Глава 44. Внутренний мир, из которого все отходили

Глава 44. Внутренний мир, из которого все отходили подальше

Дверь распахнулась.

Изнутри что-то грохнуло.

Петрович сделал шаг назад.

— Я предупреждал.

Александр Кожухов стоял в проёме и улыбался.

— Не бойтесь.

— Поздно.

— Это просто шкаф упал.

— Сам?

— Почти.

— Ещё лучше.

***

Сергей заглянул внутрь.

На первый взгляд — обычная комната.

Стол.

Стул.

Книжный шкаф.

Лампа.

Чашка.

Пальто на спинке.

Но чем дольше он смотрел, тем сильнее пространство начинало меняться.

Стол отодвинулся.

Шкаф вытянулся вверх.

Стена отъехала.

Из-за неё появилась ещё одна комната.

Потом ещё одна.

Потом коридор.

Потом лестница вниз.

Петрович:

— Вот теперь уже похоже на внутренний мир.

Кожухов:

— Я же говорил.

— Вы говорили коротко.

— Поэтому и дошло.

***

На первой стене висела табличка:

**ОБЫЧНЫЙ Я**

Ниже:

**НЕ ПОДХОДИТЬ СЛИШКОМ БЛИЗКО**

Петрович:

— Очень гостеприимно.

Кожухов:

— Это не для гостей.

— А для кого?

— Для тех, кто думает, что уже меня понял.

Сергей:

— А таких много?

Кожухов усмехнулся.

— После близкого знакомства становится меньше.

***

Они вошли.

Первая комната была почти пустой.

Спокойной.

Кожухов сел.

— Здесь обычно всё начинается.

— Что?

— Человек знакомится.

— И?

— Видит нормального человека.

Петрович:

— Уже подозрительно.

— Потом подходит ближе.

На дальней стене появилась дверь.

Над ней:

**ПОБЛИЖЕ**

Мальчик с белым листом:

— Открываем?

Петрович:

— Нет.

Сергей:

— Да.

— Я знал.

***

За дверью была мастерская.

Но не художественная.

Сотни ящиков.

На каждом — слово.

**СТРАННОСТИ**

**СТАРЫЕ ОБИДЫ**

**НЕЛЕПЫЕ ИДЕИ**

**НЕПРИЛИЧНЫЕ ШУТКИ**

**СОМНЕНИЯ**

**ПРОТИВОРЕЧИЯ**

**ТО, ЧТО ЛУЧШЕ НЕ ОБЪЯСНЯТЬ**

**ТО, ЧТО Я САМ НЕ ПОНИМАЮ**

Петрович:

— Последний ящик мне нравится.

Сергей:

— Почему?

— Честный.

***

Кожухов открыл «СТРАННОСТИ».

Оттуда вылетела резиновая утка в короне.

Села на шкаф.

Сергей:

— Это что?

— Не знаю.

Петрович:

— Отличный внутренний мир.

Открыли «НЕЛЕПЫЕ ИДЕИ».

Оттуда выкатился велосипед без переднего колеса.

— Зачем?

— Никогда не выяснял.

— А ездит?

— Иногда.

Робот:

— Конструкция функционально неопределённа.

Петрович:

— Не трогай. Это личное.

***

Из ящика «СОМНЕНИЯ» пошёл шёпот.

— А вдруг?

— А если?

— А точно?

— А зачем?

— А вдруг наоборот?

Робот прислушался.

— Высокая частота альтернативных гипотез.

Кожухов:

— Это меня иногда спасает.

— А иногда?

— Не даёт уснуть.

***

Сергей открыл «СТАРЫЕ ОБИДЫ».

Оттуда ничего не вышло.

Только запах.

Сырой.

Тяжёлый.

Кожухов быстро закрыл.

— Это пока не надо.

Сергей:

— Почему?

— Потому что внутренний мир — не музей для экскурсии.

Петрович:

— Первый разумный запрет за четыре главы.

***

Они пошли дальше.

Коридор сузился.

Стены стали ближе.

На них висели фотографии.

Кожухов в разных возрастах.

С друзьями.

Один.

На улице.

За столом.

Но лица других людей были размыты.

Сергей:

— Почему?

Кожухов:

— Потому что это не их рассказ.

Петрович:

— Уважаю.

***

Следующая дверь:

**ЧТО Я ГОВОРЮ**

За ней стоял Кожухов.

Только другой.

Улыбчивый.

Лёгкий.

— Всё отлично.

— Всё нормально.

— Не переживайте.

— Да бросьте.

— Ерунда.

— Я не обиделся.

Петрович:

— Очень знакомый персонаж.

Сергей:

— А следующая?

Дверь рядом:

**ЧТО Я ДУМАЮ**

Открыли.

Там тот же Кожухов сидел на полу.

— Зачем я это сказал?

— Почему они решили, что мне всё равно?

— Почему я сам сделал вид, что мне всё равно?

— И зачем теперь объяснять?

Петрович тихо:

— Уже ближе.

***

Кожухов пожал плечами.

— Ну вот.

— Что?

— Обычно на этом месте люди и начинают отходить.

— Почему?

— Потому что нормальный человек должен быть последовательным.

Робот:

— Это спорное нормативное утверждение.

— Спасибо.

— Вы хотите сказать, что человек может одновременно демонстрировать одно и переживать другое?

— Постоянно.

Петрович:

— Наконец-то робот открыл человечество.

***

Дальше шла комната без окон.

В центре — круг.

Кожухов:

— Сюда обычно никто не доходит.

— Что здесь?

— Я, когда никого нет.

Петрович:

— А вы сейчас есть?

— Не уверен.

Мальчик:

— А что вы делаете, когда никого нет?

Кожухов задумался.

— Примеряю разные версии себя.

В круге начали появляться фигуры.

Серьёзный Кожухов.

Злой.

Смешной.

Трусливый.

Смелый.

Мелочный.

Щедрый.

Обиженный.

Равнодушный.

Влюблённый.

Уставший.

Самоуверенный.

Растерянный.

Петрович:

— Многовато.

Кожухов:

— Вот поэтому и сюрпризы.

***

Сергей смотрел на фигуры.

— А какая настоящая?

Кожухов:

— Я знал, что вы спросите.

— И?

— Не знаю.

— Все?

— Иногда.

— По очереди?

— Иногда одновременно.

Робот:

— Взаимоисключающие состояния могут сосуществовать как потенциальные реакции, но не обязательно как текущие.

Кожухов:

— Видите, даже он начал оправдывать.

Петрович:

— Он не оправдывает. Он уже живёт здесь.

***

Белый лист поднялся.

На нём:

**ЧЕМ БЛИЖЕ МЫ ПОДХОДИМ К ЧЕЛОВЕКУ, ТЕМ МЕНЬШЕ ОН ПОХОЖ НА ОДНО ОПРЕДЕЛЕНИЕ.**

Ниже:

**БЛИЗОСТЬ НЕ УПРОЩАЕТ ЧЕЛОВЕКА. 
ОНА ДОБАВЛЯЕТ ДЕТАЛИ.**

Кожухов посмотрел.

— Вот это уже опасно.

— Почему?

— Теперь вы начнёте считать меня глубоким.

Петрович:

— Не переживайте. Я пока считаю вас сложным.

***

В стене открылась новая дверь.

Надпись:

**ЛИЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО**

Кожухов сразу встал.

— Стоп.

— Что?

— Туда без приглашения нельзя.

Петрович:

— Наконец-то.

Сергей:

— Даже нам?

— Особенно вам.

— Почему?

— Потому что вы сейчас начнёте превращать всё в главу.

Сергей замолчал.

Кожухов улыбнулся.

— Видите?

— Что?

— Уже ближе.

***

Мальчик подошёл к двери.

— А если я просто постучу?

Кожухов:

— Можно.

Он постучал.

Тишина.

Потом изнутри:

— Кто?

Мальчик:

— Я.

— Зачем?

— Не знаю.

Кожухов:

— Хороший ответ.

Дверь приоткрылась.

Совсем немного.

Внутри ничего не было видно.

Только тёплый свет.

И голос:

— Этого достаточно.

Дверь закрылась.

Петрович:

— Вот это мне нравится.

Сергей:

— Что?

— Не всё надо открывать.

***

Они вернулись в коридор.

Но теперь он изменился.

Стены раздвинулись.

Кожухов выглядел спокойнее.

— Почему?

— Потому что вы не полезли.

— И?

— Обычно после уважения границы пространство само расширяется.

Робот:

— Интересный поведенческий механизм.

Петрович:

— Запиши, но не запатентуй.

***

Вдруг раздался звонок.

На стене появилась красная лампа.

**ПРИБЛИЖЕНИЕ**

Кожухов нахмурился.

— Кто-то ещё идёт.

— Кто?

— Не знаю.

Дверь распахнулась.

Вошёл человек с огромной лупой.

На груди:

**ЭКСПЕРТ ПО ЛИЧНОСТИ**

Петрович:

— Всё. Бежим.

Эксперт:

— Александр Кожухов?

— Да.

— Я изучил вас.

— Когда?

— По странице.

— Какой?

— Публичной.

— И?

Эксперт раскрыл папку.

— Вы ироничный интроверт с выраженной защитной дистанцией, склонностью к скрытому самонаблюдению и парадоксальному мышлению.

Кожухов:

— Ого.

Сергей:

— Откуда это?

— Из двух строк.

Петрович:

— Очень экономный эксперт.

***

Кожухов подошёл ближе.

— Вы меня знаете?

— Достаточно.

— Что я ел сегодня?

Эксперт замолчал.

— Не относится к личности.

— С кем я поссорился пять лет назад?

— Неважно.

— Чего я боюсь?

— Защитной близости.

— Я этого не говорил.

— Вы не обязаны осознавать.

Петрович:

— Сильная система. Возражение уже включено в доказательство.

Робот:

— Самозамкнутая интерпретация.

— Переведи.

— Любой ответ подтверждает первоначальную гипотезу.

— Вот.

***

Эксперт продолжил:

— Когда человек говорит, что не хочет быть классифицирован, это часто означает сопротивление точной классификации.

Кожухов:

— А если классификация просто плохая?

— Типичный ответ.

— А если я сейчас вас выгоню?

— Защитная реакция.

— А если чаем угощу?

— Компенсаторное расположение.

Петрович:

— Александр, сдавайтесь. Он бессмертен.

***

Сергей:

— А что могло бы опровергнуть вашу гипотезу?

Эксперт задумался.

— Что?

— Какой факт заставил бы вас сказать: «Я ошибся»?

Эксперт молчал.

Робот:

— Если отсутствует потенциальный опровергающий факт, система плохо различает проверку и интерпретацию.

Петрович:

— Опять хорошо сказал.

Эксперт побледнел.

— Вы усложняете.

— Нет, — сказал Сергей. — Мы просто оставляем человеку возможность оказаться не таким, каким вы его уже назначили.

***

Кожухов рассмеялся.

— Вот это мне нравится.

Эксперт:

— Почему?

— Потому что я могу вас удивить.

— Я готов.

Кожухов взял с полки резиновую утку в короне.

И поставил её эксперту на голову.

Петрович сел на пол от смеха.

Эксперт замер.

— Что это значит?

Кожухов:

— Не знаю.

— Должно что-то значить.

— Не должно.

— Любое действие имеет психологическую причину.

— Возможно.

— Какую?

— Может, мне просто захотелось поставить вам утку на голову.

Эксперт:

— Почему захотелось?

Кожухов:

— Потому что она была рядом.

Эксперт схватился за папку.

— Неприемлемо мало смысла.

Петрович:

— Наконец-то победили.

***

Но утка закрякала.

Все замолчали.

Кожухов:

— Она раньше так не делала.

Утка спрыгнула.

Побежала по коридору.

Открыла дверь «ЛИЧНОЕ ПРОСТРАНСТВО».

Кожухов:

— Эй!

Все бросились за ней.

***

За дверью был не секрет.

И не воспоминание.

Там стоял огромный город.

Миллионы квартир.

В каждой — внутренний мир человека.

Стены были тонкими.

Очень тонкими.

Через них просачивались звуки.

Мысли.

Запахи.

Музыка.

Чужие фразы.

Обида.

Смех.

Сергей:

— Что это?

Кожухов:

— Не знаю.

Робот:

— Похоже на систему близости.

Петрович:

— Опасное название.

***

Между квартирами ходили люди.

Одни стучали.

Другие входили без спроса.

Третьи ставили замки.

Четвёртые вообще сняли двери.

Пятые построили стены толщиной в метр.

Шестые жили в проходных комнатах, где через них постоянно кто-то шёл.

Мальчик:

— А как правильно?

Сергей:

— Не знаю.

Кожухов:

— Наконец-то.

***

На одной двери:

**ВХОДИТЕ БЕЗ СТУКА**

Внутри человек кричал:

— Почему никто не уважает мои границы?!

Петрович:

— Сложный дом.

На другой:

**НИКОГО НЕ ПУСКАЮ**

Изнутри:

— Почему я один?!

Петрович:

— Ещё сложнее.

На третьей:

**СТУЧАТЬ**

Сергей постучал.

— Кто?

— Сергей.

— Зачем?

— Познакомиться.

Пауза.

— Сегодня не хочу.

— Хорошо.

Петрович:

— И всё?

— Всё.

Дверь через минуту сама приоткрылась.

— А завтра можете.

Кожухов улыбнулся.

— Вот.

***

Эксперт по личности тоже вошёл в город.

Он бросился к дверям.

— Я могу определить оптимальную дистанцию!

Кожухов:

— Не надо.

— Для каждого типа личности она рассчитывается!

— Особенно не надо.

Робот:

— Универсальная дистанция маловероятна.

Эксперт:

— Тогда индивидуальная!

Сергей:

— Кто её определяет?

— Я.

Все одновременно:

— Нет.

***

Город задрожал.

Все двери начали менять расстояние.

Некоторые отодвигались.

Другие приближались.

Две комнаты слились.

Три разошлись.

Одна квартира вообще поднялась в воздух.

Робот:

— Пространство реагирует на отношения.

Петрович:

— Опять буквальная метафора.

— Да.

Кожухов:

— И очень точная.

***

К одной двери подошла женщина.

Постучала.

Мужчина открыл.

Она шагнула ближе.

Он отступил.

Она ещё шаг.

Он ещё.

— Что случилось? — спросил Сергей.

Женщина:

— Мы близкие люди.

Мужчина:

— Были.

— Я хочу поговорить.

— Не сейчас.

— Почему ты закрываешься?

— Потому что мне нужно пространство.

— Значит, я тебе больше не нужна?

— Я этого не говорил.

Она приблизилась ещё.

Комната мужчины стала уменьшаться.

Стены сдавили его.

Кожухов тихо:

— Вот.

***

С другой стороны мужчина подошёл к женщине.

Она открыла дверь.

Он остался далеко.

— Заходи.

— Не хочу давить.

— Я сама приглашаю.

— Лучше держать дистанцию.

— Но мне сейчас нужна близость.

Он отступил ещё.

Её комната стала огромной и пустой.

Петрович:

— Значит, слишком далеко тоже можно.

— Конечно, — сказал Кожухов.

***

Белый лист поднялся.

На нём:

**БЛИЗОСТЬ — НЕ МИНИМАЛЬНОЕ РАССТОЯНИЕ.**

Ниже:

**ГРАНИЦА — НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО СТЕНА.**

Ещё:

**УВАЖЕНИЕ К ДИСТАНЦИИ — ЭТО УМЕНИЕ ЗАМЕЧАТЬ, КОГДА ДРУГОЙ ПРИБЛИЖАЕТСЯ И КОГДА ОТХОДИТ.**

Петрович:

— Хорошо.

Кожухов:

— Да.

— А ваша фраза?

Кожухов улыбнулся.

— Какая?

Петрович:

— «Узнав меня поближе, многие стали держаться подальше».

— Она всё ещё верна.

— И что теперь в ней изменилось?

Кожухов подумал.

— Раньше это была просто шутка.

— А теперь?

— Теперь я понимаю, что иногда это не отказ от человека.

— А что?

— Просто поиск расстояния, на котором отношения ещё могут жить.

***

Город начал складываться обратно в комнату.

Дома исчезли.

Двери сжались.

Коридор стал обычным.

Утка вернулась на шкаф.

Эксперт по личности исчез.

На его месте лежала папка.

Петрович открыл.

Все страницы пустые.

— Правильный диагноз.

***

Кожухов проводил их к двери.

Сергей:

— Можно вас потом ещё раз использовать в книге?

— Уже используете.

— Это правда.

— Только не объясняйте меня целиком.

— Обещаю.

— Хорошо.

Петрович:

— А я ничего не обещаю.

Кожухов:

— Вам можно.

***

Они вышли.

Дверь закрылась.

На ней появилась маленькая табличка:

**СТУЧАТЬ**

Мальчик:

— А дальше куда?

Робот:

— Новый маршрут уже формируется.

Перед ними появилась дорога.

Не пустая.

Не городская.

Обычная.

По ней шли люди.

Каждый нёс табличку.

На одной:

**УСПЕХ**

На другой:

**НАУКА**

На третьей:

**ТРУД**

На четвёртой:

**СВЯЗИ**

На пятой:

**Я ЗДЕСЬ СТОЯЛ**

Петрович рассмеялся.

— Я знаю эту компанию.

У обочины стоял Александр Днепров.

Он посмотрел на толпу и сказал:

— Каждый идёт к успеху своим путём.

Потом кивнул на человека, который пытался пристроиться к победителю.

— А некоторые очень любят прийти к финишу чуть позже и объяснить, что вообще-то стояли здесь с самого начала.

Сергей:

— Коротко.

Петрович:

— Зато опасно точно.

Следующая глава:

Глава 45. Люди, которые приходили к чужому успеху первыми