Клевета как богословие

Работа представлена в Исследовательской Ложе «Этьен Морин и Генри Эндрю Френкен у Источника Знаний» №2 (юрисдикция Смешанного Верховного Совета России). Зодческая с.: Татьяны К.:

Достопочтенные Бб.: и Сс.:, а также все, кто с открытым сердцем ищет истину! Настоящая работа имеет целью показать, что Вольное Каменщичество не только не противоречит христианству и православию, но и исторически, богословски и нравственно совместимо с ним. Это утверждение может показаться спорным лишь тому, кто знаком с масонством по клеветам и вымыслам, а не по фактам.

Мы не станем уклоняться от существа спора. Напротив, мы рассмотрим его со всей строгостью, опираясь на исторические документы, академические исследования и свидетельства самой Церкви, как и подобает Каменщику, который прежде чем заложить камень, проверяет его прочность. Ибо, как писал в 1760 г. Р. Льюис: «…защита Братства и ремесла от всех клевет и наветов, которые когда-либо были или могут быть брошены на них по слабости одних и злобе других» — задача не только возможная, но и необходимая. Заблуждение, повторённое тысячу раз, не становится истиной.

«МАСОНСТВО — ЭТО СЕКРЕТНОЕ МИРОВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО»
Это, пожалуй, самое распространённое и самое нелепое обвинение. Утверждается, что «англосаксонская» ветвь масонства стремится установить мировое господство, а все президенты США были «активистами и лидерами» Ордена.

Опровержение. Во-первых, масонство принципиально децентрализовано. Не существует единого «центра», отдающего приказы всем Ложам мира. Великие Ложи (Великие Востоки, Верховные Советы и пр.) различных стран и юрисдикций независимы друг от друга и нередко находятся в состоянии взаимного признания или непризнания. Во-вторых, если бы масоны действительно управляли миром, почему за три столетия своего существования они не создали ни одного наднационального органа власти? Почему их влияние не проявилось ни в одной международной структуре?

Современные исследователи однозначно квалифицируют тезис о «всемирном масонском заговоре» как дезинформацию, не имеющую ни эмпирических, ни научных подтверждений. Подобные теории — это политическое оружие, используемое для подрыва доверия к демократическим институтам и отвлечения внимания от реальных проблем. Масоны не управляют миром, а строят Храмы внутри себя.

«МАСОНЫ ПРОТИВ РЕЛИГИИ»
Это обвинение имеет долгую историю. Ещё в XVIII в. критики утверждали, что «масонство может быть противно религии вообще или отдельным исповеданиям»*.

В своей классической «Апологии» неизвестный русский масон отвечал на это так: Орден соединяет в одном духе мира и Братства всех своих членов, «какой бы партии они ни были и в каком бы исповедании ни были воспитаны»*. Каждый остаётся верен своему исповеданию, но любит Бб.:, «раздёлённых различіемъ въ объясненіи догматовъ и въ обрядахъ богослуженія»*. (*согл. А. Н. Пыпину «Русское масонство. XVIII и первая четверть XIX в.»).

Первое и главное недоразумение состоит в том, что масонство воспринимают как религию — и на этом основании противопоставляют христианству. Но это категориальная ошибка.

Масонство не имеет догматов. Оно не преподаёт учения о Троице, о воплощении, о Спасении, не совершает Таинств, не предлагает сотериологических гарантий, не претендует на роль Церкви.

Масонство требует лишь веры в Высшее Существо и бессмертие души — принципов, которые не только не противоречат Христианству, но и составляют его основу. Великий Архитектор Вселенной — это философское обозначение Творца, а не зашифрованное имя иного бога. Масон не поклоняется «В.:А.:В.:» как «отдельному масонскому божеству»; он исповедует веру в Единого Бога, которого христианин называет Отцом, Сыном и Святым Духом.

Масонство не регулирует принадлежность своих членов к той или иной вере. В Ложах состоят христиане, иудеи, мусульмане, деисты. Но это не означает безразличия к истине. Это означает уважение к свободе совести, дарованной Богом. Как писал неизвестный русский масон в своей «Апологии»: Орден соединяет в одном духе мира и Братства всех своих членов, «какой бы партии они ни были и в каком бы исповедании ни были воспитаны». Каждый остаётся верен своему исповеданию, но любит Бб.: и Сс.:, «раздёлённых различіемъ въ объясненіи догматовъ и въ обрядахъ богослуженія».

Масонство не претендует на роль религии. Оно требует лишь веры в Высшее Существо и бессмертие души — принципов, совместимых с христианством, исламом, иудаизмом и любой другой теистической традицией. Более того, многие Ложи сознательно подчёркивают дополнительность своих принципов по отношению к христианским убеждениям: «братская любовь, облегчение и истина» не противоречат, а дополняют путь христианина в его поиске большего света.

Если масонство не является религией, то оно не может быть «антихристианским». Чтобы быть антихристианским, нужно сначала быть христианским или претендовать на замену христианства; масонство не совершает ни одного, ни другого.

Обвинение в «антихристианстве» часто проистекает из неверного понимания масонских ритуалов, которые действительно содержат символику, восходящую к строительному ремеслу и ветхозаветным сюжетам (Храм Соломона, Хирам и пр.). Но символ догматом не является; он призван говорить с человеком на языке аллегорий и совести, а не подменять церковное учение.

«МАСОНСТВО ОСУЖДЕНО ПРАВОСЛАВИЕМ И РПЦ»
Нередко в беседах с радикально настроенными противниками масонства можно встретить, на первый взгляд, сильный аргумент: Архиерейский Собор Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ), состоявшийся в 1932 г. в Сремских Карловцах, принял Окружное Послание относительно масонства. В нём масонство названо «одним из самых вредных и поистине сатанинских лжеучений в истории человечества», «тайной интернациональной мировой революционной организацией борьбы с Богом, с христианством, с Церковью». Собор постановил: «Осудить масонство как учение и организацию, враждебную Христианству и революционную, направленную к разрушению основ национальной государственности». Кроме того, в 1933 г. Священный Синод Иерархии Элладской Церкви, под председательством Архиепископа Хрисостома Пападопулоса, единогласно принял постановление, согласно которому масонство является отдельной, чуждой и несовместимой с христианством религией. Эта позиция остается неизменной уже более 90 лет (согл. официальному циркуляру № 1395).

Такие документы действительно есть, но проблема заключается не в их наличии, а в их статусе.

Так, весомый контраргумент в пользу совместимости масонства с Православием — отсутствие Соборного осуждения. Вселенские Соборы — высший орган вероучительного авторитета Церкви — никогда не выносили постановлений против масонства. Говоря о православии, ни один из семи Вселенских Соборов не рассматривал этот вопрос. Масонство как организованное движение возникло в 1717 г., то есть спустя почти тысячу лет после последнего Вселенского Собора (787 г.).

Следовательно, ссылки на решения поместных структур — РПЦЗ (1932 г.) и Элладской Церкви (1933 г.) — не могут заменить Соборного суждения. Это локальные акты, не имеющие силы для всей Вселенской Церкви, т.е. являются частным мнением отдельных юрисдикции.

Стоит заметить ещё одну важную деталь: документ 1932 г. — это акт Русской Православной Церкви Заграницей, а не Русской Православной Церкви (Московского Патриархата) и тем более не всей Вселенской Православной Церкви. РПЦЗ на тот момент,как уже известно, представляла собой раскольническую структуру, отколовшуюся от Московского Патриархата и не находившуюся с ним в евхаристическом общении. Её решения не имеют силы для РПЦ МП и не могут считаться выражением позиции Вселенской Церкви.

Сама же Русская Православная Церковь (Московская Патриархия) никогда официально не высказывала своего отношения к масонству. Это подтверждается как академическими исследованиями, так и ответами священнослужителей на официальных церковных порталах. В научной статье Ю. Е. Кондакова «Клирики Русской Православной Церкви в масонских ложах», опубликованной в журнале «Христианское чтение» (2025 г., № 4), прямо сказано: «Русская Православная Церковь не давала оценку масонскому движению и не налагала запретов на вступление в ложи». Аналогичное подтверждение содержится в ответах священнослужителей: «Русская Православная Церковь в лице священноначалия не высказывала официальных суждений по поводу такого движения как масонство».

Если Церковь никогда соборно не осуждала масонство, то членство в Ложе не является грехом, препятствующим спасению.

Анализ решений РПЦЗ: о поддержке нацизма
Чтобы верно понимать смысл циркуляров и постановлений, о которых говорилось выше, необходимо учитывать контекст, в котором были приняты искомые документы.

В Окружном Послании 1932 г. масонство определяется как «тайная интернациональная мировая революционная организация борьбы с Богом, с христианством, с Церковью, с национальною государственностью», цель которой — «организация революций во всем мире». Эта формулировка прямо воспроизводит штампы антикоммунистической пропаганды 1920–1930-х гг., где масонство и большевизм отождествлялись как части единого «мирового заговора». В тексте Послания 1932 г. прямо говорится: «В этой интернациональной организации первое место по силе влияния и значения принадлежит еврейской нации, которой присуще богоборство со дня распятия Христа Спасителя». Эта риторика полностью совпадает с нацистской пропагандой, где «масоно-еврейский заговор» был центральным элементом идеологии.

Более того, документ РПЦЗ 1932 г. был подписан митр. Антонием (Храповицким), который был осуждён за ересь ещё современниками. Так, архиеп. Феофан Полтавский позже высказался о Храповицком: «последний, за своё учение, подлежит осуждению Карфагенского Собора», то есть анафеме. Документ, подписанный еретиком и пособником нацистов, не может иметь духовного авторитета.

Длаее, в июне 1938 г. митрополит Анастасий (Грибановский) от имени Архиерейского Синода РПЦЗ публично зачитал благодарственный адрес Адольфу Гитлеру. Поводом стало выделение германским правительством 15 000 марок на покупку участка и 30 000 марок на строительство русского кафедрального собора в Берлине. В адресе Гитлер восхвалялся как глава правительства, оказавшего «щедрое пожертвование» на нужды Русской Церкви. На плите, заложенной в основание собора, была высечена надпись: «При правительстве христианского вождя германского народа Адольфа Гитлера… построен сей кафедральный собор».

Ещё до этого, в марте 1936 г., Архиерейский Синод РПЦЗ под председательством митрополита Антония (Храповицкого) без всякого давления со стороны германских властей предписал возносить имя Гитлера в церковных молитвах. Подлинный протокол заседания от 13/26 марта 1936 г. гласит: «На великой ектеньи: "О христолюбивых властях народа Германского, Правительстве и воинстве его, Господу помолимся"». Парижский иерарх РПЦЗ митр. Серафим (Лукьянов) приветствовал нападение Германии на Советский Союз следующими словами: «Да благословит Всевышний великого Вождя Германского народа, поднявшего меч на врагов самого Бога… Да исчезнут с лица земли масонская звезда, серп и молот» (что подтверждает выдвинутый мной тезис двумя абзацами выше).

Все эти факты складываются в единую картину.

Таким образом, антимасонское решение РПЦЗ 1932 г. не было богословским суждением о природе масонства. Оно было политическим актом, направленным против коммунизма и в поддержку гитлеровской Германии. Структура, которая получала деньги от нацистского правительства, поминала Гитлера за богослужением и приветствовала нападение на СССР, не может считаться выразителем вселенской православной истины. Её антимасонская позиция — это часть той же политической повестки, что и нацистская пропаганда.

РЕШЕНИЕ ЭЛЛАДСКОЙ ЦЕРКВИ 1933 Г.: АНАЛИЗ И КРИТИКА
Решение 1933 г. Элладской Церкви возникло не в богословском вакууме. Оно является одним из самых жёстких и однозначных среди всех Поместных Православных Церквей, но и оно не выдерживает критики.

12 октября 1933 г. Священный Синод Иерархии Элладской Церкви, под председательством Архиепископа Хрисостома Пападопулоса, единогласно принял постановление, которое до сих пор остается официальной позицией Церкви. Вот его основные тезисы:

Масонство — не филантропия или философия: Синод постановил, что масонство представляет собой «мистагогическую систему», напоминающую древние языческие мистерии и культы, и является их прямым продолжением.
Масонство — это отдельная религия: оно было официально признано «религией, совершенно отличной, отдельной и чуждой христианской религии». В качестве доказательства Синод указывает на наличие у масонов собственных храмов с алтарями, своих религиозных церемоний (масонское «крещение», «брак», «панихида»), иерархии и посвящений.
Несовместимость с христианством: участие в масонстве было объявлено абсолютно несовместимым со статусом православного христианина. Масонство было охарактеризовано как «синкретическая мистагогическая религиозная система, несовместимая с Церковью», которая ставит себя выше всех религий, включая христианство.
Решение предусматривало конкретные дисциплинарные меры: для духовенства — извержение из сана, а для мирян полагался запрет на Причастие до покаяния и епитимьи.

Исторические исследования прямо указывают на его политическую подоплёку: в 1920-е гг. в Греции развернулась острая борьба вокруг календарной реформы. Старостильническое движение, противясь реформе, намеренно подрывало авторитет иерархии Элладской Церкви, используя обвинения в масонстве как оружие. Инициаторов реформы клеймили «орудиями масонства», «слугами сатаны» и «греческой тьмой».

Сам Синод 1933 г. собрался, в том числе, в ответ на газетные обвинения в том, что митр. Афинский является масоном. Таким образом, решение было реакцией на политический скандал и внутрицерковную борьбу, а не плодом взвешенной богословской рефлексии.

Кроме того, решение 1933 г. содержит ряд категориальных ошибок:

* Смешение религии и светской организации: Оно квалифицирует масонство как «мистагогическую систему, напоминающую древние языческие религии» и «отдельную религию». Однако масонство не имеет догматов, не совершает Таинств и не предлагает сотериологических гарантий. Это светское Братство, а не религия.
* Обвинение в «обожествлении рационализма»: Решение утверждает, что масонство «обожествляет рационализм». Но требование веры в Высшее Существо (Великого Архитектора Вселенной) прямо противоречит обожествлению человеческого разума. Это внутреннее противоречие самого документа.
* Отсутствие вселенского осуждения: Документ ссылается на «масонских учителей» (Уорд, Ледбиттер), но ни один Вселенский Собор не выносил постановлений против масонства.

Таким образом, решение Элладской Церкви 1933 г. является несостоятельным в качестве вселенского вероучительного определения. Это исторический артефакт конкретной Поместной Церкви, рождённый в контексте внутрицерковной борьбы, а не выражение вселенской Православной истины.

«СЛУЖЕНИЕ В ЦЕРКВИ НЕСОВМЕСТИМО С МАСОНСТВО И ПАРАМАСОНСТВО»
Пожалуй, самый убедительный аргумент — исторические факты. Православные клирики не только не чуждались масонства, но и состояли в ложах, занимали высокие церковные должности и даже были канонизированы.

Академическое исследование Ю. Е. Кондакова «Клирики Русской Православной Церкви в масонских ложах» (журнал «Христианское чтение», 2025 г., № 4) предоставляет документально подтверждённые примеры. Всего зафиксировано 23 клирика, с разной вероятностью бывших масонами. 17 из них вступили в ложи «Розенкрейцерской» системы (не обращаясь к строгому определению масонской Ложи). Священников привлекала религиозная составляющая розенкрейцерских работ и близкая им интерпретация европейского богословия.

Среди них:

* Архимандрит Макарий (Глухарев) — миссионер, приобщённый к лику святых. Посещал заседания ложи «Теоретического градуса Соломоновых наук».
* Иеродиакон Гермоген (Сперанский) — посвящён в масонство, был библиотекарем, а затем инспектором Московской духовной академии, с 1816 г. — настоятелем Высоцкого монастыря. Посвящён в ложе «Нептун» в 1816 г.
* Священник М. М. Десницкий — упоминается А. И. Серковым в числе трёх священнослужителей, тесно связанных с московскими розенкрейцерами.
* Диакон С. И. Соколов — также в списке Серкова.
* Иеромонах Феоктист (Орловский) — посвящён в масонство согласно переписке Поздеева.
* Диаконы Пётр Лебедев и Иоанн Колковский — члены ложи «Нептун».

Особенно показательно, что заседания ложи «Теоретического градуса Соломоновых наук» посещали члены Святейшего Синода, учёные богословы, настоятели монастырей, духовники видных особ. Это свидетельствует о том, что масонство в России XVIII–XIX вв. не воспринималось как нечто несовместимое с церковным служением — напротив, розенкрейцерские Ложи декларировали себя хранителями «истинного христианства» и опирались на христианскую доктрину и Священное Писание.

Академическое исследование прямо указывает: «Священников привлекала религиозная составляющая розенкрейцерских работ и близкая им интерпретация европейского богословия».

Если Церковь канонизировала архимандрита Макария (Глухарева), посещавшего масонские собрания, значит, членство в Ложе само по себе не является препятствием к святости.

О ГРАНИЦАХ СПАСЕНИЯ: БОГОСЛОВСКАЯ НЕКОРРЕКТНОСТЬ СОТЕРИОЛОГИЧЕСКОГО ЭКСКЛЮЗИВИЗМА
Данный аргумент защиты носит догматико-аскетический характер. Он касается не статуса масонства как такового, а методологической ошибки, допускаемой обвинителями: присвоения себе функции, которая в православном богословии не принадлежит ни отдельному человеку, ни поместной структуре, — а именно окончательного суждения о посмертной участи конкретных людей и сообществ.

В ходе дискуссии оппоненты нередко формулируют тезис: «Масоны явно не исповедуют полноту Православия, поэтому лишены Спасения». Тезис подкреплён ссылкой на Ин. 14:6 («Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня») и 1Тим. 3:15 («Церковь Бога живого, столп и утверждение истины»), а также на Мф. 16:16 и Мк. 16:16.

С точки зрения формальной логики это построение содержит переход от общего догматического положения («спасение совершается во Христе и в Его Церкви») к частному сотериологическому приговору («данная категория лиц лишена спасения»). Именно этот переход и составляет предмет богословской критики.

Православная догматика действительно утверждает единственность и универсальность спасительного посредничества Христа и экклезиологическую необходимость Церкви для Спасения. Это положение выражено в Символе веры («во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь») и в святоотеческой традиции (свт. Киприан Карфагенский: «Кто не имеет Церкви матерью, тот не имеет Бога отцом»).

Однако православное богословие последовательно различает:

* Догматическое определение — то, что Церковь утверждает как обязательное для всех (например, учение о Троице, о двух природах во Христе);
* Частное богословское мнение (theologumenon) — то, что не имеет соборного статуса и допускает различные интерпретации;
* Сотериологический приговор — то, что в принципе не входит в компетенцию человека.

Формула «вне Церкви нет спасения» (extra Ecclesiam nulla salus) в её святоотеческом употреблении (свт. Киприан, блж. Августин) является богословским принципом, а не юридическим приговором конкретным лицам. Её применение к отдельным людям или организациям требует Соборного суждения, которого, как показано в предыдущих частях настоящей работы, не существует.

Однако наиболее существенный аргумент в пользу защиты имеет аскетическую природу. Православная аскетика, от «Лествицы» прп. И. Лествичника до «Добротолюбия», рассматривает осуждение ближнего как тяжкий грех, независимо от правильности самого суждения. Прп. Иоанн Лествичник (Слово 10) прямо называет осуждение «предвосхищением суда Божия», а прп. Антоний Великий — «самоубийством души».

Более того, в аскетической традиции существует понятие прелести (;;;;;) — духовного самообмана, при котором человек принимает собственное состояние за благодатное, а собственные суждения — за голос Божий. Признаками прелести, согласно прп. Игнатию (Брянчанинову), являются, среди прочего:

* Уверенность в своей праведности при отсутствии любви;
* Ревность по вере, соединённая с осуждением и гневом;
* Присвоение себе даров или полномочий, которых человек не имеет.

Это методологически тождественно тому, что аскетика называет «мнением по плоти» (ср. прп. Исаак Сирин, Слово 55): оппоненты опираются не на соборный разум Церкви, а на собственную убеждённость в правоте.

Православная экклезиология не является ни конгрегационалистской, ни папистской. Вероучительный авторитет принадлежит Cоборному разуму Церкви, выражаемому на Вселенских Соборах и — в пределах юрисдикции — на поместных Соборах с участием епископата.

Более того, согласно «Основным принципам отношения Русской Православной Церкви к инославию» (2000 г.), документу, имеющему официальный статус, суждение о границах Церкви не входит в компетенцию отдельных клириков или мирян: «Суждение о границах Церкви… не может быть предметом частного мнения». Оппоненты же нередко выносят именно такое суждение — причём не о догматических границах, а о посмертной участи конкретных категорий лиц, что является прямой ошибкой против этого принципа.

Нельзя не вспомнить по этому поводу свт. Филарета (Дроздова), которого антимасонская сторона цитирует как авторитет. В сочинении «Разговоры между испытующим и уверенным о Православии восточной греко-российской церкви» (1815 г.) святитель писал: «Ты непременно хочешь заставить меня судить. Знай же, что, держась вышеприведённых слов Священного Писания, никакую Церковь, верующую, яко Иисус есть Христос, не дерзну я назвать ложной… Вера и любовь возбуждает меня к ревности по Святой Восточной Церкви: любовь, смирение и надежда научают терпимости к разномыслящим».

Здесь важно не только содержание, но и сама структура мысли святителя: он сознательно отказывается от роли судии. Его «терпимость» — это прямое следствие смирения перед тайной суда Божия. Тот, кто, признавая свт. Филарета, одновременно выносит приговор «лишены спасения», вступает в прямое противоречие с цитируемым автором.

Таким образом тезис «масоны лишены спасения» является не богословским утверждением, а актом духовного самоуправства, не имеющим ни канонической, ни аскетической санкции. Аргумент об «осуждении спасения» не имеет оснований в православном богословии по четырём причинам:

* Догматической: различие между соборным определением и частным мнением игнорируется;
* Экклезиологической: право судить о границах Церкви принадлежит Соборному разуму Церкви, а не частному лицу;
* Аскетической: осуждение ближнего квалифицируется святоотеческой традицией как грех и является признаком духовной прелести;
* Источниковедческой: позиция свт. Филарета, на которого ссылаются обвинители, прямо противоположна выносимому ими приговору.

МАСОНСКАЯ СИМВОЛИКА И ХРИСТИАНСКАЯ МИСТИКА
Обвинение в «оккультизме» и «сатанизме» строится на непонимании природы масонских символов и игнорировании того факта, что целые системы масонских степеней являются эксплицитно христианскими. Рассмотрим это на примере трёх уставов: Древнего и Принятого Шотландского Устава (ДПШУ), Йоркского Устава и Шведского Устава.

ДПШУ состоит из 33 степеней, из которых степени с 15-й по 18-ю образуют так называемый Капитул Розы и Креста (Chapter of Rose Croix) — и они прямо обозначены как «христианские степени» (The Christian Degrees). В официальном описании Уичитского Шотландского Устава говорится: «Капитул Розы и Креста присваивает степени с 15-й по 18-ю, причём 18-я степень — Рыцарь Розы и Креста — является одной из самых прекрасных и трогательных церемоний во всём масонстве. Эти степени исследуют темы веры, надежды и милосердия, а также поиск истины через призму универсальной религиозной философии».

Это не позднейшее добавление. Христианский характер этих степеней восходит к истокам их формирования. Как отмечает исследователь масонства Неста Вебстер, степень Розы и Креста была «определённо нацелена на привитие христианства» (definitely inculcated Christianity) и была «зарезервирована исключительно для тех, кто исповедует христианскую веру» (reserved solely for those who profess the Christian faith). Более того, согласно традиции Королевского Ордена Шотландии, степень Розы и Креста вместе с сопутствующей ей степенью Херодома была учреждена для того, чтобы «исправить ошибки и реформировать злоупотребления, проникшие в три степени Иоаннова масонства», и обеспечить «христианизированную форму Третьей степени», «очищенную от шлака язычества и даже иудаизма».

Степень 26-я — Принц Милосердия, или Шотландский Тринитарий — также носит отчётливо тринитарный характер. В её символизме «всё в этой аллегории предлагает эмблему Троицы: трёхцветный фон [зелёный, белый и красный]; изображение Истины внизу; и, наконец, указание повсюду на великое дело Природы».

Таким образом, ДПШУ не только допускает христиан, но и содержит встроенные христианские степени, доступные только христианам.

Йоркский Устав — это целостная система, которую в масонской литературе нередко называют «Христианским Уставом» (Christian Rite). Его высшие степени — Орден Красного Креста, Орден Мальты и Орден Храма (Тамплиеров) — являются «тремя орденами христианского вдохновения» (three orders of Christian inspiration).

Ключевое отличие Йоркского Устава от «голубого» (символического) масонства состоит в том, что для вступления в Орден Тамплиеров необходимо исповедовать христианскую веру. Как прямо сказано в официальном документе: «Для входа в орден Тамплиеров необходимо исповедовать христианскую веру, что отличает эту секцию от остального регулярного масонства». Другой источник подчёркивает: «Эта конкретная часть масонства — единственная, которая требует веры в христианство. Поэтому среди её членов вы вряд ли найдёте мусульманина или иудея».

Христианский характер Йоркского Устава проявляется и в его ритуалах. В церемонии Ордена Мальты воспроизводится сцена между Христом и Фомой: кандидат влагает пальцы в отпечатки гвоздей на руках Командора. В ритуале степени Розы и Креста (связанной с Йоркским Уставом) кандидату преподаются «величайшие и важнейшие истины христианства — что только через Христа и Его имя он может спастись».

Таким образом, Йоркский Устав не просто «совместим» с христианством — он требует его от своих членов на высших степенях.

Шведский Устав, распространённый в Скандинавских странах и некоторых частях Германии, является, пожалуй, самым эксплицитно христианским из всех масонских уставов. Он «уникален тем, что требует от братьев быть христианами, а не просто верить в Высшее Существо».

Официальные источники подтверждают: Шведский Устав — это «интегрированный, эксплицитно христианский масонский устав» (un rito mas;nico integrado, expl;citamente cristiano). Практика устава «требует, чтобы его члены были эксплицитно христианами, и отказывает в приёме нехристианским посетителям на капитулярные степени».

Исторически Шведский Устав происходит от Устава Строгого Тамплиерского Послушания (Stricte Observance Templi;re) и является «уставом с глубоко христианским смыслом, наследником тамплиерской символики». В 1759 г. Карл Фредрик Эклефф основал то, что впоследствии стало называться Шведским Уставом, — систему, «полную христианской, тамплиерской и тринитарной символики». При этом важно отметить: Шведский Устав не претендует на обладание «тамплиерской инициатической передачей», а лишь на символику — то есть речь идёт о духовном наследии, а не о конспирологической преемственности.

Структура Шведского Устава включает степени, прямо названные «Рыцарь Востока», «Рыцарь Запада» и «Рыцарь-Командор Красного Креста» — то есть рыцарские степени, неразрывно связанные с христианской символикой.

Существование эксплицитно христианских масонских уставов — ДПШУ с его «христианскими степенями» 15–18, Йоркского Устава с его «христианским вдохновением» и требованием христианской веры для Тамплиеров, Шведского Устава с его обязательным христианским членством — полностью опровергает тезис о «несовместимости» масонства и христианства. Если масонство было бы антихристианским, оно не содержало бы степеней, доступных исключительно христианам, и не требовало бы исповедания Христа как условия для вступления. Само существование этих уставов является структурным доказательством того, что масонство не только совместимо с христианством, но и способно служить формой его углублённого постижения.

Обвинение в «оккультизме» и «сатанизме» строится на непонимании природы масонских символов. Око в треугольнике — древний символ Божественного Промысла («Лучезарная Дельта», образ которой можно встретить на фронтонах Соборов), а не «всевидящее око Люцифера». Циркуль и наугольник — инструменты строителя, напоминающие о моральной дисциплине. Буква G означает «Geometry» («Геометрия») или «God» («Бог), а в некоторых системах — «Gnosis» («Знание»). Ни один из этих символов не является антихристианским.

Самое отвратительное обвинение — в поклонении Люциферу — восходит к двум источникам.

Первый — Л. Таксиль. В 1880-х годах этот французский авантюрист сфабриковал «Палладианскую масонию», якобы поклоняющуюся дьяволу. В 1897 году он публично признался, что всё это было мистификацией.

Второй — вырванная из контекста цитата А. Пайка. В книге «Мораль и догма» есть слова: «Люцифер, светоносец!.. Не он ли несёт свет?» Антимасоны выдают это за «масонское поклонение Люциферу». Но Пайк рассуждал о древних дуалистических культах, а не об «отдельном боге масонства». Пайк никогда не был «папой масонства»: его книги являются частным мнением одного автора, а не общепринятым каноном.

Более того, если масон верующий, размышление о символах может быть видом отдельных практик исихазма. Если масон верующий, размышление о символах может быть видом отдельных практик исихазма. Например, это очень соотносится с системой Лествицы И. Лествичника. Мистическое толкование символов не имеет ничего общего с чародейством. Размышление над сверхъестественным — это не всегда идолослужение и чародейство. Не стоит оскорблять память св. Иоанна Богослова с целью подмены понятий.

В Ложах христианских стран на алтаре лежит Библия — как «Книга Священного Закона», один из Великих Светочей. В Израиле — Танах, в мусульманских странах — Коран. Это не принижение Библии, а признание того, что совесть человека должна быть свободна. Масонство не утверждает, что все религии одинаково истинны; оно утверждает, что все люди имеют право искать Бога по-своему.

МАСОНСКАЯ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ КАК ХРИСТИАНСКАЯ ДОБРОДЕТЕЛЬ
Масонские Ложи с самого своего возникновения были школами нравственности и благотворительности. В русских Ложах XVIII–XIX вв. масонская филантропия принимала самые разнообразные формы: масоны имели собственных пенсионеров, выдавали ежемесячные пособия бедным Бб.:, поддерживали вдов и сирот. В правилах Вольных Каменщиков читаем: «Всякое существо страждущее имеет священное право на твою помощь… предупреди с кротким радушием просьбу робеющего в несчастье… подавай, помогай, где только можешь; не уставай никогда в делах любви» («Устав Вольных Каменщиков», утверждённый на Всеобщем Совете Конвента в Вильгельмсбаде в 1787 г.).

Масонские песни «при сборе для бедных» призывали: «Блажен, кто страждущим внимает и помощь бедным подает; кто слезы сирых осушает, тот рай в самом себе найдет». Это официальная практика, зафиксированная в архивах лож. В Англии XVIII в. были основаны школы для мальчиков (1798 г.) и девочек (1788 г.), содержавшиеся на средства масонских лож. Каждая Ложа, по словам масонского писателя XIX в., есть «благотворительное учреждение, братское общество и школа этики».

Масонство не обещает своим членам материальных выгод; оно требует от них нравственного совершенствования — «обтёсывания камня» собственной души, и это требование полностью соответствует христианской заповеди о любви к ближнему.

ИТОГ: МАСОНСТВО СОВМЕСТИМО С ХРИСТИАНСТВОМ И ПРАВОСЛАВИЕМ В ЧАСТНОСТИ
Подведём итоги. Масонство не противоречит христианству и православию, потому что:

* Масонство не является религией и не претендует на замену Церкви. Оно не имеет догматов, не совершает таинств и не предлагает сотериологических гарантий;
* Вселенские Соборы не осуждали масонство, и РПЦ никогда официально не высказывала своего отношения к нему;
* Православные клирики состояли в масонских Ложах, включая членов Святейшего Синода и канонизированного святого (архим. Макарий Глухарев). Академическое исследование подтверждает 23 таких случая;
* Свт. Филарет (Дроздов), которого обвиняют в масонстве, учил о терпимости и единстве Церкви, что созвучно масонскому духу;
* Антимасонский документ РПЦЗ 1932 г. подписан еретиком (Храповицким) и пособником нацистов, а сама структура получала деньги от гитлеровского правительства, поминала фюрера за богослужением и приветствовала нападение на СССР. Этот документ не имеет соборного авторитета;
* Решение Элладской Церкви 1933 г. является актом поместной Церкви, рождённым в контексте внутрицерковной борьбы, и содержит богословские противоречия. Оно не имеет вселенского статуса;
* Масонская символика совместима с христианской мистикой. Существуют эксплицитно христианские уставы: ДПШУ с его «христианскими степенями» 15–18 (Рыцарь Розы и Креста), Йоркский Устав с его «христианским вдохновением» и требованием христианской веры для Тамплиеров, Шведский Устав с его обязательным христианским членством и рыцарскими степенями;
* Масонская благотворительность соответствует христианской заповеди о любви к ближнему;
* Миф о несовместимости имеет политические корни и связан с нацистской пропагандой РПЦЗ 1930-х гг.;

Осуждение спасения является богословской ошибкой и духовной прелестью, противоречащей аскетической традиции Церкви.
Мы не требуем, чтобы нас любили; мы просим лишь не судить о нас по вымыслам. Ибо, как писал один из русских масонов, «орден соединяет в одном духе мира и Братства всех своих членов, какой бы партии они ни были». Этой Зодческой я хочу донести, что масонство защищается не от Христа, а от лжи, которую приписывают Христу. Ибо Христос есть Истина, а всякая ложь — от лукавого.

Пусть свет истины рассеет тьму предрассудков.

Да будет так!