Конец света на районе...

ВНИМАНИЕ: Коллаж создан нейросетью по авторскому промту.

Конец света на районе,
или Медузомицет в зоне доступа

     Вечер тёк как по писаному, уныло и обычно. Осень уже вступила в свои права, и в седьмом часу вечера комната погрузилась в сизые сумерки. Артём в отсутствие родителей раскинулся на их двуспальной кровати. Его длинная тёмная чёлка иногда падала на лоб, и парень то и дело откидывал её назад резким кивком головы. В свои четырнадцать лет он рос парнем худощавым и длинноногим, а его серьёзный, слегка хмурый взгляд серых глаз выдавал типичного зумера, который пытается казаться старше. На Арте было домашнее безразмерное худи оверсайз, в котором он буквально тонул, и свободные трикотажные джоггеры. Снимать этот уютный кокон он не собирался, ведь на улицу выходить уже не нужно.
     В руках он держал книгу «Старуха Изергиль» и читал легенду про Данко. Хоть он и говорил вместо «Изергиль» — «изрегиль» с намёком на то, что писатель что-то знатно поизрыгал на бумагу, но ему было интересно. Выдуманный Горьким чувак с горящим сердцем виделся по-настоящему крутым. Как истинный зумер, Арт ценил искренность и сопереживал герою.

     Его младшая сестра Сонька тоже уже давно вернулась из школы. Она была типичным представителем поколения Альфа. На её круглом лице ярко выделялись большие карие глаза, а веснушки на носу и щеках не сходили вообще никогда, оставаясь заметными даже зимой. Устроившись в своей комнате на вертящемся кресле, напялившая кигуруми в виде Тигры из Винни-Пуха девочка по пятому заходу за лето и начало осени крутила на компе своего «Гарри Поттера».
     Брат к ней не присоединялся. Для его поколения первые три кина про Поттера были уже устаревшей классикой, которую он перерос. К тому же Сонька умудрялась одновременно с просмотром переписываться со школьными подружками, причём иногда то, что писала сестра, она проговаривала вслух. От такого бурного альфа-потока информации у «короче Арта» просто взрывался мозг, поэтому он предпочитал оставаться на своей волне. Да, все звали мальчика просто Артом, потому что так, действительно, было короче.
     — Сонь, чё по еде, проголодалась? — вдруг заорал Арт, оторвавшись от чтива.
     — Как мама придёт, так и поедим, — так же громко ответила сестра. — Ну, принеси мне молока и печенек.

     Арт всё равно босиком потопал на кухню и замер у подоконника, на котором за блёклым тюлем с бантиками вырисовывался силуэт трёхлитровой банки. Мальчик аккуратно слил через марлю немного янтарного, пахнущего дрожжами напитка в свою чашку с надписью «Душно — отмена» и изображением Человека-паука в нелепом худи оверсайз. Арт уже поднёс чашку ко рту и собирался сделать первый глоток.
В этот момент с топотом прибежала взвинченная Сонька. На ней самой лица не было от злости и испуга. Даже веснушки как-то потускнели.
     — У меня интернет отрубился прямо посреди видюхи! — заорала она с самого порога. — Комп завис к чертям, а на экране вылезла дикая системная надпись: «Доступное подключение: Медузомицет в зоне доступа». Слышишь? Медузо-фигня какая-то! Иди сам смотри, что это за бред!
     Она так запыхалась, что на секунду замолчала, и только тут заметила чашку в руке брата. Её лицо брезгливо перекосилось.
     — Господи, опять ты пьёшь эту гадость! — добавила она. — Я снова буду маму просить, чтобы она этот гриб выбросила. Из-за него на кухню зайти противно!
Брат только вздохнул и сделал демонстративный глоток. Он уже наизусть знал все претензии мелкой.
     — Сама ты гадость, — спокойно ответил он, вытирая губы. — Это натуральный пробиотик. Тут чистая польза для желудка, ферменты, витамины группы B. А ты свои бабл-ти хлещешь литрами, хотя там сахара килограмм, трансжиры и сплошная химия в этих твоих лопающихся шариках. Заработаешь себе диабет к тридцати годам, вот увидишь.
     — Столько не живут, — фыркнула мелкая.
     — Ну мама же как-то дожила, — съязвил Арт. — Да и дедушка этот гриб очень любил, пока…
     Мальчик замер и осёкся. До него наконец дошло то, что сестра прокричала в самом начале. Медузомицет. Сестра понятия не имела, что это инопланетное по звучанию слово — официальное научное название чайного гриба, который прямо сейчас стоял перед ними.
     Жидкость на дне колыхалась, и на её поверхности скапливались, не лопаясь, пузырьки воздуха. Они становились всё крупнее.
     Арт бросил взгляд на банку на подоконнике. Марля на её горлышке больше не лежала ровно, а натянулась жёстким полуовалом, будто снизу её упрямо толкало вверх разросшееся склизкое тело. Мальчик поставил чашку на стол и пошёл за сестрой в её комнату.

     Железо под столом выло так, что, казалось, корпус системного блока вот-вот треснет от вибрации. По ходу, кулер процессора вертелся на честном слове.
Арт уставился на монитор, на котором в окне уведомления упрямо горело требование: «Введите пароль для авторизации». Сонька замерла у него за плечом, скрестив руки на груди и всем своим видом показывая, как её бесит эта ситуация.
     Мальчик протянул руку и тронул мышку. Курсор на экране даже не дрогнул. Арт нажал несколько клавиш на клавиатуре, но компьютер вообще никак не отреагировал. Надпись продолжала гореть ровным цифровым светом.
     — Ну? — нетерпеливо спросила Сонька, пихнув его локтем в бок. — Что застрял? Сделай что-нибудь. Что это вообще за «медузо»? Вирус какой-то? Или у нас в городе новый провайдер?
     Арт медленно убрал руку от клавиатуры. Он до сих пор не мог поверить в то, что видел на экране.

     — Это не вирус, — негромко сказал он, оборачиваясь к ней. — Это чайный гриб. Медузомицет по-научному.
     Девочка округлила глаза и на секунду даже перестала злиться, уставившись на брата как на сумасшедшего.
     — Чего? — переспросила она. — Шутишь? Твой тухлый гриб из банки взломал мне всю сеть? У меня же кабель напрямую подключён! А что за пароль-фиголь ему нужен? Может, вынуть грибок из банки и приложить к монитору?
     Из кухни, прервав её слова, донёсся странный звук. Это не было стуком или падением. Раздался отчётливый, сочный шлепок, будто что-то скользкое и тяжёлое перевалилось через стеклянный край трёхлитровой банки и упало прямо на линолеум.
И тут погас свет. Яркий экран компьютера остался единственным источником блёклого синеватого сияния во мгновенно наступившей тьме.

     Резкий, пронзительный звонок в дверь заставил ребят вздрогнуть. Звук повторился несколько раз подряд, быстро и требовательно.
     — Мама! — громко и с надеждой крикнула Сонька.
     — Папа?! — вопросительно, но в том же тоне предположил брат.
     Арт включил фонарик на телефоне. Это была единственная работающая функция. Луч подсветил дверной проём, и мальчик осторожно прошёл к входной двери. За дверью слышался взволнованный гул нескольких голосов. Арт повернул замок и увидел соседей, толпившихся на тёмной лестничной площадке. Кто-то подсвечивал себе фонариком, а баба Шура из сорок первой вообще вышла со старой парафиновой свечой. Народ наперебой переговаривался. Оказалось, люди уже успели спуститься на улицу и проверить обстановку. Электричество полностью отрубилось не только в их многоэтажке, но и во всём спальном квартале, превратив район в глухое пятно.
     Арт выслушал поток новостей, буркнул: «Да, и у нас конец света» — и закрыл дверь на замок. Затем мальчик несколько раз ткнул пальцем в экран смартфона. Покорный напору человека, сотовый засветился. Арт попробовал позвонить маме, но на дисплее горел пустой значок перечёркнутой антенны. Подползшая на ощупь с вытянутыми вперёд руками Сонька тоже судорожно щёлкала по своему экрану, пытаясь набрать номер, однако связи не было вообще. Возвращаясь к себе, девочка почему-то выла, как оборотень, хотя смахивала на апгрейднутого Вия.

     Арт повёл лучом фонарика в сторону кухни, помня о жутком шлепке на линолеум, который они слышали пару минут назад. Идти туда в одиночку было не по себе.
     — Сонь, ползи сюда, только аккуратно. На кухне, по крайней мере, можно зажечь газовую плиту от обычной спички. Хотя бы посидим не впотьмах. За компом твоим тоже не совсем темень, но страшновато как-то.
     Мальчик шагнул через порог кухни и замер, медленно опуская руку с мобилой.  Фонарик больше не требовался. Вокруг было совершенно светло, но этот мягкий и чуть пульсирующий янтарный свет шёл вовсе не от потолочной люстры и не с улицы. Огромная склизкая масса, вывалившаяся из банки, росла буквально на глазах и расправляла свои полупрозрачные слои. Существо изнутри светилось так мощно, что кухонный гарнитур с мойкой отбрасывал чёткие тени на стены.
     В этот момент Арт окончательно понял, что обесточенный компьютер в комнате, мёртвая мобильная связь и внезапно погасший свет во всём огромном городском квартале стали результатом ненасытного аппетита этого существа. Гриб не просто подключился к кабелю, а полностью высосал всю электроэнергию из района и теперь победоносно сиял в темноте квартиры.
     — Ага, в комнату возвращаться страшно, а входить на кухню противно и скользко, — пробурчала мелкая и схватила его за край худи. — Я боюсь.

     Видать, гриб, вольготно распластавшийся на полу, тоже испугался и уполз куда-то под стол.
     Ребятам чуток полегчало, и они смогли перевести дух. Арт осторожно прошёл вперёд, увлекая за собой сестру. Сонька быстро забралась на стул, подтянула колени к подбородку и обхватила их руками, чтобы не коснуться пола, где только что ползал гриб. Парень достал из коробка обычную спичку, чиркнул ею и с тихим хлопком зажёг конфорку газовой плиты. Кухню залило привычным тёплым огоньком. Арт набрал в чайник воды из-под крана, водрузил его на огонь и сел на соседний стул, не сводя взгляда с тёмного пространства под столом.
     — А давай попробуем позвонить дедушке Павлу? — вдруг предложила сестра.
     — Так он же умер три года назад! — вскинулся брат.
     Девочка молча протянула ему свой телефон, который положила на обеденный стол. Ещё минуту назад мёртвый экран светился болотистым светом. На дисплее сама по себе открылась телефонная книга, где остался один-единственный номер 8-666-666-66-66. Это был точно старый номер дедушкиного «Алкателя», но абонентом был обозначен «Медузомицет». Сам собой шёл бесконечный и бесшумный отсчёт секунд начавшегося исходящего вызова.

     Звук из динамика слышался далёким, глухим и потрескивающим, похожим на чужое тяжёлое дыхание. А затем без перехода пошли слова Пушкина: «О, сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух!»
     — Дедушка... — растерянно прошептала сестра, включая громкую связь.
     — Ага, дедушка по имени Пушкин, — нервно хохотнул Арт.
     Из динамика сквозь треск статических помех донёсся далёкий, но до боли знакомый хрипловатый голос. Дедушка рассмеялся своим характерным, чуть ворчливым смехом и выдал свою старую любимую шуточку.
     — Вы ещё не передумали, чтобы я был вашим преподом биохимии? — весело вопросил он. — Тогда звоните в небесную канцелярию в любой год, который ныне на дворе.
     Арт и Соня замерли, не в силах пошевелиться от диковинного сочетания дедушкиного голоса и цифровой реальности.
     — Тогда сегодня я вам расскажу о способах употребления и полезных свойствах чайного гриба, — продолжил дедушка голосом Капицы из популярной советской телепередачи «Очевидное — невероятное».

     Но тут послышался звук поворачивающегося в замке ключа, хлопнула входная дверь, и в коридоре раздались шаги мамы и шуршание пакетов. Уставший, но такой родной голос сетовал на неработающий лифт и кромешную тьму в подъезде.
Мама скорее автоматически по привычке щёлкнула кнопкой выключателя, и в ту же секунду в квартире с резким щелчком включился свет. Фонари за окнами, лифты, холодильники и прочая электроника в их родной высотке и в соседних домах тоже ожили.
     Покинутый комп в комнате сестры послушно запустил прерванную странным объявлением сцену «Гарри Поттера», а телефоны разом пискнули, возвращая привычную мобильную связь. Наваждение лопнуло так стремительно, что дети даже не успели ничего понять, а далёкий голос дедушки в динамике растворился в обычном коротком гудке.

     Мама решительно вошла на кухню, мгновенно оценила обстановку и без лишних слов всё разрулила. Не слушая сбивчивых и испуганных объяснений Арта и Сони, она достала из шкафа плотные перчатки, без лишних церемоний сгребла склизкую массу с пола и силой запихала её обратно в стеклянную банку. Протёрла мокрой тряпкой пол. Подхватив потяжелевшую посудину, мама вынесла её на помойку вместе со всей этой чёртовой биохимией.
     Вернувшись, она быстро помыла руки и наконец накормила до смерти переполошенных детей горячим ужином. Жизнь в родной высотке снова потекла своим чередом, и только провайдеры на следующий день прислали стандартное уведомление о краткосрочном сбое в сети и напоминание пополнить баланс аккаунта.
     Хозяйка осталась на кухне, чтобы навести порядок и сварить на завтра суп. На днях должен был вернуться отец из командировки и привезти кучу минералов и окаменелостей.

     Дети разошлись по своим комнатам.

     Сонька успокоилась вполне. Досмотрела своего Поттера. Укладываясь спать, девочка думала о том, что ради разговора с дедушкой, даже такого стрёмного, можно было бы и потерпеть этот гриб. Она решила, что на пару с братом обязательно заведут на подоконнике новую, маленькую баночку в память о деде. И чтобы на всякий случай проверить, не появится ли снова на мониторе объява «Медузомицет в зоне доступа».

     Арт у себя в комнате тоже залез под одеяло, но сон не шёл. Парень понимал, что предок-биохимик успел бы рассказать им кучу важных вещей, если бы мама не вернулась с работы. В этот момент между ним и сестрой будто включилась та самая странная ментальная связь, когда близкие люди на расстоянии думают об одном и том же. Он решил, что новый гриб они всё-таки купят и вырастят, ведь чистую пользу от пробиотиков никто не отменял. Но теперь ребята будут строго следить за размерами гриба и ухаживать за ним. Да, хоть растить эту Медузо-фигню можно десятилетиями, но доводить до «времён Очаковских и покоренья Крыма», как любил говаривать сам дедушка, точно не стоит. До девятого класса и Грибоедова Арт в своём седьмом ещё не дорос, но масштаб катастрофы оценил отлично.

     Ребята не знали и не ведали, что камни отца тоже знатно фонят в магическом плане. По сравнению с ними дедов грибок казался всего лишь мелкой комнатной плесенью. И если отцовские минералы когда-нибудь бабахнут, то одной маминой мокрой тряпкой и содой точно не обойтись. Но с этим в будущем будут разбираться уже их собственные дети.

     Соседи потом ещё целую неделю шептались на лестничных клетках, собирались кучками у подъездов и делились друг с другом поразительными историями. Люди сбивчиво уверяли, что в тот странный вечер, когда во всём спальном квартале разом погасло электричество, им всем удалось услышать родные голоса. Далёкое эхо из прошлого пробилось к жителям спального района безо всяких спиритических сеансов и мистики, зазвучав прямо из мёртвых трубок мобильных и стационарных телефонов.