Байки из хлева

   Представляю третью главу из своей книги "Шолохов, или тайны вёшенского двора".


            III. БАЙКИ ИЗ ХЛЕВА

   Впрочем, взваливать всю вину на одного Шолохова было бы несправедливо. «Придворные» шолоховеды и советские газетчики с его молчаливого одобрения десятилетиями плодили откровенную чушь.
 
   Многочисленные байки о личных встречах Михаила Александровича с Нестором Махно — со всеми кинематографическими деталями, сочными красками и выдуманными диалогами — комментировать всерьёз бессмысленно. Это чистой воды бред, в создании которого преуспел целый десант советских биографов: Гура, Петелин, Якименко, Прийма, Воронов, Чукарин и ещё добрый десяток авторов. На примере этой развесистой клюквы наглядно видно, какими плотными слоями лжи обросло имя Шолохова — не прокопать.

   Сам он, к слову, тему встреч с легендарным «батькой» первым никогда не заводил. Но стоило в прессе выйти очередному ремейку этой легенды, благодушно поддакивал навязчивым расспросам. В споры с репортёрами Шолохов не вступал, предпочитая глубокомысленно отмалчиваться, и лишь в узком домашнем кругу цинично усмехался: «Пусть фантазируют» (как вспоминала позже его старшая дочь Светлана).

   А ведь триггером для этого бесконтрольного мифотворчества послужил он сам, когда в автобиографии 1931 года залихватски начертал: «банды гонялись за мной, я гонялся за бандами».

   Владимир Громославский — внук Ивана Громославского, шурина писателя — позже вспоминал ироничные слова своего деда: «Написал Шолохов в биографии, что банды за ним гонялись, да не подумал, что “обрастать” начнут эти слова».

   Реальная же подоплёка тех событий была бесконечно далека от голливудского приключенческого сюжета. Шеститысячная повстанческая армия Махно действительно наведалась в Каргинскую 22 сентября 1920 года — сразу после жестокого боя в станице Боковской, где 4-й Донской полк красных был буквально изрублен на куски. Махновцы задержались там всего на двое суток. И исключительно для того, чтобы похоронить на местном кладбище своего легендарного атамана Гаркушу, скончавшегося от тяжёлого пулевого ранения.

   Какова же была реальность тех двух дней? Всё тот же Георгий Сивоволов описывает приход «батькиных» полков без какого-либо казённого пафоса, обнажая весьма негероическую изнанку:

   «С часу на час ждали появления Махно в станице Каргинской. Накануне с утра в исполкоме уже кипела работа: отбирали наиболее ценные и важные документы, папками увязывали в мешки и уносили — закапывали во дворе, несли в камыши на другой берег Чира... <…> 22 сентября Махно занял станицу Каргинскую. <…>
Прибытие в станицу банды, несмотря на то, что ее ждали с часу на час, вызвало настоящий переполох. Станичный исполком, станичную милицию как ветром сдуло. Председатель Федор Чукарин, исполкомовцы, продработники, комсомольцы бросились за Чир в левады и непроходимые терновники в слободке...

   Вопреки слухам и утверждениям руководителей, насилия и стрельбы не было. Люди стали выходить из дворов — полюбопытствовать, зачем махновцы пожаловали в станицу... На мельничном дворе у кирпичных сараев с хлебом, собранным по разверстке, прикладами сбили замки. Выглядывавшим из дворов жителям сказали: «Это ваш хлеб. Забирайте!».

   Так что нельзя исключать, что Михаил Шолохов, числившийся в сонме работников станичного исполкома, все эти двое суток пересиживал визит «залётных гостей», затаившись в прибрежных камышах Чира. Лихие погони за бандами происходили, по всей видимости, исключительно в его пылком воображении.

   Была ли эта встреча реальностью или чистой воды мистификацией, подробно проанализировал в своей исследовательской статье [1] известный верхнедонской журналист, публицист и краевед Александр Жбанников. Примечательно, что сегодня даже официальные специалисты признают: Михаил Александрович лично приложил руку к фабрикации мифов о собственной юности. Газетчикам же только дай волю — они моментально раздували эти анекдоты до масштабов кавалерийского боевика.

   Тактика самого Шолохова была выстроена безупречно: никогда не опровергать то, что работало на его героический образ. В ответ на прямые расспросы он предпочитал хранить загадочное молчание, многозначительно улыбаться в усы и затягиваться неизменной трубкой, пряча прищуренные от дыма глаза. Заодно и излишне любопытный собеседник быстрее дурел от плотных табачных клубов. Ну а лучшим средством защиты было налить интервьюеру стопку-другую «крепыша», впрочем: «где б ни бывали — по три наливали», — после этого разговор легко переводился на охоту или рыбалку. А какой с хмельного спрос?

   А вот шолоховский друг детства Костя Каргин действительно рискнул испытать судьбу. В круговерти тех дней он незаметно примкнул к махновцам и исчез из Каргинской. Правда, повоевать под чёрным знаменем «батьки» ему довелось всего две недели. На востоке Украины юноша попал в плен к белым, чудом избежал расстрела (выручил узнавший его земляк) и вместе с отступающей армией Врангеля оказался сначала в Крыму, а затем в эмиграции в Турции. Позже советское правительство объявило амнистию, и спустя год мытарств Костя вернулся через Болгарию на родной Дон. Но это, как говорится, уже совсем другая история. А перед нами встаёт куда более зловещий и фундаментальный вопрос: существовал ли вообще писатель Шолохов как творческая единица?

___________________________

[1] Александр Жбанников «Михаил Шолохов и Нестор Махно: а была ли встреча?»
  http://veshki-bazar.narod.ru/makhno.htm
___________________________


   Файл (pdf) с книгой (313 страниц, вес 17,8 Mb) можно открыть или скачать на Яндекс Диске по ссылке:
   https://disk.yandex.ru/i/i6wuVCR2d-CKjw
   или в облаке mail.ru:
   https://cloud.mail.ru/public/Cs3c/3ZhLLNsCK   
   По этой ссылке (на Яндекс Диск) можно скачать файл для чтения в электронной книге (ридере):
   https://disk.yandex.ru/i/p56Qtxa5tFFPIA