Океан и спасение батискафа

Космический триумф челнока «Буран-М» окончательно закрепил за авиационным гаражом Марины Беленькой статус «отряда особого назначения». Генерал-полковник Громов теперь не расставался со своим блокнотом и стал частым гостем в ангаре. Вот и в этот раз его служебная «Волга» с визгом затормозила у ворот. Пётр Борисович буквально влетел внутрь, на ходу срывая фуражку.
— Беленькая, экстренный сбор! — гаркнул генерал. — В Марианской впадине, на глубине восьми тысяч метров, заклинило научно-исследовательский батискаф «Мир-3». Связи нет, система жизнеобеспечения на исходе, через двадцать часов у них кончится кислород. Спасательное судно МЧС не успевает дойти из-за шторма в Тихом океане.
Марина Никифоровна отложила в сторону гаечный ключ, спокойно вытерла ветошью руки и прищурилась:
— Пётр Борисович, мы всё-таки авиация. Ракетоносцы, вертолеты, космос... Где мы, а где Марианская впадина? У нас же нет подводной лодки.
Генерал хитро улыбнулся и развернул на капоте машины огромный секретный чертеж:
— Подводной лодки нет. Но у нас есть наш модернизированный Ту-160 «Белый лебедь»! Мы подвесим на него экспериментальную глубоководную спасательную капсулу «Кальмар», оснащенную реактивными ускорителями для мягкого вхождения в воду. Задача — долететь на сверхзвуке до точки, сбросить капсулу точно над впадиной, а управляемый дрон-манипулятор освободит батискаф из каменного завала.
— Задачка что надо! — из-под крыла самолета вылез Мирон Токарев, глаза его азартно блестели. — Марина Никифоровна, я уже вижу слабое место! Заводские гидрозамки капсулы заклинит от жуткого давления на глубине! Володя, неси КИПиА-схемы, у меня есть грандиозная идея по модернизации гидравлики!
Владимир Пиняев тут же подбежал с планшетом:
— Мирон дело говорит! Если мы свяжем гидросистему с цифровыми датчиками давления через обходной контур, который мы тестировали в космосе, капсула сама будет компенсировать плотность воды!
— За работу, братва! — скомандовала Марина. — Василий Васильевич, Лида, Таня — на подвеску капсулы и заправку. Смекайло, Анжела — в штурманскую рубку, рассчитывать траекторию сброса в бушующий океан. Геля, заводи плиту!
Ангелина Мельник подмигнула команде, вытаскивая из кладовой огромные шампуры:
— Летите, соколы! А я к вашему возвращению устрою прямо в гараже кавказское застолье — замариную сочнейший шашлык по особому секретному рецепту в гранатовом соке и диких травах, да с домашним соусом сацебели! Генерал, вы как, с нами?
— За такой шашлык я готов лично шлейфы Пиняеву держать! — хохотнул Громов, окончательно признав в себе часть «авиационной братвы».
В небе над Тихим океаном: Испытание бездной
Через три часа Ту-160 уже рассекал облака над бушующим Тихим океаном. Кабина ракетоносца гудела от напряжения. Под фюзеляжем висела тяжелая капсула «Кальмар», модернизированная руками Токарева и Пиняева.
— Подходим к Марианской впадине! — объявила Марина Беленькая, борясь с сильнейшим океанским циклоном. — Видимость нулевая, волны с девятиэтажный дом. Смекайло, Анжела, выводите капсулу на ручной телеуправляемый режим!
Бортинженер Смекайло-де-Цопфи сосредоточенно крутил ручки управления подводным дроном, его знаменитые хвостики нервно подергивались.
— Циклон сбивает координаты спутников, Анжела! Мы не попадем в створ впадины, капсулу разобьет о подводные скалы!
— Спокойно, Смекайло, включаем народную смекалку! — Анжела Власенко, на комбинезоне которой гордо блестели награды, мгновенно сориентировалась. — Давай пустим эхолот челнока через высокочастотный контур КИПиА! Мы пробиваем воду акустическим импульсом! Вижу рельеф дна! Марина Никифоровна, сброс через пять... четыре... три... Пошли!
Капсула отделилась от Ту-160 и с ревом реактивных двигателей ушла в свинцовые океанские волны.
На земле в гараже вся остальная команда замерла у мониторов. Пиняев и Токарев не сводили глаз с графиков давления.
— Восемь тысяч метров... Давление чудовищное! — шептал Пиняев. — Гидрозамки сжимает...
— Держись, родная, держись! — сжимал кулаки Токарев.
И в этот момент на приборной панели Ту-160 загорелся зеленый сигнал. Саморегулирующаяся гидравлика Мирона сработала безупречно. Капсула «Кальмар» мягко опустилась на дно, манипулятор под управлением Смекайло и Анжелы ювелирно расчистил завал, освобождая застрявший батискаф «Мир-3».
В динамиках раздался слабый, но ликующий голос капитана батискафа:
— Борт 160, спасибо! Мы всплываем! Кислорода оставалось на пять минут... Вы совершили невозможное!
— Ура-а-а-а! — раздался громовой победный клич в авиационном гараже на земле. Генерал Громов от радости так хлопнул Анисимова по плечу, что у старого авиатехника чуть лупа из рук не выпала.
Возвращение и грандиозный пир
Посадка Ту-160 на родной аэродром после такого вылета показалась Марине Беленькой легкой прогулкой.
Вечером авиационный гараж превратился в настоящий филиал кавказского дворика. В специально обустроенном мангале весело трещали дрова, а аромат гранатового шашлыка Ангелины разносился по всему периметру. Мясо получилось невероятно нежным, сочным, с аппетитной хрустящей корочкой.
Вся девятка героев, а также примкнувший к ним генерал Громов, сидели за огромным столом.
Генерал поднял свою кружку с неизменным портвейном «Три Топора», обвел взглядом уставших, но счастливых ребят и торжественно произнес:
— Ну что, авиационная братва... Вы спасли людей из космоса, вы спасли людей со дна океана. Я официально докладываю министру: этой команде подвластны все стихии! Мирон, Владимир — ваши инженерные решения меняют науку. Анжела, Смекайло — вы лучшие бортинженеры страны. Марина — ты легенда! За вашу дружбу и за этот божественный шашлык!
Кружки весело звякнули. Под дружный хохот, шутки и рассказы о глубинах океана братва принялась за ужин, зная, что впереди их ждут новые, еще более невероятные задания.
Вот и сказки конец, а кто вместе с братвой все стихии покорил — ОКЕАНСКИЙ, СВЕРХЗВУКОВОЙ И САМЫЙ ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!