Как я обманул собственного сына

 
     Ага, обманул семилетнего ребенка и ещё радовался и гордился при этом. Да я и сейчас, вспоминая, испытываю гордость.

     По порядку. Сам я из этих – из мальчиков в колготках.

     Да при чём тут ваша Кончита Вурст! Говорю – я из того поколения, в котором все мальчишки лет, наверное, до восьми вырастали в колготках. В коричневых, серых, зелёных, тёмно-красных и болотного цвета хлопчатобумажных колготках.

     В таких, знаете, с одним швом спереди и двумя сзади (это чтобы в них марлевый подгузник мог поместиться). Вроде не перепутаешь, но, одеваясь самостоятельно, мелочь частенько натягивала их задом наперёд.

     Я и сам до сих пор хорошо помню эти ощущения: надел «нижние штаны» не по правилу (сам ты «жёлтым вперёд, коричневым назад»! говорю же – спереди один шов, сзади два), и сразу чувствуешь – не то. И на ноге всё от самой пятки перекручено, и на животе не так сидят, не комфортно. Спереди тряпочки получается с излишком, и она некрасиво-неудобно пузырится и топорщится, а сзади наоборот – колготки  натягиваются, врезаются и самым неприличным образом сползают при каждом наклоне.


     Все детские вещи в то время производились строго по ГОСТам, которые запрещали добавление синтетики в одежду для самых маленьких. И наши колготки на сто процентов состояли из хлопка. Никакого эластана, лайкры и чего-либо подобного.

     А хлопковая нить сама по себе совсем не эластичная, и при движении трикотажная ткань из неё растягивалась, а обратно уже не стягивалась. И со временем – ну просто очень быстро – на коленях и лодыжках образовывались уныло висящие складки-пузыри, да и все колготы шли неаккуратной гармошкой.

     После стирки в горячей воде колготки сильно садились, поэтому обычно их покупали на вырост. Из-за этого пятка запросто могла торчать где-нибудь в районе ахиллова сухожилия, а то и выше.

     А ещё после стирки и сушки на батарее они становились дубово-жесткими, и их нужно было хорошенько размять руками, прежде чем надевать.

     А зимой маленьким мальчишкам поверх этих колготок надевали колючие уличные штаны начесом наружу, а школьниками младших классов – шерстяные или полушерстяные школьные брюки. В сочетании хлопок в рубчик и колючая шерсть вызывали жуткий зуд, и приходилось постоянно чесать ноги.

     Но это всё мелочи. Хуже всего в колготках было то, что это девчачья одежда. То есть те колготки, которые мамы и папы натягивали на мальчишек по утрам, ничем не отличались от колготок для девочек. Ну разве что цветом иногда – девочки могли носить ещё и белые колготки. Ни один уважающий себя мальчишка на такое бы не пошёл. Сам – никогда.

     И вот я рос-рос в колготках, потом – расс! – большой вырос. Очень хорошо помню этот момент. Стою такой решительный и говорю маме и папе – дескать, больше никогда. В смысле, никогда больше колготки не надену. Хоть убивайте.

     А я ж, повторюсь, на тот момент уже совсем почти взрослый стал. Восемь лет, не жук чихнул. И родителям пришлось смириться. За эти восемь лет мы с ними уже очень хорошо познакомились, и они знали, что у меня характер – ангельский. И что обычно со мной договориться не просто, а очень просто. Но если я упёрся, то дешевле и проще нового ребёнка завести, чем пытаться меня подвинуть.

     Потом я постепенно становился всё взрослее и взрослее. Учился, начал работать, женился, у нас с женой родился сын, и мы его тоже стали в колготки одевать, а он ворчал и пытался рассказывать нам, что он не девчонка, чтобы…

     А потом он тоже взрослый вырос. Семь лет человеку стукнуло. Завтра в школу идти. И ему совершенно не хочется опозориться перед новыми товарищами, в первый же день явившись в «дурацких девчачьих колготках».

     Я ему говорю:
     – Саня, во-первых, завтра будет прохладно, а во-вторых, кто там к тебе в штаны с проверкой полезет?

     Санька говорит:
     – Может, и никто, но сам я буду знать, что на мне дурацкие девчачьи колготки. Это позор.

     – Хорошо, – говорю я. – Девчачьи – это позор. А спецколготки для космонавтов наденешь?

     – Для космонавтов? – спрашивает.

     И чувствую – зацепило. Про космонавтов ему интересно.

     – Для космонавтов, – твёрдо отвечаю я, стараясь выглядеть максимально убедительно.

     И нахожу нужный том в детской энциклопедии и показываю ему картинку. На моё счастье, не очень разборчивую.

     – Вот, – говорю. – Специальный костюм космонавта. Полный комплект. Сверху надевается скафандр, а под ним – смотри сам – спецфутболка с длинным рукавом и спецколготки. Такие будешь носить?

     Ребёнок долго изучает картинку, зачем-то переворачивает страницу и смотрит-проверяет – что там, с обратной стороны, и наконец решительно говорит:
     – Буду. А где возьмём?

     Я говорю:
     – Уже взял. Специально выпросил у знакомого космонавта. Хотели с мамой тебе на день рождения подарить, но раз такое дело… Всё ж таки первый раз в первый класс. Тоже не рядовое событие. Щас…

     И я достаю из шкафа две пары новеньких ненадёванных колготок. Как говорится, муха не сидела. И одни удачно чёрные, а вторые ещё удачнее тёмно-синие.

     Так получилось, что раньше мы ему других цветов колготки покупали, а тут вот – совершенно случайно – такие попались. Почти точь-в-точь как у космонавта на картинке. Особенно тёмно-синие.

     И ребёнок чуть с ума от счастья не сошёл.

     – Можно, – спрашивает, – я их прямой сейчас надену?

     – Почему же нет, – говорю. – Твои колготки. Надевай, когда захочешь. Только аккуратно носи. Вещь очень редкая, просто так в магазине не купишь.

     – Это понятно, – говорит сын. – Для космонавтов же.

     И надевает. Сначала чёрные. Потом снимает и надевает тёмно-синие. Потом опять чёрные.

     И ходит в них весь день, не снимая.

     И на следующий день идёт в них в школу. В тёмно-синих.

     А спустя неделю, на первом родительском собрании мне родители других мальчиков говорят:
     – Сашин папа! Вы наш спаситель и вообще молодец! Огромное вам спасибо за идею! Наши мальчишки по утрам без всякого скандала надевают под штаны космонавтские спецколготки, и у нас теперь голова не болит, что дети могут замёрзнуть на улице.

     И все присутствовавшие на собрании папы подошли и пожали мне руку. А одна мама даже расцеловала.