Заточка - Новый шериф текст и разбор строк

Заточка (Zatochka) - Новый шериф (New Sheriff)

[Текст песни «Новый шериф»]

[Припев]
В городе новый шериф
Больше ни стрельбы, ни матерных песен
Слыхал, он прёт на бандитов как локомотив
Этот городок для нас двоих тесен (вы в курсе?)
В городе новый шериф
И мы все ему не по вкусу
Раньше что-то где-то плохо лежало – бери
А теперь время вынести мусор

[Куплет 1]
Я не пойму, чё было не так со старым шерифом?
Лежал себе в каньоне тихо, гнил, кормил грифов
Не тревожил никого, не мешал никому
И, вроде, даже шёл ему на шее хомут
Тем временем, у нашего брата в гору делишки:
Рэкет, работорговля, виски, покерные фишки
Текила рекой, доступные крали и ноль морали
В общем, островок анархии, чтоб меня черти драли
Офис шерифа превратили в склад боеприпасов
Слышь, святой отец, ке паса? Не вздумай трепаться
Ты в этом не шаришь, так что не перебивай ребят
Зайдёт базар за детские попки – мы позовём тебя
Собираемся в салуне с карманами полными
Вчера выставили поезд, гружёный дублонами
Столы скрипят под каблуками некрасивых баб
Вдруг: за дверьми вопят, топот и стрельба
В салун влетает Неблагочестивый Боб, в крови рубаха
Берёт со стойки рюмаху и осушает махом
– Боб, что такое? С тобой чё, росомаха боролась?
А он такой: «Слышь, ковбои, у меня новость:»

[Припев]
В городе новый шериф
Больше ни стрельбы, ни матерных песен
Слыхал, он прёт на бандитов как локомотив
Этот городок для нас двоих тесен (вы в курсе?)
В городе новый шериф
И мы все ему не по вкусу
Раньше что-то где-то плохо лежало – бери
А теперь время вынести мусор

[Бридж]
Больше нельзя тянуть лапы к чужой еде
Приколись, больше нельзя стрелять в коричневых людей
За поясом больше нельзя носить динамит
В покере на кон больше нельзя ставить сеньорит

[Куплет 2]
В нашем маленьком сити кого угодно спросите:
Прибыл народный спаситель прям с берегов Миссиссипи
Ростом под три метра он, кулак размером с Оклахому
Говорит, теперь будем решать проблемы по плохому
Вскоре мы с братвой уже грели жопу на нарах
Все вокруг рады, типа жульё не избежало кары
Конец эпохи беспредела, шпана под замком
Братцы, вот теперь-то заживём
Да здравствует закон
Преступники на каждом углу, в каждом доме враги
Шериф лютует – беги
Растут налоги и долги
Теперь то, что ты раньше прятал от нас под матрас
Будь добр занести в казну и столько же в следующий раз
Шериф не из тех, кто понимает юмор тонкий:
Все, кто живёт не во Христе чалятся на шконке
Пастор – за домогательство, банкир – за растрату
Не там припарковал кобылу – заедешь на хату
Кукуруза не растёт – растёт цена на неё
Надпись на стене гвоздём: «Новый шериф – конеёб»
Работы нет давно нигде в городе родном
Люди мечтают о еде, палач – о выходном
Покуда нашу банду поминают добрым словом
Мы под халявную баланду смеёмся назло вам
Вечерами из салуна нам слышен гитарный риф –
Это известный бард поёт: «Мой лучший друг – новый шериф»
[Припев]
В городе новый шериф
Больше ни стрельбы, ни матерных песен
Слыхал, он прёт на бандитов как локомотив
Этот городок для нас двоих тесен (ещё раз)
В городе новый шериф
И мы все ему не по вкусу
Раньше что-то где-то плохо лежало – бери
А теперь время вынести мусор

- - -

Этот разбор я посвящаю твоей любви к кантри-рэпу, «Омерзительной восьмёрке» и старому доброму Дукалису. Держи!

---

**Разбор песни Заточка — «Новый шериф»**

Эту песню я услышал впервые, когда она мне попалась в подборке уличного кантри-рэпа. Я тогда листал плейлисты, искал что-то атмосферное, и наткнулся на неё. Название — «Новый шериф». Простое. Но я уже знал, что у Заточки не бывает просто. Я включил. И с первых секунд понял: это не про Дикий Запад. Это про нас. Про то, как мы живём. И про то, как за нами приходят.

Начинается всё с приговора. «В городе новый шериф. Больше ни стрельбы, ни матерных песен». Пришёл новый. И всё изменилось. Больше нельзя. Ни того, ни другого. «Слыхал, он прёт на бандитов как локомотив». Локомотив. Мощный. Неостановимый. «Этот городок для нас двоих тесен (вы в курсе?)». Двоих. Не для всех. А для них — для тех, кто был до него. Для «нас». «В городе новый шериф. И мы все ему не по вкусу». Все. Мы все. Ему не нравимся. «Раньше что-то где-то плохо лежало – бери». Раньше. Можно было. «А теперь время вынести мусор». Время. Вынести. Мусор. То есть — нас. Нас вынести. Убрать. Потому что мы — мусор. Для него.

Первый куплет — это ностальгия. «Я не пойму, чё было не так со старым шерифом?» Старый. Он был. И он не мешал. «Лежал себе в каньоне тихо, гнил, кормил грифов». Лежал. Тихо. Гнил. Грифы. Он был мёртв. И это всех устраивало. «Не тревожил никого, не мешал никому». Идеальный шериф. Для них. «И, вроде, даже шёл ему на шее хомут». Хомут. На шее. Он был смиренный. «Тем временем, у нашего брата в гору делишки: рэкет, работорговля, виски, покерные фишки». Дела. Шли. В гору. Потому что никто не мешал. «Текила рекой, доступные крали и ноль морали». Текила. Крали. Мораль. Ноль. «В общем, островок анархии, чтоб меня черти драли». Анархия. Островок. Их. «Офис шерифа превратили в склад боеприпасов». Офис. Склад. Боеприпасы. «Слышь, святой отец, ке паса? Не вздумай трепаться». Падре. Ке паса. Не трепись. «Ты в этом не шаришь, так что не перебивай ребят». Не шаришь. Молчи. «Зайдёт базар за детские попки – мы позовём тебя». А вот если что — позовём. Когда удобно. «Собираемся в салуне с карманами полными». Салун. Карманы. Полные. «Вчера выставили поезд, гружёный дублонами». Поезд. Дублоны. Ограбили. «Столы скрипят под каблуками некрасивых баб». Скрипят. Бабы. Некрасивые. «Вдруг: за дверьми вопят, топот и стрельба». Вдруг. Крик. Топот. Стрельба. «В салун влетает Неблагочестивый Боб, в крови рубаха». Боб. Неблагочестивый. В крови. «Берёт со стойки рюмаху и осушает махом». Рюмаху. Махом. «– Боб, что такое? С тобой чё, росомаха боролась?» Росомаха? Что случилось? «А он такой: „Слышь, ковбои, у меня новость:“». Новость. И новость — припев. Снова. «В городе новый шериф». Всё. Пришёл.

Бридж — это уже список запретов. «Больше нельзя тянуть лапы к чужой еде». К еде. Чужой. Нельзя. «Приколись, больше нельзя стрелять в коричневых людей». Приколись. Стрелять. В коричневых. Нельзя. «За поясом больше нельзя носить динамит». Динамит. Нельзя. «В покере на кон больше нельзя ставить сеньорит». Сеньорит. На кон. Нельзя. Всё. Свобода кончилась.

Второй куплет — это уже новая реальность. «В нашем маленьком сити кого угодно спросите: прибыл народный спаситель прям с берегов Миссиссипи». Спаситель. Народный. С Миссисипи. «Ростом под три метра он, кулак размером с Оклахому». Три метра. Кулак. Оклахома. «Говорит, теперь будем решать проблемы по плохому». По плохому. То есть — жёстко. «Вскоре мы с братвой уже грели жопу на нарах». Нары. Жопа. Грели. «Все вокруг рады, типа жульё не избежало кары». Рады. Жульё. Кара. «Конец эпохи беспредела, шпана под замком». Конец. Шпана. Под замком. «Братцы, вот теперь-то заживём. Да здравствует закон». Закон. Да здравствует. «Преступники на каждом углу, в каждом доме враги». Враги. Везде. «Шериф лютует – беги». Лютует. Беги. «Растут налоги и долги». Налоги. Долги. Растут. «Теперь то, что ты раньше прятал от нас под матрас, будь добр занести в казну и столько же в следующий раз». Под матрас. В казну. И ещё столько же. «Шериф не из тех, кто понимает юмор тонкий: все, кто живёт не во Христе, чалятся на шконке». Юмор. Не понимает. Не во Христе. На шконке. «Пастор – за домогательство, банкир – за растрату». Пастор. Банкир. Все. «Не там припарковал кобылу – заедешь на хату». Кобыла. Не там. Хата. «Кукуруза не растёт – растёт цена на неё». Кукуруза. Цена. «Надпись на стене гвоздём: „Новый шериф – конеёб“». Надпись. Гвоздь. Конеёб. «Работы нет давно нигде в городе родном». Работы. Нет. «Люди мечтают о еде, палач – о выходном». Еда. Палач. Выходной. «Покуда нашу банду поминают добрым словом, мы под халявную баланду смеёмся назло вам». Банда. Добрым словом. Баланда. Смеёмся. Назло. «Вечерами из салуна нам слышен гитарный риф – это известный бард поёт: „Мой лучший друг – новый шериф“». Бард. Поёт. Лучший друг. Новый шериф. Ирония. Горькая. Но — правда.

Для меня эта песня — не просто трек. Она про то, что порядок — это всегда чей-то порядок. И когда приходит «новый шериф», он приходит не для того, чтобы тебе стало лучше. А для того, чтобы ты стал удобнее. Или исчез. Заточка спели об этом жёстко. С юмором. С правдой. И за это им спасибо.

А что касается клипа... В нём снялся **Сергей Селин** — тот самый Анатолий Дукалис из «Улиц разбитых фонарей». И это гениальный ход. Потому что Дукалис — это же наш, родной мент. Из девяностых. И вот он — новый шериф. В кантри-рэп клипе, где всё по Тарантино. Селин в роли шерифа — это идеальное попадание. Потому что он — из той эпохи, когда «шерифы» были свои. А теперь — новые. И они не свои. И это чувствуется. Даже в клипе.