ней маршрутах. А они иной раз убивают...
Он, казалось бы, вообще не смотрел в мою сторону, но я ощущал могильный холод, окутывающий меня со всех сторон.
Одна из милых особенностей, по которой Избранные отличают друг друга, заставляющая их испытывать взаимное отторжение. Контакт на человеческом уровне, вероятнее всего, сглаживает ощущение, но при конфликте оно вновь вспыхивает, возвращая к истокам.
- Может быть, оставим склоки, Эмиль?
- О чем вы толкуете, господин Хранитель? - Эмиль, отложив калькулятор в сторону, сделал несколько записей в извлеченной из-под прилавка огромной книге.
Выглядела она похожей на книгу заклинаний, только имела простой клеенчатый переплёт. Судя по всему, это была книга учёта, ведущаяся им века эдак с восемнадцатого.
- Решение ваше - закон, и кто я таков, чтобы оспаривать как его взвешенность, так и целесообразность...
И вновь я почувствовал в его интонациях невыразимое ехидство, но сам Эмиль вроде бы даже не придал особого значения своим словам. Низко склонив голову над прилавком, он старательным почерком заносил цифры в колонки. Завершив свое занятие, подвёл под колонками ровную черту и снова взялся за калькулятор.
- Признаю, я погорячился...
- Ты свёл мою жизнь до существования кольчатого червя, Пауль... Я ни черта не вижу, и больше не могу вести бухгалтерию, как вёл её до этого веками - в своём сознании! Ну, - он поднял голову от прилавка. - Что ты надеешься отыскать в моей лавке? Какая книга, ты полагаешь, прольет свет на тупик, в котором ты оказался?..
Под глазом у Эмиля наливался синевой свежий кровоподтек.
- Что произошло?
- Детали моего бытия никак не смогут помочь вам в вашей проблеме, господин Хранитель... Я вижу, камень изменил цвет, - он кивнул на моё кольцо. - Его всегда бодрят боевые задачи... Что ж, поздравляю, вы делаете успехи. Это случилось раньше, чем я осмелился предполагать...
- Мы можем поговорить, Эмиль? - осведомился я.
- Мы говорили. Много раз. Результатом наших разговоров стало то, что я не могу больше зажечь плиту без спичек, - Эмиль записал под чертой общую сумму, и убрал книгу под прилавок. - Теперь я лишь отвечаю на вопросы. Задавайте! Но учти, Пауль, что энергии потребуется много. Я не Айгуль, и тяжёлыми воспоминаниями меня не вывести из равновесия. Я привык жить с ними, и они меня не страшат...
- И все же при нашем знакомстве мне удалось это сделать! - я начал выходить из себя.
На что я вообще рассчитывал? На то, что он с радостью согласится пойти мне навстречу?
Вот ты придурок, Пауль...
- Да, - подтвердил Эмиль, - не ожидал, что наследный принц побережья, проявит столь большое внимание к столь незначительной персоне, коей я являюсь... Ну, что ж ты, Пауль, замер в нерешительности? Задавай свои вопросы!
- Я могу написать Отцам! - с отвращением к каждому произносимому мною слову проговорил я.
- И что же они сделают, Пауль? - Эмиль снял очки и протёр стекла тряпочкой.
Взгляд его, потерявший ориентиры, придал ему откровенно беззащитный вид, что совершенно не вязалось с дальнейшими словами.
- Отшибут мне что-нибудь плетью, как случалось не раз, и я не смогу даже дёрнуться от боли, потому что иначе из ран выльется эта гадость и прожжет мне кишки? Нашлют приступ острого живота, и мне будет казаться, что мои внутренности пожирают дикие звери?.. Вернут в тот день, когда я смотрел на этот костер, будучи не способным даже заплакать, потому что слезы обладают тем же свойством, что и кровь?.. Ну? Прояви фантазию, Пауль! Сколько бы мы не толкли воду в ступе, это не поможет ни девочке, ни тебе самому...
- Ты знал! - закричал я. - Ты с самого начала знал, что она что-то искала в катакомбах! Что они сделали с ней что-то, что превратило её в чудовище! Знал и молчал, получая удовлетворение от того, что единственный обладаешь этим знанием! Ты предложил мне пойти попросить у них помощи, понимая при этом, что они могут сделать!
- Её ничего не превратило в чудовище, Пауль! - возразил Эмиль. - Она и была чудовищем. Просто она - ребёнок и искренне привязана к тебе, это до поры до времени нивелировало тьму. Они лишь открыли шлюз! Но она и так не смогла бы долго с этим бороться... Когда бы она вошла в переходный возраст...
- Мастер Якоб сопротивлялся подобному!
- Якоб Каннер провел в молениях большую часть своей жизни! И то в момент потрясения тьма порвалась! И потом, Пауль, думаю, ты с трудом представляешь себе, что такое Фрида...
- Какая ещё Фрида?!
- Ведьма, которая передала ей силу.
- Даже Виталий Валентинович не знал! - оторопел я.
- Виталий Валентинович ведал делами региона! - Эмиль водрузил очки на переносицу. - И не лез в чужую епархию. У меня есть и другие контакты... Я навёл справки. Я умею поддерживать отношения с людьми...
- Поэтому тебе и поставили фингал?!
- Это частое дело, Пауль, и даже Хранителю негоже соваться в подобное! - резко ответил Эмиль. - Мы не друзья, чтобы я тебе полностью доверял. Некоторые называют друзьями всех, с кем доводилось распить бутылку, я же никогда не относил себя к таковым! Или воздействуй, или ступай прочь! Я не звал тебя в гости!
Я выбросил вперед поток силы, снеся им стеллаж. Книги в беспорядке рассыпались по полу. Открытки полетели вниз с прилавка и, споткнувшись о толщу воздуха, сперва воспарили, подобно разноцветным осеннним листьям, а потом аналогично осыпались вниз и легли мне под ноги пестрым ковром.
Эмиль присел на корточки, собирая их.
- Необычное решение, господин Хранитель...
- Я уже признавал твоё мастерство и всегда признавал твой опыт... - я начал по очереди поднимать взглядом открытки и складывать их на прилавок. - Но почему же ты, блин, никогда не говоришь мне правду?..
- Потому что это свойство чародея, Пауль! - Эмиль придал стеллажу вертикальное положение. - Против радикала не попрешь!
- Ты в первую очередь человек...
- Нет! Оставь, Пауль, вместо того, чтобы помочь, ты сейчас все мне тут перепутаешь! Они имеют разную цену!
- Это так важно?
- Для тебя, разумеется, нет! Я же живу с этого бизнеса! Ты призываешь меня быть человеком, после того, как вы, хранители тьмы, веками уничтожали в нас все, что свойственно этому званию! Вам важны лишь способности, это для вас представляет единственное значение!.. Вы даже сдохнуть не дадите, они никогда не перебарщивали в своих наказаниях! Я должен быть жестоко страдать, но не загибаться...
- Я не рвался в Хранители! - я бросил открытки и сел на пол, прислонившись спиной к прилавку.
Странно, на дверь никто не вешал защиту, то она ни разу за все это время не дернулась...
- Я не работаю сегодня, - заметил Эмиль. - Снаружи есть табличка. Будь внимательнее! Ты мог отказаться от этой роли, ты же не сделал этого... Теперь это твой крест, вот и неси его! Ты слишком похож на Каннера, Пауль, чтобы не ошибаться...
- Что они хотят, Эмиль?..
- Какого ответа ты ждешь от меня, Хранитель Города? - через стекло во входной двери доносился размеренный гул улицы.
Туристы останавливались, чтобы сфотографироваться, какая-то мамаша безуспешно пыталась оттащить своего ребёнка, ровесника Айгуль, от витрины с фигурками средневековых рыцарей.
- Нам, чародеям, чуждо великодушие. Мы приходим в этот мир, чтобы утолять печали, очаровывать, развлекать, дарить радость и успокоение... Спасение - это ваша тема, целителей!..
- Моя жена умерла, пытаясь помочь!
- Твоя жена, - Эмиль поднялся на ноги, сжимая пачку открыток в руке, - стала бы великой! Если бы смогла держать свой темперамент в узде! Если бы не читала запретную книгу... Если бы не любила тебя любовью, поджегшей Город ещё раньше, чем ты его вознаменился его спалить... Они ждут, Пауль. Ждут... Сила Фриды слишком велика, чтобы избежать соблазна ею воспользоваться!
- Если бы я наложил тогда защиту на крест... - прошептал я.
- Если бы у бабушки был срамной уд, она называлась бы дедушкой... - Эмиль рассортировал открытки по прилавку. - Скажи, ты бы смог принять, что в жилах твоего ребенка пульсирует энергия тёмной ведьмы?
- Я давно это знал!
- Ты знал, но не хотел думать об этом. Ты не смог бы иначе спать по ночам, зная, как близко она находится к твоей жене и твоему пока ещё не рожденному ребенку. Но он, так или иначе, родится... А она уже, боюсь, нашла жертвенник...
- Что она нашла? - похолодел я.
- Жертвенник находится в катакомбах. Они гасят силу, но только до тех пор, пока не принесена жертва. Когда она шла туда, то энергия Фриды бушевала. Они поссорились с Марией, и произошёл прорыв. Безумный скачок Потенциала. Они открыли шлюз, и волны силы затопили ее сознание, как Залив в бурю затапливал прежде Город... Ты, правда, хотел знать это, Пауль?
- Чего они ждут?.. - кровь стучала у меня у висках, руки дрожали, и не сразу удалось раскурить сигарету.
- Ждут, сможешь ли ты с ней справиться. И, если нет, то...
- Ты можешь не продолжать, - сухо кивнул я. - Что от меня требуется? Чем следует тебя отблагодарить?.. Я, надеюсь, не сильно испортил тебе товар? Могу компенсировать...
Эмиль поставил последнюю книгу на стеллаж.
- Успокойся, Пауль. Я ничем не помог, сделал только хуже. Не все следует знать, некоторое знание убивает почище дороги во тьму...
- Я могу побеседовать с Зыкиным... - упрямо повторил я. - Я не терплю подаяний! Услуга за услугу...
- Я уже побеседовал с Зыкиным, - недобро усмехнулся Эмиль. - И что-то мне подсказывает, что мы нашли общий язык... Это моё дело, и я никого не желаю в него впутывать...
- Тогда благодарю! - я протянул ему руку.
Некоторое время Эмиль молча смотрел на меня.
- Якшаться с чародеем, Пауль, не пристало Хранителю. По региону пойдут слухи...
- Мне как-то посрать! - запальчиво произнёс я.
- Ну, дело твоё, коли потом не пожалеешь... - мы обменялись рукопожатием.
Уже находясь на пороге, я вдруг остановился.
- Скажи, Эмиль, что за судьбу они ей приготовили? Ведь Расшифровка, не так ли? Или... - я осекся, глядя, как на его лице проступает смесь горечи и отвращения.
- Нет, Пауль, - наконец, отозвался Эмиль. - Они, по-видимому, планируют дать ей Обходчика. Ту роль, что исполняет сейчас Николай Васильевич...