Наташа и романтический вечер с Глобусом

  На следующее утро Наташа пришла в «Пятёрочку» как обычно — ну, почти как обычно: в кармане лежал сложенный вчетверо лист бумаги. Официальное предложение от Говорящего Глобуса.
  Не брачное, конечно. А «предложение о культурном партнёрстве и совместном исследовании мира через призму кисломолочных продуктов». Подписано меридианами и скреплено маленьким штампом: «Утверждено по всем часовым поясам».
  — Ну что, — сказала Наташа, доставая Глобус из коробки, где он ночевал на складе, — раз уж мы теперь официальные партнёры, давай устроим не лекцию, не рубрику, а… романтический вечер.
  Глобус тихонько загудел, будто у него внутри закрутились все параллели разом.
  — Романтический? — переспросил он осторожно. — Это когда свечи, скрипка и кто-то говорит «ты — мой север, ты — мой юг»?
  Наташа хихикнула:
  — Можно и без скрипки. Но точно с красивым местом. Давай на той самой полянке, где ты лето вернул. Хочу, чтобы было тихо, и чтобы ты крутился чуть-чуть — как будто звёзды.
  — Принято, — важно ответил Глобус, прижимаясь к Наташе и устраиваясь между ее ног. Он начал крутиться быстрее. Наташа закрыла глаза.
  — Маршрут проложен. И… у меня есть бонус, — тихо прошептал он.
   Глобус вдруг не просто повернулся — он завертелся вихрем. Меридианы слились в светящиеся кольца, параллели заискрились, будто кто-то щёлкнул выключателем у целой галактики. Он крутился всё быстрее, и от этого вращения воздух на мгновение стал густым, как тёплый сироп, а тени на траве заплясали, словно лесные духи.
  Наташа задрожала — но не от холода, а от того самого восторга, когда мир вдруг показывает тебе изнанку чуда. Ей казалось, что она слышит, как где-то далеко плещутся океаны, как в степях звенит трава, как на далёких горах скрипит снег. Будто Глобус не крутился, а разворачивал перед ней весь земной шар сразу — целиком, без пропусков, без карт и учебников, просто как живую историю.
  — Ух… — выдохнула Наташа, прижав ладони к щекам. — Я будто одновременно стою на всех пляжах мира!
  Глобус замедлился, сделал ещё один плавный оборот и замер, мягко светясь.
  — Это экспресс-тур, — пояснил он немного смущённо, будто сам не ожидал, что получится так мощно. — Иногда, чтобы почувствовать масштаб, нужно на секунду увидеть всё сразу. Но я знаю, что долго так нельзя: голова закружится даже у бывалого путешественника.
 
   Утро в «Пятёрочке» начиналось как обычно: звякали тележки, шуршали пакеты, а кофе в автомате делал вид, что он настоящий. Наташа стояла у витрины с молочкой, аккуратно выравнивала бутылки кефира — одну к одной, этикеткой вперёд — и улыбалась так, будто знала какой-то очень хороший секрет.
  Лена подошла, потёрла глаза и посмотрела на подругу с подозрением:
— Ты чего такая… светящаяся? Опять грибы?
  Наташа рассмеялась:
  — Нет, Лен. Никаких грибов. Вчера у меня был романтический вечер. С Глобусом.
  Лена замерла с коробкой йогуртов в руках:
  — С каким глобусом? Учебным? Из школы?
  — С моим. Говорящим. Мы занимались любовью. Прямо на полянке. А потом пили кефир — потому что это наш ритуал.
  Лена осторожно поставила коробку:
  —   Наташ, ты сейчас серьёзно?
  — Абсолютно. И знаешь, что самое крутое? Он не говорил красивых слов про «ты моё солнце». Он сказал: «Когда ты рядом, мир становится маленьким и тёплым». И вот от этого у меня до сих пор мурашки.
  Игорь, грузчик, который как раз проходил мимо с паллетой молока, хмыкнул:
  — Ну, если глобус говорит лучше некоторых людей — я его уважаю.
  Наташа подмигнула:
  — Вот и я о том. 
  Тут из подсобки выкатился сам Глобус — видимо, проснулся и решил, что не стоит пропускать утренний брифинг. Он тихонько загудел, сделал изящный полуоборот и замер рядом с Наташей.
  — Доброе утро, команда, — торжественно произнёс он. — Сегодняшний прогноз: облачно с прояснениями, вероятность уюта — 100%. И у нас новая тема рубрики «География кефира»: кумыс и традиции гостеприимства в степях.
  Лена посмотрела на Глобус, потом на Наташу, потом снова на Глобус. И вдруг расплылась в улыбке:
  — Знаете, а я, пожалуй, даже рада, что у нас тут теперь не просто магазин. Тут теперь… штаб романтики и географии.
  Наташа тихо хихикнула, взяла бутылку кефира и поставила её на самое видное место:
  — Пусть будет лицом витрины. Как символ того, что даже в самом обычном продукте может прятаться целая вселенная.
  Глобус тихонько подкрутился, будто соглашаясь:
  — И эта вселенная начинается с одного маленького вечера на полянке.