Её возлюбленный, или Становление миллениала 11

Глава 11

     В пятый раз после увиденной смерти Марины Павел не ревел, не возмущался — он просто сидел, понурив голову. Затем, совладав с собой, повернул голову влево и устремил свой взор на чёрта.
— Я ни при чём, Паш, честно. Я реально думал, что та, её четвёртая, смерть была последней, — начал сразу же оправдываться Варфоломей.
— Вахрам прав, Паш. Мы все так думали. Я и сам-то забыл про эту пятую смерть, — начал защищать чёрта Михаил. — Это трагическое стечение обстоятельств четырёх дур. Первые две дуры, дежурные по станции, вовремя не объяснили чуду моему тех-нику безопасности нахождения на платформе и не проинформировали про специаль-ные щипцы для извлечения вещей. Третья дура в отчаянном порыве спрыгнула на рельсы, наступила на резиновый кожух с высоковольтными проводами и протянула ребёнку руку. А четвёртая дура эту протянутую руку схватила. Я сейчас вспоминаю, что в тот момент даже не успел сообразить, что происходит, а моя подопечная была уже мертва. Я даже нагоняя не получил. Всё моё руководство только разводило руками.
— Что-то тебя снова прорвало, мой друг, — сказал Варфоломей Михаилу почти лас-ково.
— Объяснения принимаются, — сказал Павел, снова понурив голову, и тихо зашептал: «За что? За что ей это? Она… она же нормальный человек. Из плоти и крови. Мало ли что она… когда-то была его. Но сейчас-то… сейчас она… живая. За что… за что он так с ней?»
— За то, что сбежала из-под венца, — услышали хозяин и его гости тихий ответ на поставленный вопрос.
Чёрт, Павел и сидевшие напротив Михаил и Геннадий Петрович удивлённо перегля-нулись. Павел, поддавшись порыву, приподнялся с дивана и вышел из зоны отдыха в шоурум, но никого не увидел. Мужчина растерянно осмотрел торговое пространство и даже заглянул за входную дверь на улицу. Там, кстати, было уже темно. И только развернувшись, чтобы идти обратно в каморку к гостям, Павел увидел тихо сидевшего на ступеньках парня. Им оказался никто иной, как Игорь — просто Игорь, кумир миллионов девчонок. Это был юноша лет тридцати, довольно миловидной внешности и со спортивным телосложением. Он был одет во всё чёрное: кожаную куртку свободного покроя, утеплённое худи, джинсы. И только кеды с красными и белыми вставками выделялись из этого образа цвета «настроения чёрного». На голове у неожиданного гостя были длинные вьющиеся светло-русые волосы, в ушах — две алмазные серёжки.
— Привет, — поздоровался Игорь, сопроводив слова взмахом руки, и мило улыбнулся, обнажая ровные белоснежные зубки.
— Привет, — ответил растерянный Павел.
– Ты выдохни. Я сейчас не просто Игорь-знаменитость. Перед тобой Игорь. Просто Игорь. Чёрт.
– Я тут, – сказал Варфоломей, который вышел из зоны отдыха разыскивать долго отсутствующего Павла.
– Прикольно, – сказал явно опешивший от неожиданности Игорь. – А ангела у вас тут не найдётся? Как бы чёрт есть, нужен же и ангел для противовеса.
– И ангел имеется, – сказал Михаил, вышедший из комнатки вслед за Варфоломеем искать Павла.
– Отличная компания, – протараторил Игорь. – Врагу не позавидуешь.
– А тебя что-то не устраивает? – это уже был последний гость Павла, Геннадий Петрович, вышедший из комнатки вслед за Михаилом искать потерявшегося Павла.
– Так вас четверо. Что же, в эту предновогоднюю ночь квартет плавно превратился в квинтет, – сказал Игорь, улыбаясь.
– Что за предновогодняя ночь? – спросил Павел Геннадия Петровича.
– Сегодня 12 января. Олух ты царя небесного, – ответил за Геннадия Петровича Варфоломей и, обратившись к Игорю, спросил: – Ты зачем здесь? Мы тебя не звали.
– Ты – нет, – ответил Игорь Варфоломею и, кивнув на Геннадия Петровича, продол-жил: – А вот он — да. Для этого и устроил всё это представление в предновогоднюю ночь по старому стилю.
– А должен же я был как-то тебя замотивировать на ответные действия. Ты, юноша, совсем обнаглел. И страх потерял. И берега попутал. Как мне ещё ругнуться, чтобы ты понял силу моего гнева? – сказал разгорячённый Геннадий Петрович.
– А что я делал!? Я просто хотел вернуть то, что принадлежит мне по праву, – сказал вначале, резко повысив голос, Игорь, а потом, посмотрев на Михаила, как будто опомнился и, понизив голос почти до шёпота, продолжил: – Блин. Я мелким был. Я не знал ничего. Мне казалось, что всё, что происходило с Мариной, мне снится. Раз за разом, раз за разом. Мне было больно. Мне чертовски было больно. Но я не мог ничего поделать, да и сказать было некому. Я лишь сжимал зубы и стремился к этому часу, в котором смогу с ней соединиться. Смогу хотя бы ей написать, а возможно, даже увидеть. Сорок лет. Сорок грёбаных лет без неё. Без её улыбки, без её глаз, без её… ласк.
– Ты сам виноват, – сказал Михаил, тихо стоявший поодаль от всех.
– Да знаю я, Алессио. Знаю, что виноват, – сказал Игорь сам, неожиданно для себя, и даже икнул, а потом, ни к кому толком не обращаясь, спросил: – Что это было-то?
– Полагаю, точка совпадения сыграла, – сказал Геннадий Петрович. – Поздравляю, мы с вами прошли контрольную точку планеты Земля и… Как там ваша планета Ингвар называется?
Игорь улыбнулся, можно сказать, дьявольской улыбкой и ответил на заданный вопрос:
– Планета называется Земля.
Геннадий Петрович тоже улыбнулся недоброй улыбкой и сказал: «Да, конечно. Тогда следующий вопрос: из какой системы ваша планета?»
– Из Солнечной системы, – не сдавался Игорь.
– Третий вопрос, – не унимался Геннадий Петрович, – а ваша Солнечная система — часть какой галактики?
– Скорпиона. Я из галактики Чёрного Скорпиона. Доволен?
– А то как же. Очень доволен. И что вы тут делаете? Ну, в смысле, на Земле.
– Спасаем Землю от уничтожения.
– Ты спасаешь?
– Эйриника спасает, а я мешаю. Доволен?
– Почти.
– И кто же она, и кто ты?
– Она посланный нашим правительством доброволец. Здесь, на Земле, она Марина, служит работником света или земным ангелом, призванным возвысить человеческое сознание и восстановить чувство единства и гармонии в вашем мире. Она — мост, тот, кто может объединить людей из разрозненных фракций общества или сплести противоположные энергии в красивую смесь. И от того, как она проживёт свою жизнь, каких людей встретит, что увидит, что услышит, — и зависит вся наша дальнейшая жизнь.
– Молодец, экзамен сдан. Так какого лешего ты вмешивался? Какого лешего её постоянно призывал?
– Повторяюсь, молодой я был, мало что понимал. Да и не знал нифига. У нас, у по-сланцев из космоса, только в тридцать лет на Земле открывается, так скажем, третий глаз. Не буду вдаваться в подробности.
– Да, в принципе, и не надо.
– Я, конечно, извиняюсь, что встреваю в ваш «экзамен», – сказал Варфоломей, изобразив пальцами кавычки, и продолжил: – Но может, мы все-таки переместимся для беседы в более комфортные условия? В каморку для отдыха, например. И может, закажем еды какой-нибудь? Что, возможности пропадать?
– У меня, кстати, всё с собой. В машине, сейчас принесу, – сказал Игорь и хотел при-встать со ступенек, но чуть не упал. – Блин, нога… Совсем забыл про неё. Алессио. Блин…
– Михаил, – напомнил ангел своё имя.
– Да, Михаил, подай мне вон там, при входе за стендом с кранами, костыли. Свали-лись туда, блин.
Михаил выполнил просьбу Игоря, достал костыли и принёс их ему. Затем, помогая юноше, вышел с ним за дверь шоурума. Вернулись они через пару минут, в руках Михаила были два увесистых пакета с продуктами и выпивкой.
– О-о-о, – сказал восторженно Варфоломей. – Ты мне, как тебя там… Ингвар, всё больше и больше нравишься.
– Тогда почему ты, чёрт Варфоломей, всё время мне вставлял палки в колёса? – спросил Игорь, ковыляя на костылях по немому приглашению Павла в зону отдыха.
– Так работа такая, – ответил Варфоломей, когда все пятеро разместились на диванах: Варфоломей и Геннадий Петрович – на одном диване, а Игорь, Михаил и снующий туда-сюда Павел – на другом.
– Работа — всем мешать? – спросил Игорь, откупоривая бутылку дорогого коньяка.
– В том числе мешать. Я чёрт. Злой дух — озорной, игривый и похотливый. Верный слуга Чернобога из Нави, его посланник, его глаза и уши в мире Яви. Не забывай об этом.
– Хорошее прикрытие ты для себя выбрал, Хельго.
– Рассмотрел, наконец, мою истинную сущность, Ингвар.
– Рассмотрел, предатель.
– Вот и ладушки. Вот со всеми и познакомились, – сказал Геннадий Петрович и, улыбнувшись, продолжил: – А теперь слушаем вашу историю. Историю квартета планет Земли из Солнечной системы галактики Чёрного Скорпиона: Ингвара, ныне Игоря, его наречённой Эйриники – Марины, его друга Алессио – Михаила и недруга Хельго – Варфоломея.
– Стоп, стоп, парни. Я не для того сегодня пришёл сюда, – остановил ностальгию по прошлому  Варфоломея и Михаила.
– А для чего ты сюда пришёл? – спросил Геннадий Петрович.
– Так вы же меня вызвали: «Должен же я был как-то тебя замотивировать на ответные действия». Ваши слова минуту назад.
– Ну и… что ты ещё хочешь увидеть из прошлого Марины, чтобы увидеть полную картину её бытия без тебя?
– Брак и развод. Что там было? Почему развелась? Почему без детей? – перечислял быстро, быстро свои вопросы Игорь, смотря Павлу в глаза.
– Нет, ребят, нет. Я пас, – хотел ответить Павел, стоящий в дверях комнаты отдыха. Но, внимательно посмотрев на страдальческое лицо Игоря, вслух сказал:
– Хорошо, – и присел вместе с Михаилом на диван.