Тётушка. Ульяна,

      Послевоенное время. Время трудное, время скудное, время надежд, Закончилась страшная война с невосполнимыми утратами, бесконечным для многих горем—потерей родных, близких, друзей. Появилась надежда: как бы то ни было, а война позади, можно чуть вздохнуть и уже хорошо оттого, что перестали приходить похоронки, стали затягивайся кровоточащие раны, раны душевные. становилось спокойнее... Стали cтроиться, восстанавливать порушенное. В I946-1947 г л. рождаются послевоенные дети и даже в rex семьях, где эти дети были не первыми, а вторыми, третьими, пятыми, шестыми. В ту пору люди были не такими практичными, как теперь, к примеру. Детей всегда растить трудно и растили тогда не но одному, Нередки были «Матери-героини», матери, награжденные орденами «Славы» и всё это без нынешнего материнского капитала.
     У моей тётушки Ульяны все дети были довоенными-сын Яков и четыре
дочери, пригожие да угожие, деревенские, крепкие, статные, голосистые певуньи, мастерицы на все руки. Послевоенных детей у тётушки Ульяны быть не могло, муж её Пахом погиб на фронте. Пропал без вести и сын Яков, позже пришло сообщение о его геройской гибели в тылу врага, К концу войны, тяжело переживая горе утрат, тетушка Ульяна надела траурные одежды и так жила до своего нескорого конца, а прожила она более 90 лет. Сколько ей лет точно неизвестно, церковные архивы сгорели в разбомблённой сельской церкви. Тетушка моей маме говорнла; «Кумушка, когда ты народилась, то в это время меня замуж отдавали, 18 лет от роду. Так и был определён год её рождения- 1891.
      На конец войны жила тётушка с двумя незамужними дочерьми в своём доме, крепком и ладном, удобным, и красивым, Срубил его и обустроил муж её Пахом: ~~ мастер по дереву. Умелый был, на всю округу знаменитый как плотник, прежде всего. А был он и столяром и бондарем, и резчиком но дереву. До сего времени стоят срубленные им избы с резными наличниками, карнизами и ставнями.
     Работал: в колхозе, тётушка имела право на землю при доме..50 соток-это немало, это полгектара и обрабатывалась эта земля полностью, с нее кормились. Тогда сеяли и сажали рожь, подсолнечник, кукурузу, коноплю, не говоря о картошке, свекле, моркови и т.д. и т.п. Держала тётушка корову, кабана, кур - всех кормили со своего хозяйства. А конопля была чтоб ткать из неё холсты и шить из них все то что необходимо было: белье, постельное бельё, шторы, скатерти. полотенца. Кстати, и ткацкий станок был у тётушки, а сладил его дядя Пахом. В долгие зимние вечера ткали (тётушки и девки, так она называла своих дочерей) и себе, и на заказ. Ткацкий станок был полностью деревянным, собирался ( и разбирался) легко и быстро, без единого гвоздя. на клиньях и клинушках. При работе станок шумел, можно сказан, громыхал, если ткань ткали плотную, Из толстых нитей ткали скатерти, шторы, занавески, из гонких—белье, полотенца, часть верхней одежды и мужской и женской. Коноплю сеяли каждый год и вся она. естественно, шла в дело. Подробно так о конопле неспроста. Теперь коноплю ассоциируют с наркотой, а тогда ведь об этом и: слухов не было. Хорошо помню, лет 6-7 было мне, что so время цветения в коноплю всем детям, под страхом порки заходить запрещалось. За нарушение следовало немедленное наказание, без скидок на малый возраст. Такое, понимаете, было воспитание,
      С 1946 по год 1954 отправляли меня родители из города в деревню милую, к тетушке в Роговатое, что на Белгородщине. С ранней весны и до осени. Дочери её
готовились к замужеству, были взрослыми и вея тётушкина доброта была обращена ко мне. По весне приезжал я к ней на бензовозе с веселым водителем Панькой, бывшим фронтовым шофером. Отец мой ходил на нефтебазу, куда Панька приезжал дважды в неделю и просил его отвезти меня к тетушке. Никаких автобусов тогда ещё не было, а дядя Паша ('так я обязан был его называть) был у отца связным с большой деревенской родней. Ну и вот, приезжал я на родину моих предков худой, бледный, прямо таки прозрачный, а по осени, забегая вперед, возвращался сытенький, красноморденький, крепкий здоровячок - все лето босиком, в штанишках и маечке, белобрысый: и дерзкий, Драчливый был, с обострённым чувством справедливости: чуть что—и сопернику «в пятак».... драка. Доставалось и мне. Но надо сказать, злобы никакой не было, Следов, как правило, от стычки не оставалось, Самое большое слегка разбитая губа или синичек под глазом, На такие синячки тётушка не реагировала, не вмешивалась, а вообще-то она меня оберегала, отвечала за меня и наказывала, если считала нужным. Как то на спор прошёлся я по срубу колодца и тетушке доложили об этом, лупцевала она меня добросовестно и поделом. А потом плакала, обхватав заскорузлыми: от труда руками мою буйную белобрысую голову, делала этими же руками: массаж и, бывало дело, засыпал я под этой немудрёной процедурой, а потом клятвенно заверял ее, что больше не буду тревожить сё страдальческого от пожизненного горя сердце.
      У тетушки был хороший, правда, немного запущенный сад: ВИШНИ, СЛИВЫ, яблони , плодов—тьма, есть—не поесть, а заготовить впрок сахару было мало. Для дела готовила она наливку, настойку на вишне, на сливе и служили ЭТИ напитки валютой для оплаты трактора или машины за подвоз угля, сена. Нельзя сказать, что  жил я у неё_ беззаботно. я исполнял все, что велела тетушка: корову, к примеру, гонял к стаду рано утром, а вечером встречал и гнал домой. Правда, я её не гнал, она сама шла, я её сопровождал; Дома нашу любимую корову ждал мешок вкусной травы, какую я тоже собирал. Из сливок в маслобойке сбивал сливочное масло, часть которого тетушка перетапливала, наливала в бутылки и с дядей: Пеней отправляла моим родителям: любила их большую семью и как могла помогала прокормиться в трудные годы. Молол муку на примитивной ручной мельничке: два жернова и воронка для подачи зерна между жерновами и крути себе крути, если хочешь есть хлеб и лакомиться коржиками, блинами, бубликами. Это всё тётушка умело делала, Коржики на молочке, на топлёном маслице с сахарком—мечта проголодавшегося от бесконечной беготни пацана.
     Работал я с другими пацанами и в колхозе ( об этом мой рассказ «Хлебный обоз»), зарабатывали зерно: председатель колхоза не жадничал, пацанам
платал хорошо. Честно признаться, в уборочную страду старались мы и стырить, пшенички особенно. На току ночью был один сторож-старичок, отвлекали его двое, а трое-четверо в это время затаривали пшеничкой гаманки, такие холщовые прочные сумки. Школьники в деревнях с такими гаманками ходили в школу, Портфели были потом, а знания были тогда, Тут недавно профессор математики технического ВУЗа спросил абитуриента куда впадает Волга, Тот не смог ответить. Тогда профессор предложил этому бедолаге подойти к карте и посмотреть, Тот посмотрел и сказал, что Волга впадает в Оку а по ЕГЭ у него было 100 баллов. Ну что тут скажешь? Егэшный отличник видать и песню не слышал о том, что Волга впадает в Каспийское море и кроме того, «Волга впадает в сердце моё,. >>> Вспоминается M Лермонтов:
              Печально я гляжу на наше поколенье
              Его грядущее иль пусто, иль темно
              Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
              В бездействии состарится оно.

Называю я таких егэшных отличников про себя: «покемонами», Правда, не знаюэ что означает это слово, Мне кажется что-то глупое, убогое какое-то. Начиная с 90-х годов и потом многие в связи с некоей «свободой слова» несут просто околесицу о несостоятельности советской власти, советского периода нашей Родины. А слышишь это чаще всего из уст малограмотных егэшников, каким теперь уж более сорока, не дети. Немало прожили, ума не нажили, пачкают прошлое, гонясь за оригинальностью своего убогого мышления. Хотя, конечно, никакого тут мышления нет, нет того, что принято назы¬вать интеллектом: нет и достойного образования, т.е. того, что называют суммой знаний. То есть нет ни того, ни другого, ни третьего, ,А есть смарт¬фон в одной руке, банка пива - в другой и сигарета во рту, И тут уместно Вспомнить А.С .Пушкина:
      **Дикость, подлость, невежество не уважают прошлого,..». Легко могут они брякнуть что-либо подлое в адрес В   Ленина, из-за мало¬грамотности не понимая значения этого человека в судьбе народов планеты: и .конечно, народов нашей Родины,
     К чему это нелиричесжое отступление? А к тому, что брякалов (трепачей-ту-совщиков) направлял бы я на перевоспитание к моей незабываемой тётушке Ульяне рождения 1891 г, которая о царском времени рассказывала много и о войне японской, и о войне 1912~1914г.г. и гражданской войне, и о Великой Отечественной, куда проводила она любимого мужа Пахома и любимого сына Якова, Сложили они там свои головы, а тётушка погрузилась в пожизненный траур.
     И ещё, При гипотетическом «перевоспитании» была б моя воля, велел бы я брякалов пороть до рубцов на заднице, а потом- ещё пороть, чтоб дурь выбить!
     А о тетушке Ульяне помнить буду до веку! Умная была тётя.
     Прошли годы, а вернее 25 лет от времени описанного выше. Автор, участник: тех послевоенных событий, получив образование, стал геологом с большим профессиональным: да и чего тут скромничать, жизненным опытом. Работа в геологии, где перемена мест, событий обычное явление. Это ведь не работа, к примеру, на швейной или кондитерской фабрике, где годами, десятилетиями одни и те же люди, одна и та же обстановка, Геология, геологоразведка -это добыча информации о земных недрах, где при благоприятных условиях обнаруживаются месторождения полезных ископаемых и там потом организуется их добыча, и этим делом: занимаются горняки,
     К 1974 году, будучи страстным автолюбителем, успешно поработав на Родине и за её пределами, стал я обладателем автомашины «Волга, Газ-24». Тогда зто было завидное приобретение, надо было и средств скопить и суметь купить. Средства, заработанные за рубежом, давали возможность купить машину без очереди и пo госцене, Приехав на новой сияющей «Волге» на малую Родину, решили с мамой, тогда еще активной, поехать на её малую родину, навестить родных и; в первую очередь, тётушку Ульяну.
     Встретила она нас с радостью, хмурое её лицо засветлелось приятной улыбкой.   Маму она узнала, меня- нет,
- Кумушка, Анисушка милая, с кем же это ты приехала?
- Кума Уляшка, да это же Саша, Шурка твой любимый!
— Господи, такой мужичище стал:. Да как же тут узнаешь? А машина чья? —Сынок заработал. В Африке работал и в Азии тоже,,».
     Географических тонкостей тетушка не знала, но про Африку слыхала из радио и телевидение тогда уже было.
   ~~ Ага, ну ладно, проходите в хату, буду Вас кормить, угощать милые мои сродственники* Как же я рада, что приехали. Старая я стала, кумушка ты моя ненаглядная, любимая: моя, От твоего рождения и до сей: поры ты у меня: самая родная. Дочерей: своих так не люблю. Болеть я стала, Нога донимают, Видишь вот тепло, а я в валенках. Зябнут ноги, руки болят, пальцы по ночам

     Тут она протянула к нам ладони. Пальцы напоминали корни старого дерева если за дерево принять предплечье. Изработавшиеся руки труженицы. Мама взяла её ладони, стала гладить пальцы., От такой ласки тётушка заплакала,
~~ Нахлынуло, кумушка. Пахомушку с Яшей вспомнила, горе мое вековечное, не отпускает. Скоро, Бог даст, свидимся. Время подходит, мне уж больше восьмидесяти. Хватит , пожила, чужое живу. Племянников хоронить приходится. Тут вот Семёна, Синдяка. помнишь, схоронили недавно, Рассказала тут она историю о Синдяке - прозвище было у него такое, деревенское, История ничем особо не примечательная, но ей хотелось ее поведать нам,
      - Были они как-то зимой с Коняевым на свадьбе в Потудани. Погуляли и на коняевской машине домой отправились, а в Шаталовке, помнишь, там Крутой Лог, в снегу закопались. Темно, снегу много. Вроде бы выбрались , потом, как получилось, опрокинулись они, Машина в снегу оказалась вверх колесами, а эти, племяши мои, вверх ногами в машине. Очухались, а Синдяк и говорит Кольке, ну что, мол, стоим, трогай, т.е. поехали, мол.. А куда ехать-то? Ну вот тебе и смех и горе. Вылезли из машины, хмель прошёл. Нешуточное дело—машину опрокинули, Вроде не дураки, а как умными их назвать?
      Угощение было традиционно щедрым: яичница на сале, овощи свои, пахучие, свежие, Наливочка вишнёвая, а выпивать некому- водителю нельзя, а кумушки сроду не знали этого. Тетушка разговорилась.
   — А еще вспоминаю и о вас, Анисушка с Ванюшей (так она отца моего звала), Алёнку, мою старшую замуж отдавали, прямо перед войной, позвали вас на свадьбу. Ванюша тогда дроголевал в артели «Красный конь», (дроголевать-это значит возить грузы: на дрогах, таких грузовых телегах).  Приехали в санях. Зима, сугробы. Отгуляли свадьбу, святки как раз были. Перед крещением дело было.., Отправили вас домой, а ты с Шуркой была тоща, грудничком. На том же спуске в Шаталовку, круто там, дорога кривая, а ехали, видать, быстро, накренились сани и ты, бедняга вывалилась из НИХ, Ванюша сразу-то не заметил, уехал, а потом, ведь вот есть же Бог, оглянулся, а вас нету. Сообразил и назад, в окаянный Крутой Лог,,, Ты уже выбралась, ждешь. Рады были, без памяти: не ушиблись и Шурка не замёрз, а теперь, гляди-ка богатырь сидит. Не зря, видать, коржиками я его кормила, пацанчиком было тоща, после войны, сразу.
     Вот так проклятая, жестокая война разделила судьбы людей на две части: до и после. Беспощадно прошлась она, принеся много горя в русские города и деревни,»
В тот же день, навестив мамину невестку Марию, вернулись мы в город. Мама была очень довольна,
    —Смотри-ка, летний день, сколько времени светлого, много успеваешь, (тут отмечу, имя Анисья греческое и означает оно «успешная»). Мы и в Роговатку съездили, родню повидали, на душе мягче стало. Спасибо тебе, сынок, А мне хотелось много раз сказать это доброе слово «Спасибо» и маме» и тетушке Ульяне. Участие в разговоре с ними - это как родниковой воды напиться, Много горя перенесли они, эти удивительные многодетные русские женщины, Сохранили душевное добро и, не замечая этого, делились им с окружающими.
Спешите делать добро! (так в писании сказано) Спешите, а то не успеете.

       А.И.Фомин.