Вернуться в Россию стихами. Вадим Крейд

Попав на Запад в 1973 году, Вадим Крейд взял на себя практически непосильную работу – поднять тяжелый пласт русской зарубежной истории, написать историю этой литературы. Как результат этого труда, он издал больше 40 книг и антологий, таких как «Ковчег», «Вернуться в Россию стихами», «Духовная лирика русских поэтов», «Поэты парижской ноты», «Русские поэты Китая» и многие другие, включая вышедшую в американском издательстве, антологию поэтов первой волны эмиграции «Русские поэты Америки». В нее включены имена более 60 поэтов, многие из которых оставались до сих пор  забытыми.  Газетой «Книжное обозрение» был сделан рейтинг современной интеллектуальной литературы. Книги Вадима Крейда «Вернуться в Россию стихами» и «Воспоминания о Серебряном веке» заняли первое место.
***

Вешний день, вишневое цветенье
и круженье пчел –
самое простое поученье
заново прочел.
Май весны и сад благоухает,
вот уже сирень
лепестки под солнцем распускает,
и лиловей тень.
Самая невинная затея –
лечь в тени в траву,
на шмеля мохнатого глазея,
сочинить строфу –
про сирень, шмеля, цветенье вишни,
вот про этот час,
зная, что глядит на нас Всевышний
и что любит нас.

* * *

Когда вечерний горизонт
как храм сооружен,
когда невольный этот сон
уже преображен,
таись, молчи, не говори,
сожги свои мосты
в пунцовом пламени зари,
как стружки бересты,
и пусть земля небес милей,
ты не гляди назад
на этот бред земных полей,
на этот грустный сад.

* * *

Час четвертый – и солнце и лето
смоляные стволы на холме,
в дланях Бога согрета планета.
Ты сидишь на скамье, на корме.
Все затихло на озере сонном –
листья лилий, лазурь, иван-чай,
в этот час в этом месте укромном
слышать музыку сфер невзначай.
Ветер стих, не качается вереск,
счастьем пахнет горячий чабрец,
и мыслительный длительный дребезг
покидает твой ум наконец.
Медных струн в отдалении близком,
еле слышным над зеркалом вод
Рокотаньем... их гул обелиском
благодати в лазури плывет.

* * *

Господь, легка Твоя свобода
как сразу в грудь она легла,
от небосвода к небосводу
она влекла, она влекла,
вернув надеждам и затеям
их кристаллическую соль,
и поневоле ротозеем
стоишь среди былых неволь.

* * *

Без племени и без рода
без родины, без любви,
без крова, без идеала,
без звона стихий в крови,
без мира, без друга, без блага
земного светлого дня,
но только бы не без Бога,
а если – то без меня.