Бор за деревней Стожары

День октября зябко прохватывал прохладой, холодком, изредка показывалось неяркое солнце. По голубой глазури небосвода медленно плыли белые барашки облаков.
Настоящий дремучий бор за деревней Стожары,словно поглотил узкую тропинку.
В зрелом уже сосняке с оранжевой корой стояла гулкая тишина, даже какое - то осеннее оцепененье. Над вековыми соснами вытянувшись косяком, летела первая гусиная стая на юг. Утки - кряквы вразнобой, без вского строя пролетели к торфяному озерцу. 
На просеке, на вершине шатровой ели уселся на тостом суке глухарь. Хвост распушив, взъерошился весь, крылья расправил в разные стороны, забулькал, как ручей: "Шчи-шчи-шчи....Те-ке-те-ке....".
Я обернулся, пригляделся и увидел в кусте разлапистой облетевшей чернеющей ольхи  тёмно - коричневую пташку варакушку, которая тихонько насвистывала грустную мелодию. С определённым интервалом в сосняке насвистывала пеночка: Тинь-тинь...тинь-тинь". Где- то совсем рядом звонко раздавались покрики клестов:" Цок...цок...цок...".
И папоротников выскочил зайчишка- серый комок, удивлённо вздыбил уши, словно выказав немой укор и юркнул в кусты, от человека подальше. Серый дрозд просвистел в рябиннике, высматривая чем поживиться?
В устье речки Ушмы доносилось кряканье диких уток. В кустах берегового ивняка тенькала большая синица, а по песочной отмели, что - то насвистывая, бродил крошечный куличёк, что - то насвистывая.
Иду петляющей тропинкой между вековыми соснами. И вдруг вдалеке синим огоньком на неярком солнце сверкнуло из еловой крепи озеро Круглец. С низкими заросшими берегами: ивняком, тростником, кустами багульника, голубичника.
Синее-синее зеркало воды завораживало взор. Молодой после пожаров подлесок тянулся сплошной стеной вдоль её берегов. Он был насквозь пронизан осенней таинственной тишиной.
Дышалось легко, смолистым воздухом. В самом торце тонко пахло багульником, смолою, хвоей, можжевельником.
В зеркале синеющей воды опрокинутые вниз темнели, отражаясь в заводи, молодые, пушистые ёлочки - малолетки и сосёнки - подростки вразброс по краям берега.
У заросшего тростником правого берега то и дело крякали жирные утки. В ближнем сосняке звонкой очередью ударил по стволу сухой сосны дятел- пёстрый. И опять глубокая осенняя тишина.      
Плеснулась в заводи крупная рыбина, колыхнулось отражение камышей. Сеть выбрана и что же - в ней болтаются всего - навсего два краснопёрых окунька. Такой улов не годится - выпускаю окуньков на волю.