Глава 130. Разговор с Арсом

— Пошли, поговорим! — твёрдо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая решимость, что Леонид понял — разговор будет серьёзным. Гриша тихо сел на край его кровати, его лицо стало серьёзным, почти торжественным. Он посмотрел на Арсения, его глаза стали мягкими, но в них читалась такая серьёзность, что парень невольно выпрямился.
— Так что случилось? — спросил Гриша, его голос был низким, почти шёпотом.
Арсений медленно выдохнул, его плечи слегка опустились. Он посмотрел на Гришу, его глаза стали виноватыми, почти детскими.
— Почему ты в последнее время стал кошмарить новеньких, пациенток, пациентов? — спросил Гриша, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась такая серьёзность, что Арсений невольно опустил взгляд. — И зачем тебе это надо? — добавил он, и в его голосе прозвучала такая искренняя тревога, что Арсений понял — он действительно переживает. — Объясни! — закончил он. Арсений медленно поднял глаза, его взгляд был полным решимости, но в нём плескалась такая тревога, что Гриша понял — он действительно хочет объяснить. Он посмотрел на маску, которая закрывала лицо Гриши, и тихо произнёс:
— Вы можете снять маску? — спросил он, и в его голосе прозвучала такая искренняя надежда, что Гриша невольно нахмурился. Гриша быстро покачал головой, его лицо стало серьёзным, почти строгим.
— Нет, я могу заразиться! — твёрдо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая уверенность, что Арсений понял — отступать некуда. Он посмотрел на Гришу.
— А Алексей разве не может? — спросил он, и в его голосе прозвучала такая искренняя неуверенность, что Гриша понял — он действительно не понимает. Гриша тепло посмотрел на него, его рука нежно сжала его плечо.
— Мне так положено, — твёрдо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая уверенность, что Арсений понял — он действительно серьёзно относится к этому вопросу. — А Алексея в случае чего я вылечу! — добавил он, и в его голосе прозвучала такая отцовская забота, что Арсений почувствовал — он действительно защитит сына от всего. Арсений медленно кивнул, его плечи расслабились. Он посмотрел на Гришу, его глаза стали мягкими, почти тёплыми.
— Ну ладно! — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренняя поддержка, что Гриша невольно улыбнулся. Гриша наклонился ближе, его лицо стало серьёзным, почти торжественным.
— ТАК, не увиливаем от вопросов! — твёрдо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая решимость, что Арсений невольно выпрямился. — Я внимательно тебя слушаю! — добавил он, и в его голосе прозвучала такая готовность выслушать, что Арсений почувствовал — он действительно хочет понять. Арсений медленно выдохнул, его плечи слегка опустились. Он посмотрел на Гришу, его глаза стали виноватыми, почти детскими.
— Просто… — тихо произнёс он, его голос был хриплым, почти шёпотом. Гриша приподнял бровь, его глаза заблестели от тёплой иронии.
— Просто даже мухи не садятся! — произнёс он, и в его голосе прозвучала такая тёплая ирония, что Арсений невольно улыбнулся. Арсений медленно кивнул, его лицо стало серьёзным, почти торжественным. Он посмотрел на Гришу, его глаза стали влажными, почти полными слёз.
— Просто я считаю, что лучше человек сразу узнает человек, а не по факту! — твёрдо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренняя убеждённость, что Гриша понял — он действительно так думает. — А потом будет нам говорить, а почему вы меня не оповестили! — добавил он, и в его голосе прозвучала такая горечь, что Гриша понял — он действительно сталкивался с такими ситуациями. Гриша медленно кивнул, его лицо стало задумчивым, почти серьёзным. Он посмотрел на Арсения, его глаза стали мягкими, почти тёплыми.
— Согласен! — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренность, что Арсений невольно расслабился. — Ну не в первый же день! — добавил он, и в его голосе прозвучала такая тёплая ирония, что Арсений невольно улыбнулся. Арсений нахмурился, его брови слегка сдвинулись. Он посмотрел на Гришу, его взгляд стал оценивающим, почти вызывающим.
— А если вот как у Дины, кажется, такая же ситуация будет по факту, как она легла, придётся что-то колоть, как быть? — спросил он, и в его голосе прозвучала такая искренняя тревога, что Гриша понял — он действительно переживает. Гриша тепло посмотрел на него, его рука нежно сжала его плечо.
— Аккуратно сказать! — твёрдо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая уверенность, что Арсений понял — он действительно знает, как действовать. — А не как ты, резко и в лоб! — добавил он, и в его голосе прозвучала такая тёплая ирония, что Арсений невольно опустил взгляд. Арсений медленно кивнул, его плечи расслабились. Он посмотрел на Гришу, его глаза стали мягкими, почти тёплыми.
— Понял! — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренняя благодарность, что Гриша невольно улыбнулся. Гриша тепло посмотрел на него, его рука нежно сжала его плечо.
— Надеюсь, ты меня услышал, и больше этого не повторится! — твёрдо произнёс он. Арсений медленно кивнул, его глаза стали влажными, почти полными слёз. Он посмотрел на Гришу, его голос был хриплым, почти шёпотом.
— Да, — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренняя благодарность, что Гриша понял — он действительно услышал. — Спасибо, — добавил он, и в его голосе прозвучала такая искренность, что Гриша невольно улыбнулся шире. Гриша тепло посмотрел на него, его рука нежно сжала его плечо.
— Всегда рад помочь! — Арсений почувствовал — он действительно не один.
Леонид, который всё это время молча сидел в кресле, наблюдая за происходящим с тёплой, отеческой улыбкой, тихо поднялся. Он подошёл к Грише, его рука нежно легла на его плечо.
— Молодец, Григорий Геннадьевич, — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренняя гордость, что Гриша невольно улыбнулся. — Ты настоящий наставник. — Гриша тепло посмотрел на Леонида, его глаза заблестели от благодарности.
— Спасибо, Леонид, — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая искренность, что Леонид понял — он действительно ценит его поддержку. Арсений медленно поднялся с кровати, его движения были осторожными, почти неслышными. Он посмотрел на Гришу, потом на Леонида, и тихо произнёс:
— Спокойной ночи! — его голос был хриплым, но в нём прозвучала такая искренняя благодарность, что оба невольно улыбнулись.
— Спокойной ночи, Арс! — тепло ответил Гриша, он тихо вошёл в свою палату. В комнате царил полумрак — горела только маленькая ночная лампа у окна, создавая мягкий, приглушённый свет. На одной кровати спал Алексей, укрывшись одеялом до подбородка, его дыхание было ровным, глубоким. На второй кровати, в мягком свете лампы, сидела Дина. Она подняла глаза, когда Гриша вошёл, и на её лице появилась тёплая, ожидающая улыбка.
Гриша тихо закрыл за собой дверь, его шаги были лёгкими, почти неслышными. Он подошёл к её кровати, его рука нежно легла на её плечо.