Оставайтесь в своих гробах, дорогие руссияне

     Тарантиновский бандит Самуэль Л. Джексон, негр, чорный, как сволочь, всю дорогу, прежде чем нажать на курок, цитирует Библию, а я, будучи глумливым пересмешником, охренев от примитивности рунета ещё в тринадцатом году, начал тоже цитировать ту же Библию, только другой абзац, где не о тучных пажитях долины смертной тени, а о блажен муже иже не иде на совет нечестивцев. Но нечестивцы, как киношные ниггеры или книжные жидки лохокоста обязательно достанут тебя, по словам Глеба Самойлова, как свиньи на Луне, вот и вчера вылез какой - то ублюдок из стада руссиш швайн и оставил вдумчивый говнокоммент под одной из моих сказочек на Проза ру. Я, разумеется, удалил его высер, не читая, а вот сегодня утром задумался о том, что, наверное, погорячился, что он там, интересно, изрыгнул ?
    - Да всё то же самое ! - полорото хохотал пошехонский офеня, забурившись под покровом ночной темноты в трактир на Пятницкой, где безвылазно кочумали старые знакомцы, имеющие своё место в кабаке по древности лет. Славный древлестью рода болярин Ведрищев и лихой усами вразлёт сотник Говнястой чети Пёсьей выслуги лет Афанасий фон Шлиппенбух. Носящий лавку над животом сразу вписался в их тесный куток междусобойчика, тут же вклинившись в общественную дискуссию, также по древности лет неизменно заканчивающуюся ударом чекана по смазанной деревянным маслицем голове сотского. - Принцип у нас такой. Чтобы никаких перемен, царь один и долго, пока не подохнет, телевизор то же самое, а про рунет поганый я вообще молчу.
   - Промолчи, - запел рейтар, пьяно подыгрывая себе на лалабайке, - попадёшь в Хомичи.
   - Был такой вратарь, - авторитетно подтвердил Ведрищев, торжественно водружая на голову приятеля закопчённый фронтовыми невзгодами котелок ополченцев Дамбаса, в ту нелёгкую годину восставший в кучах под вельможной рукой славного круля Ржечи Посполитой Стефана Батория.
   - До х...я всего было, - радостно оптимизировался под прихотливый изгиб общественной дискуссии, непреложно развивающейся по закону алкогольного отравления, офеня - но куда как больше не было. Вот, скажем, найди ум у русских ! Дык сам свихнёшься, пока хоть кроху отыщешь.
   - А не стоит искать, - назидательно воздел вверх указательный палец, украшенный яхонтом, Ведрищев, - то, чево нету.
   - Стихоза такая была, - заявил Афанасий, желая, видимо, превозвыситься над собутыльниками культуркой малой и, в целом, просвещением в России. - Её алкаш Филатов гнал. Там, короче, стрелец и прочая х...я.
   Злобно слушая Афанасия, Ведрищев копил ярость лютую, злобу гадскую, зависть пакостную, пока чаша его весьма растяжимого терпения не переполнилась, а целесообразный ситуации остро отточенный чекан не обрушился на вздорную башку сотского, снова забывшего ещё один постулат : а не стоит метать бисер перед свиньями.