Об отношениях между иммигрантами

Об отношениях между иммигрантами и российскими женщинами публикаций не так уж и много. Из реального случая могу привести пример поведения обыкновенной русской женщины, приютившей мигранта в своей квартире. Ему был кинут тюфяк в кухоньке шесть метров бывшего общежития. Его угораздило оказаться в провинциальном городке России из Средней Азии. События, по которым он лишился паспорта, мне неизвестны. Знаю, что работал он на пилораме недалеко от места своей локации. Мотив, побудивший приютить мигранта без паспорта у себя на кухне, женщина не объясняет.
И такие случаи не единичны. Тем не менее тема отношений между мигрантами и российскими женщинами не обсуждается, обходят стороной, стыдливо хихикая. А между тем реальность приобретает черный окрас мрачного юмора. Осознание описываемых событий может привести к ужасу и стыду за первоначальную реакцию.
Тема отношений между иммигрантами, мужчинами, приехавшими в Россию на заработки или ПМЖ, и российскими женщинами исследована фрагментарно, а в публичном поле часто сводится к бытовым страшилкам.
Одна из причин — идеологическое табу. Исследование на эту тему чаще всего расценивается как разжигание межнациональной розни. Исследовательские центры избегают сложностей, предпочитая изучать нейтральные экономические вопросы миграции. Частично это связано с размытостью понятия «иммигрант» в России. Люди, которые переехали для работы, учёбы, но при этом сохранили юридические, культурные связи прежнего адреса регистрации, релоканты из Европы, Средней Азии, Африки, Китая и других стран. Это группы имеют мотивацию, доход, культуру. Поэтому средний показатель отношений вывести практически невозможно. Такое понятие, как отношения, представляет собой личную сферу индивида. Отстранённость женщин в обсуждении этой темы продиктована нежеланием получить клеймо «чернильницы», «охотницы за паспортом», «предательницы». Женщины не желают выставлять личную жизнь на обсуждение. В то же время реальность становится всё более осязаемой. В России сохраняется численный перевес женщин. Сердечно-сосудистые заболевания, травматизм и внешние причины ограничивают брачные предложения соотечественников-мужчин. Иммигранты заполняют этот пробел. Если десятилетие назад это были преимущественно рабочие, то сегодня — квалифицированные специалисты, предприниматели и студенты. Они активны в пространстве для совместной или индивидуальной работы и уже стали массовым явлением, привлекая фрилансеров, стартаперов и студентов в тех же кофейнях, коворкингах и университетах. Прагматика сменила романтику. Женщины всё чаще делают выбор в пользу мигранта — это трезвый расчёт и калькуляция. Такой союз открывает доступ к более стабильному доходу партнёра. Тем временем местные мужчины часто делегируют женщинам бытовые обязанности. Такое отношение не может положительно характеризовать местных мужчин, а в случае официального брака не решает ещё и жилищный вопрос через программы поддержки, который предусмотрен для иммигранта. Между тем дети в таких семьях воспитываются в поликультурной среде. В таких семьях ребёнок с детства сталкивается с взаимодействием разных традиций, языков и ценностей, что формирует у него бикультурную или мультикультурную идентичность. Это размывает границы идентичности коренных этнических народов. Такое положение обсуждается и крайне негативно сказывается на настроении коренных народов. Через десяток лет смешанные семьи с участием иммигрантов столкнутся с проблемой обеспечением юридической и социальной защиты. Подводя итог, можно сделать вывод, что отношения между иммигрантами-мужчинами и российскими женщинами превращаются в демографический процесс современной России. Обозначился разрыв между официальной риторикой, общественным восприятием и бытовой реальностью.  Государству придётся начать выстраивать для них инфраструктуру, либо эти семьи окончательно уйдут в тень, формируя закрытые, автономные от государства социальные ячейки.